Грибник или партизан поневоле - Александр Анатольевич Айзенберг

В штабе 13-й бригады я внимательно слушал расшифровку данных, которые передал Волков через Центр.

— Ну что, капитан, — сказал я, глядя на притихшего Рамма. — Кажется, мы начинаем нервировать самого Гиммлера.

Волков, еще недавно бывший простым офицером Лубянки, теперь смотрел на меня с нескрываемым благоговением. Он понимал: если сам Гиммлер обсуждает нас на совещании, значит, мы достигли того, к чему я стремился. Мы стали проблемой масштаба Третьего рейха.

— Они выслали против нас элитную зондеркоманду, — сказал он, сжимая в руках шифровку. — Приказ: найти и уничтожить.

— Отлично, — я подошел к окну. — Значит, значит ставки повышаются, вот только играть мы будем на нашем поле и на наших условиях. Посмотрим, что от них в итоге останется. Подготовим им такой прием, что в Берлине еще долго будут вспоминать 13-ю бригаду с настоящим ужасом. А пока Житомир и Ровно, а то потом будет не до них.

Москва. Лубянка. Кабинет Наркома внутренних дел.

Лаврентий Павлович Берия сидел за своим массивным столом, вчитываясь в донесения нелегальной резидентуры из Германии. Рядом лежала стопка радиограмм от капитана Волкова. Напротив наркома, вытянувшись по стойке смирно, стоял старший майор госбезопасности, курирующий канал связи с «13-й бригадой».

Берия отложил листок, снял пенсне и устало потер переносицу. — Значит, он снял с них кожу, упаковал в посылки и отправил женам? — голос наркома был тихим, но в этой тишине чувствовалось колоссальное напряжение.

— Так точно, Лаврентий Павлович, — ответил майор. — Через наши каналы в Бердичеве груз был помещен в немецкие почтовые вагоны. Доставка прошла штатно. Агентура в Нюрнберге, Дрездене и Франкфурте подтверждает: адресаты получили посылки. Эффект превзошел любые аналитические прогнозы.

Берия усмехнулся — жестко, одними губами. — Немцы любят порядок. Они любят, когда всё по правилам. Гридень ударил их по самому больному — он использовал их же хваленую почтовую службу, чтобы доставить им их собственные зверства прямо на кухню. Что гестапо?

— У них паника, товарищ нарком. Внутренняя служба безопасности Рейха переведена на усиленный режим. Вскрывается почти вся корреспонденция с Восточного фронта, почтовые служащие отказываются разносить посылки, боясь наткнуться на очередную бандероль от «13-й бригады». Идут аресты среди гражданских за распространение пораженческих слухов, но это не помогает. Слух о том, что русские спецотряды отправляют мертвецов по почте назад, уже гуляет по всей Германии. Желающих ехать служить на Восток среди тыловых частей убавилось в разы.

Берия встал, подошел к сейфу и убрал туда красную папку. — Собирайтесь, майор. С этим мы идем к товарищу Сталину. Такое нельзя держать в столе. Это уже не тактика, это стратегия государственного террора против агрессора.

Москва. Кремль. Кабинет Сталина.

Иосиф Виссарионович медленно расхаживал по кабинету. В воздухе висел густой аромат табака «Герцеговина Флор». На столе лежал краткий отчет, подготовленный ведомством Берии, и несколько расшифровок радиограмм от Волкова.

Сталин остановился у окна, заложив одну руку за борт френча, а другой сжимая трубку.

— Выходит, Лаврентий, этот твой Гридень устроил Гиммлеру головную боль прямо в его собственном доме? — Сталин не обернулся, но в его голосе слышалось явное удовлетворение.

— Именно так, Иосиф Виссарионович, — Берия стоял у стола. — Мы получили данные о закрытом совещании в Берлине. Гиммлер в ярости. Они бросают в Житомирскую область элитную зондеркоманду, усиленную полевой жандармерией и фронтовой разведкой. Главная цель — найти и полностью уничтожить «13-ю бригаду».

Сталин повернулся. Его глаза смотрели цепко и холодно.

— Немцы пришли на нашу землю, думая, что они безнаказанные господа. Они жгли наших людей в сараях и считали, что это останется без ответа. А теперь их фрау падают в обморок, получив почту с Восточного фронта с остатками их мужей. — Вождь подошел к столу и постучал чубуком трубки по папке с отчетом. — Это правильная работа. Жестокая, но правильная. Войну выигрывают не только танки и пушки. Войну выигрывает тот, кто ломает волю врага. Гридень ломает их волю. Он заставляет их бояться.

Сталин сделал паузу, раскуривая трубку, затем выпустил густое облако дыма.

— То, что немцы бросают туда элитные части — это хорошо. Значит, эти части не доедут до передовой и не ударят по нашим войскам. Гридень оттягивает на себя их резервы. Как у него со снабжением? Мы выполнили его заявки?

— Да, товарищ Сталин, — доложил Берия. — Группа полностью обеспечена нашим спецвооружением. «Маузеры» с глушителями и увеличенными магазинами, пламегасители, направленные мины. У них сильная мобильная база на трофейном немецком транспорте. Они готовятся к крупным операциям в районе Житомира и Ровно.

— Ровно… — Сталин задумчиво прищурился. — Кох устроил там свою столицу. Если Гридень ударит по Ровно, это будет звонкая пощечина всему Рейху. Передайте Волкову: Центр одобряет все инициативы «13-й бригады». Никаких ограничений в методах. Если Гиммлер прислал туда своих лучших ищеек, пусть Гридень сделает так, чтобы из этих лесов назад не вернулась ни одна немецкая собака.

Сталин подошел к карте Советского Союза, висевшей на стене, и посмотрел на отметки в районе Западной Украины.

— Этот человек создает миф, Лаврентий. А мифы иногда бьют сильнее артиллерии. Обеспечьте ему любую поддержку, какую он только запросит. И пусть операторы продолжают снимать. Когда придет время судить этих фашистских палачей, кадры Гридня и его почтовые квитанции станут лучшим доказательством того, что возмездие неотвратимо. И ещё, какая у него бригада, 13-я, пусть их будет 20 и не на бумаге! Немедленно приступить к формированию бригад специального назначения. 13-ую бригаду немедленно провести по всем инстанциям и с первым рейсом отправить все документы по ней к Гридню. Думаю немцы в недоумении, где остальные бригады, надо их просветить на этот счёт.

Глава 9

Москва. Кабинет Сталина.

Сталин аккуратно сложил бумаги, подтверждающие формирование сети бригад специального назначения.

— Этот Гридень, — произнес он, не оборачиваясь, — показал нам, что война в тылу врага может быть не только партизанской, но и дисциплинированной, хирургически точной. Теперь нам нужно, чтобы немцы верили, что таких, как он, у нас тысячи. Пусть перехватывают документы, пусть видят наши «бригадные» печати. Пусть каждая комендатура в каждом лесу ждет своего «Гридня».

Берия лишь коротко кивнул. Он уже знал, что делать. Директива о формировании соединений специального назначения, вдохновленных структурой «13-й