Системный тактик 5 - Максим Игоревич Крынов

— Посмотреть, как быстро ты освоишься, я не против. Но стрелять будешь не по мне.

Он подходит к голему, отжимает крепление кисти и вынимает деревянный меч. Ставит механизм в стойку, снимает щит с левого предплечья, затем наклоняется к длинному ящику с кристаллами.

Я помню эту коллекцию: имена бойцов, названия школ, записи классов. Хорн перебирает несколько пластинок и достаёт узкий дымчатый камень. На оправе выгравировано: «Оружин. Уклонения». Ни фамилии, ни громкого звания.

Содержимое ящика наставник явно изучил куда внимательнее меня:

— Отец твой постарался, — говорит он, вставляя кристалл за нагрудную пластину. — Здесь собраны записи почти на всё, до чего ты успеешь дорасти в ближайшее время. Некоторые приходится искать годами, а у Эдвина нашлись люди, которые достали целую подборку. Этот кристалл, например, создавали специально для обучения стрелков. Машина не станет атаковать тебя, закрываться руками или выходить из круга. Только уклонения. Начнём с половинной скорости.

Он ставит рычаг на второе деление и показывает, где мне стоять.

Прорезь маски загорается, внутри корпуса негромко щёлкает. Голем чуть сгибает колени, разворачивает ступни и скользит вдоль белой черты. Без меча голем выглядит непривычно. Я невольно слежу за ними, пытаясь угадать следующий шаг, но Хорн возвращает мне жезл и устанавливает ещё одно условие:

— Шесть попыток. С места. Сейчас учимся целиться и попадать, поэтому не надо бегать, приседать и прочее. Стреляй, когда увидишь возможность. После шестого выстрела подведём итог.

Интересно, сочтёт ли Адаптация такое упражнение боем? Пока голем отвечает ударами, всё работает, а сейчас передо мной вроде бы та же машина, только вот мне не грозит получить по рёбрам.

С другой стороны, голем воспроизводит чью-то технику, выбирает уклонение, реагирует на направление жезла. Совсем не то же самое, что неподвижная пластина. Если навык не включится, придётся искать способ вернуть ответные атаки. Ради нужного результата я согласен потерпеть удары слабенькими искрами. Маны осталось много: по моим прикидкам моего запаса хватит примерно на полсотни слабеньких зарядов тренировочного жезла. Я и четверти пока не потратил.

Первую возможность голем даёт почти сразу. Разворачивает корпус, переносит вес и собирается уйти вправо. Я вижу, куда следует направить жезл, подаю ману… но вместо выстрела получаю тусклое мерцание. Жезл теплеет, руны гаснут.

Хорн молча загибает палец.

Голем тем временем проходит выбранное место и меняет направление. Следующий заряд наконец срывается с навершия, но запаздывает: я ловлю движущуюся пластину, веду за ней оружие и стреляю туда, откуда она уже уходит. Искра разбивается о в метре от стальной пятки.

Я перекладываю жезл в левую руку и несколько раз сжимаю и разжимаю пальцы.

Что я вижу?

У человека подготовку к шагу выдавали бедра; у машины чуть поворачивается тазовое сочленение. Одна ступня освобождается, другая принимает вес. Это различимо даже без Метки.

В третий раз я выбираю место правильно. Голем ещё не закончил шаг, а заряд уже пересекает его путь — только слишком низко. В последний момент голем дергается, искра проходит у края нагрудной пластины. Хорн недовольно цокает, но не вмешивается.

Понемногу голем тоже начинает хитрить. То ли меняет записанную последовательность, то ли у него программа такая: не поступать предсказуемо, но по прежним траекториям он больше не движется. Сначала обозначает движение влево, коротко подаёт туда плечи и лишь потом шагает в обратную сторону. Я уже собираюсь повести оружие за ложным движением, когда замечаю: опорная нога осталась прежней. Стальная ступня прижата к полу, разворот ещё не начался. Задерживаю кисть, выдыхаю и посылаю искру навстречу настоящему шагу. По нагрудной пластине раздаётся звонкий щелчок. Попал!

Быстрая адаптация: прогресс.

Работает! Выходит, достаточно и голема.

Я расправляю плечи, тут же вспоминаю об ушибе и поспешно расслабляюсь. Теперь бы повторить…

Но после удачного попадания я тороплюсь, поднимаю навершие выше нужного, и пятая искра проходит над плечом голема. К шестой попытке уже чувствую под ключицей неприятное стягивание. Даю короткий импульс, как положено, однако до жезла он доходит едва заметным свечением. Заряд не собирается, слишком мало маны подал.

Хорн качает головой, и я слышу в его голосе лёгкое разочарование:

— Думаю, достаточно. Одно попадание из шести попыток. На сегодня заканчиваем.

— У меня ещё больше половины маны, — возражаю я. — Я ведь только начал понимать, как он двигается. Давайте ещё серию, только левой рукой? Заодно и Проводимость потренирую, чтобы не было перекоса на правую сторону тела.

— Смена руки разгрузит кисть и предплечье. Через главный канал мана пойдёт всё там же. Ни он, ни твой резерв от перекладывания жезла в левую ладонь не восстановятся. И как раз левое плечо у тебя ушиблено, если ты успел забыть. Завтра сравним обе руки, если тебе так хочется: проведем две одинаковые серии выстрелов и потренируем Проводимость. Жезл, Даллос.

Он протягивает раскрытую ладонь.

Со вздохом отдаю жезл. Хорн доходит до голема, опускает рычаг, ждёт, пока погаснет прорезь маски, и закрывает коробку. Кристалл остаётся в гнезде: видимо, завтра наставник намерен начать с него же.

Прощаюсь и ухожу.

До комнаты добираюсь за пару минут, но в голове все еще засела мысль, что левая рука ведь в самом деле почти не работала. Слабое стягивание под ключицей уже почти исчезло, маны много, а я наконец научился брать правильное упреждение. Заканчивать именно сейчас кажется особенно досадным.

Разумная часть меня отмечает, что ни один из этих доводов не устраняет нагруженность общено канала, но кто слушает этот разум, когда хочется поступить по-своему?

Из окна комнаты видна дорожка к служебной калитке. Некоторое время по ней ходят только слуги; кухонный мальчишка несёт корзину, двое рабочих сворачивают к мастерской. Потом из боковой двери появляется Хорн. Наставник набрасывает плащ, застёгивает его у горла и направляется к выходу. Я жду, пока тёмная фигура скроется за кустами и калитка закроется, затем отхожу от окна и возвращаюсь в тренировочный зал.

Там тихо. За окнами совсем стемнело, горят только настенные светильники, и от неподвижного голема тянутся по доскам две длинные тени. Я достаю тренировочный жезл и на всякий случай проверяю кристалл в големе. Все тот же «Оружин» (хотя не удивился бы, замени его наставник, чтобы преподать урок любопытному юнцу).

Поднимаю рычаг на то же деление, которое выбрал Хорн, выхожу за круг и беру оружие левой рукой. Никакой добавочной скорости, никакой лишней мощности. Всего одна серия.

Первый выстрел получается на удивление удачным. Кисть держит рукоять скованно, зато знакомый уход голема я замечаю заранее. Нет нужды торопиться: выбираю точку, выдыхаю, посылаю ману. Искра встречает механизм в конце бокового рывка и звонко бьёт в нагрудную пластину.

Я невольно улыбаюсь. Сразу попал! Значит, смена руки всё-таки… Додумать не успеваю: следующая подача гаснет у локтя, оставив после