Владетель - Тим Волков

— Ишь, смотри какие! С гравировкой! Это что же, орел на них? Такие пуговицы, скажу я вам, только господа знантные носят.

— Да ну?

— А то! У них на фраках такие. Господа оденутся и в театры ходют. Высшее общество, надо понимать!

— А я что, не человек? Давай мне на десять копеек пуговиц. Нет, на двадцать!

— Да у тебя столько одежды нет, сколько ты пуговиц взял!

— А он на трусы себе нашьет!

И вновь смех.

Я стоял чуть поодаль, наблюдая. Базиль подошёл ко мне, кивнул в сторону телеги.

— Деловой, — сказал он негромко, кивая на Кузьму. — Цену держит, не лебезит.

— Так и надо, — ответил я. — Залебезит — скидку попросят. А так видит, что мужикам нет выбора, вот и не уступает. Пусть торгует. Смотри, как мужики оживились. С театра так не радовались.

— Кстати, а когда театр китайский будет? — спросил Базиль. — Охота бы уже и посомтреть чего новенького.

— Готовятся, репетируют, — улыбнулся я. — Подожди немного, может дня через три будет премьера.

Федот, наконец, решился — взял табаку и папирос, отсчитал деньги, бросил на телегу.

— На, подавись, — буркнул он.

Кузьма, не обратив внимания, аккуратно забрал монеты, пересчитал, спрятал в кошелёк.

— Приходите ещё, — сказал он ровно.

Федот развернулся и ушёл, не прощаясь.

— Долго он у нас не протянет, — заметил Базиль.

— Кто? — спросил я.

— Кузьма. Федот его либо сживёт со света, либо обворуют ночью.

— Не обворуют, — я покачал головой. — Вы же караулите.

Базиль усмехнулся.

У телеги между тем становилось людно. Артамон уже уплетал второй пряник, Степан нюхал табак, Гришка пересчитывал пуговицы. Кто-то купил керосину для лампы, кто-то — иголок с нитками.

Кузьма, казалось, не радовался, а просто делал своё дело. Считал, заворачивал, отсчитывал сдачу — всё быстро, ловко, без лишних слов.

— Александр Андреевич, а вы шашкой-то владеете? — спросил Базиль.

— Я? Нет конечно! — ответил я. — А к чему такой неожиданный вопрос?

— Да просто ловко вы шашку мою выхватили, когда Федота усмиряли. Думал, владеете. Такая скорость! Поразительно просто!

— Да я инстинктивно. Нужно было что-то, что придаст вес словам. Увидел у тебя оружие, вот и решил. Спрашивать некогда было.

Бузаль задумался.

— Так давайте я вас научу?

— Что?

— Ну научу шашкой владеть! Мало ли что пригодится. Не всегда же револьвер под рукой. А у вас талант к этому делу есть, это уж я точно говорю. У меня на это глаз набиты. Сразу могу сказать, по тому как человек шашку держит, есть у него способность или нету. Вот у вас точно есть!

— Да ладно тебе! — отмахнутся я.

— Я честно говорю. Давайте, хотя бы пару уроков.

Я задумался. А почему бы и нет?

— Ладно, все равно заняться нечем, а до премьеры китайского театра еще три дня ждать!

* * *

Собрались ближе к вечеру, когда основные дела были закончены. Я забежал в барак, проверил состояние Кондратия. Парень чувствовал себя лучше и даже прикупил у Кузьмы пачку чая, который сейчас и пил. Предложил мне, но я деликатно отказался.

Базиль ждал меня у восточной части форта, там было где развернуться.

— Ну что, Александр Андреевич, готовы размяться? — улыбнулся он.

И вытащил шашку. Клинок блеснул в отблесках пламени — боевой, с потёртой рукоятью и следами зазубрин на лезвии.

«Не один бой прошел, — вдруг подумал я. — И скольких людей жизни лишил?»

— Берите, — Базиль протянул клинок мне рукоятью вперёд. — Только осторожно. Острая, как бритва.

Я взял. Шашка оказалась тяжелее, чем я думал. Не намного, но заметно — после нескольких минут такой клинок начинает тянуть руку вниз.

— Увесистая. Сегодня днем не ощущалась тяжесть.

Базиль достал из-за пояса свою вторую шашку — точно такую же, только рукоять потемнее.

— Так, — он встал напротив, вытянул клинок вперёд, к моему. — Первое правило: клинки не скрещивать, если не нужно. Только для защиты. Для удара — работайте корпусом, а не рукой.

— Покажи, — сказал я.

Базиль шагнул вперёд, сделал резкий выпад — не в меня, в сторону, но движение было таким быстрым, что я невольно отшатнулся.

— Видите? — он повторил удар, медленно, чтобы я мог разглядеть. — Рука идёт от плеча, корпус доворачивает. Не замахивайтесь — замах даёт противнику время. Бейте коротко, резко, без предупреждения.

— А блок?

— Блок — локтём, — Базиль показал. — Клинок отводите в сторону, не встречая лоб в лоб. Иначе выбивают оружие. Или ломают.

Я повторил его движение — получилось нелепо, неуклюже, шашка едва не вылетела из руки.

— Расслабьтесь, — Базиль подошёл, поправил мне локоть, развернул плечо. — Шашка — не молот, не надо вкладывать в удар всю силу. Она режет сама. Ваше дело — направить.

— А ноги? — спросил я.

— Ноги — самое главное, это вы верно спросили, — Базиль отступил на шаг, показал стойку. — Не стойте на месте. Двигайтесь. По кругу, вперёд-назад, но не пересекайте ноги. Иначе — потеряете равновесие. Распределите вес тела равномерно. На одну ногу не старайтесь не опираться. Бывает, что ловкий противник сразу примечает это и бьет. С одного удара с равновесия сбивает и добивает.

Он сделал несколько быстрых движений, плавно перетекая из одной стойки в другую. Казалось, он не ходил, а скользил по земле.

— Попробуйте, — кивнул он мне.

Я попробовал. Вышло тяжело, ноги путались, коленка, которая всегда ныла в сырую погоду, напомнила о себе тупой болью.

— С ногой что? — спросил Базиль, заметив, что я припадаю на левую.

— Старая травма, — ответил я.

— Тогда не нагружайте, — он подошёл, показал, как переносить вес на правую ногу, как сгибать колени, чтобы амортизировать удар. — В бою, если нога подведёт — вы труп. Научитесь управляться с тем, что есть.

— А если болит? — усмехнулся я.

— Терпите, — очень серьезно ответил он. — Или убейте врага раньше, чем боль станет невыносимой.

Мы продолжили. Базиль показывал удары — сверху, снизу, сбоку, колющие, рубящие. Я повторял. Получалось плохо, но с каждым разом чуть лучше.

— Неплохо, — сказал он, когда я нанёс