Системный тактик 5 - Максим Игоревич Крынов

Я беру свой жезл правой рукой и встаю напротив. Когда поднимаю оружие, ушибленное плечо отзывается тупой болью, но сам жезл почти ничего не весит, а рука сохраняет подвижность.

— Стреляем когда захотим. У каждого по три выстрела?

Хорн отрицательно качает головой.

— Три попадания, а выстрелов — сколько сумеешь сделать. Промахнулся — заряжаешь снова. Заряд распался в жезле — тоже твоя проблема. Кончилась мана, споткнулся, упал, не смог подняться или заплакал — проиграл. Ограничить нас тремя попытками было бы тем же поочерёдным детским упражнением, только с дополнительными правилами. Что еще… До слова «готов» я не стреляю. После него ждать, пока ты соберёшься с мыслями, не стану тоже.

Я глубоко вдыхаю и ставлю Метку на себя, привычно охватывая вниманием собственное тело. А затем, поддавшись влиянию момента, пытаюсь одновременно закрепить вторую Метку на Хорне.

На мгновение получается. Я чувствую себя и в то же время вижу наставника с невозможной чёткостью: пальцы на жезле, ощущаю, как он распределил вес, чувствую цепкий взгляд на своем плече.

Но через мгновение внимание начинает дёргать между двумя точками. Я пробую удержать обе, но меня дезориентирует. Собственное тело начинает отдаляться, ощущения блекнут, а Метка на Хорне, наоборот, смыкается вокруг цели.

Фокус: 5 → 3.

Срыва нет, однако и прорыва не происходит. Навык позволяет коротко коснуться двух целей, но полноценно удерживает только одну.

Что ж, сегодня мне важнее Хорн. Метку снимать не буду, ставить на себя — тоже. Лишние траты Фокуса.

— Я готов.

Я сразу схожу с исходной линии, не пытаясь одновременно поднять жезл. Всё внимание удерживает Метка.

Метка показывает многое. Я понимаю, что левая подошва Хорна сильнее прижимается к полу. Мягкость исчезает из кисти, пальцы стискивают жезл сильнее, медные линии на рукояти вспыхивают холодным росчерком.

Я вижу начало выстрела раньше, чем заряд срывается с навершия. Вижу — и всё равно не успеваю.

Хорн не ведёт жезлом следом за мной, как я в прошлой жизни водил прицелом на экране за движущимися болванками в стелялках. Он определяет, куда перенесётся мой вес, ещё по первому повороту ступни и стреляет не в меня, а в место, где я должен оказаться через мгновение.

Бледно-синий заряд ударяет в бок нагрудника. Стёганая ткань гасит большую часть разряда, но мышцы под рёбрами болезненно сводит, шаг сбивается, и только удачно поставленная нога не даёт мне растянуться на полу.

— Один, — спокойно произносит Хорн.

Он не пытается добить меня вторым зарядом в ту же секунду, но и не замирает, превращая поединок в череду отдельных упражнений. Смещается влево, сохраняет расстояние и вновь поднимает жезл, вынуждая одновременно следить за ним, восстанавливать дыхание и готовить ответный выстрел.

Зато манеру боя наставника я начал изучать. Левой рукой Хорн стреляет безупречно, однако перед подачей маны чуть сильнее стискивает рукоять. Без Метки это движение потерялось бы среди десятка других, но навык улавливает, как напрягаются пальцы.

В следующий раз нужно показать движение в одну сторону и сменить его в момент доворота корпуса. Проблема в том, что Хорн уже готовит второй заряд.

Я дергаю плечами вправо, переношу вес на носок и, едва Метка улавливает знакомое сжатие пальцев, резко перемещаюсь влево. Наставнику приходится довернуть кисть. На этот раз он не угадывает заранее, где я буду, только исправляется быстрее, чем я успеваю полностью уйти с линии.

Его заряд врезается в середину нагрудника. Грудные мышцы сжимаются, дыхание на миг пропадает, но поток маны я удерживаю.

Короткий выдох. Плечо свободно, насколько позволяет ушиб. Подача из резерва проходит через привычное сужение под ключицей, и три цепочки вспыхивают почти одновременно.

Хорн уже уходит с линии. Без Метки я выстрелил бы ему вслед, но теперь вижу, как от пола отрывается пятка, как поворачивается бедро и куда через мгновение приземлится его нога.

Бледно-синяя искра пересекает круг и встречает его у левого края нагрудника. Метка передаёт короткое напряжение под тканью; шаг наставника обрывается, нога замирает над полом и лишь затем опускается чуть в стороне от выбранной точки.

Хорн смотрит на меня внимательнее.

— Два — один. Ну ты напрягись, что ли, Корбин.

Ни удивления, ни похвалы в голосе не прозвучало. Даже система оказывается щедрее:

Быстрая адаптация: значительный прогресс.

Наставник уже понимает, как именно я его прочитал. Он поднимает жезл выше, разворачивает левое плечо и меняет положение ног. Кончик оружия начинает неторопливо рыскать из стороны в сторону. Пальцы на рукояти то сжимаются, то расслабляются, подсовывая Метке ложные сигналы, а вес больше не задерживается ни на одной стопе. Тот же приём во второй раз не сработает.

Можно изобразить срыв каналов: подать заведомо слабый поток, позволить рунам вспыхнуть и погаснуть, а когда Хорн примет неудачу за настоящую и атакует, немедленно провести полноценный заряд. Только наставник знает о моей Проводимости, умеет видеть работу жезла и вовсе не обязан после чужой ошибки атаковать без ухищрений.

Куда лучше выглядит контрвыстрел. Не пытаться прочитать всего Хорна, а следить только за левой рукой и рунными цепочками. Я могу попробовать выстрелить в его плечо в миг, когда он начнет подавать ману. Попадание может свести его мышцы, что точно собьёт прицел.

Конечно, это если я окажусь чуть быстрее.

Метка сужает мир до четырёх вещей: его запястья, рун на жезле и едва заметного тепла, которое стекает по руке Хорна к рукояти. Ложные движения продолжаются: кончик жезла качается вправо, пальцы сжимаются — ничего, обманка. Левая ступня отступает, плечо напрягается — снова пусто. Затем Хорн разом напрягает пальцы. Я понимаю, что через мгновение руны загорятся синим.

И посылаю к жезлу собственную ману. На этот раз каналы почти не сопротивляются: короткая подача проходит чисто, вся цепочка зажигается сразу.

Но Хорн всё равно оказывается быстрее. Его заряд покидает жезл на ничтожную долю мгновения раньше. Голубая вспышка ударяет меня в грудь, сводит мышцы и заставляет отступить на шаг. Мой выстрел уже не остановить, он срывается с жезла и попадает точно в верхнюю часть нагрудника у левого плеча Хорна. Рука наставника дёргается от разряда именно так, как я рассчитывал; кончик жезла уходит в сторону. Достигни искра цели чуть раньше — его заряд прошёл бы мимо. Но я уже опоздал.

— Ну допустим, два три. Ты успел попасть, но я всё равно победил, — говорит Хорн с сухим удовлетворением наставника, чей ученик оправдал его ожидания. — Против большинства лицеистов это сработало бы. Они либо не заметили бы, что ты готовишь встречный заряд, либо заметили слишком поздно. Продолжаем?

Но продолжить мы не успеваем. В дверь тренировочного зала осторожно стучат.

— Кого там… Войдите! — недовольно бросает наставник.

Дверь приоткрывается, и на пороге появляется