Был футболистом, стал семинаристом. Непридуманные истории будущих священников - Анна Ершова

Возможно, потому что у нас была хорошая большая семья. У моей мамы три сестры, и у меня много двоюродных братьев и сестер. Мы жили очень дружно, я не помню себя несчастным или оставленным. И вот эту теплоту, семейность, защищенность и общность я чувствовал всегда, сколько себя помню.

И в Церкви я всегда это ощущал. Так что, наверное, я очень счастливый человек, я всегда был с Господом. И никогда не сомневался, что Он рядом со мной. И я не разделяю, что вот это для Бога, а это – так, для себя, просто жизнь.

Я считаю, что любое слово христианина восславляет Бога. И то, что ты делаешь с отдачей, с горением, славит Бога. Покупаешь куртку африканцу, объясняешь индонезийцу домашнее задание «на пальцах» – все это для Бога. Если совсем уж откровенно, я и молюсь не так: «Дай то-то и то-то для меня». А скорее так: «Господи, помоги в этом деле, чтобы прославить имя Твое».

И поэтому для меня всегда то, чем я занимаюсь, то, что я делаю, – несомненно, про Бога.

Вернусь на Филиппины с частицей русской культуры. И с русской женой

СТЕФАНОС КЕЛЛИ БИНГКАЛ

студент четвертого курса СПбДА, филиппинец.

Африканцы, филиппинцы, индонезийцы… в Санкт-Петербургской духовной академии учатся будущие священники из далеких и очень далеких стран. Впервые приехав в холодную Россию, совершенно не зная язык, погружаясь в русскоязычную среду на подготовительном отделении, проживая в одной комнате в общежитии с российскими ребятами, они постепенно вливаются в академическую семью. Чтобы потом увезти в свои страны частичку русской культуры и продолжать христианскую миссию.

Когда я увидела Стефаноса, не могла поверить, что он не изучал русский с детства или что он не жил когда-то раньше в России. Настолько хорошо он владел русским языком уже на втором курсе. Причем не только учился, слушал или писал. Но и «болтал» – то есть легко общался с ребятами, знал какие-то сленговые молодежные словечки.

За четыре года учебы Стефанос где только не побывал! Поистине «от Москвы до самых до окраин». Жил при Оптиной пустыни, лето проводил в Ханты-Мансийске, нашел свою будущую супругу в Тамбовской области…

Впрочем, пусть он сам обо всем расскажет по порядку.

Островитяне

Я живу в деревне Кинабалан, на острове Минданао в провинции Сарангани, Филиппины. У нас свой домик, родители – фермеры, выращиваем овощи, кукурузу. Собираем кокосы, продаем. Я с детства помогал. Когда выходной день в школе – помогал родителям.

У меня небольшая семья – папа, мама, одна сестра, один брат и все. Большая семья – это больше пяти человек. Не знаю, есть в данный момент этот закон или нет, я давно на Филиппинах не был. Но вроде сейчас ограничивают рождаемость, у каждой семьи должно быть максимум трое детей.

Сколько лет у нас учатся в школе

Если считать то, что у вас называется «детский сад», то тринадцать лет. Два года детский сад, потом шесть лет начальная школа, потом – средняя школа. В детский сад я пошел в пять лет, в первый класс уже в шесть лет. Должен был закончить школу в восемнадцать лет, но на один год я остановил учебу. Потому что еще был глупым ребенком, хотелось не думать ни о чем, гулять, пропускать занятия, а от этого получаются нехорошие оценки. И еще я учился далеко от дома, потому что рядом у нас школы не было. Мне приходилось добираться пешком, дорога занимала час в одну сторону. Но потом я восстановил обучение в средней школе и учился уже рядом со своим домом.

Год работал на заводе, где делают сок, в Давао. Завод называется Mango juice. У нас много манго, несколько видов. Но там делают сок не только из манго, но и из других фруктов. Когда я работал на заводе, жил у своей тети, потому что она жила неподалеку.

Моя семья считается бедной, но нам на жизнь хватает, мы едим три раза в день. И если что-то надо купить, можем купить. Так живут все обычные семьи на Филиппинах: не богато, но и не бедно.

Из многих церквей выбрали одну

Филиппины изначально христианская страна. В Средние века на территории моей страны была активная миссия испанских христиан. Многие деятели того времени оставили свой след в культуре. Например, Хосе Рисаль – поэт, прозаик, переводчик. Он даже владел русским языком. Большой вклад в православную миссию внес святитель Иоанн Шанхайский. В XXI веке появились протестанты, а так большинство населения – католики. Я с самого детства христианин, и вся наша семья тоже христиане. Мы принадлежали к англиканской Церкви, это так называемая независимая Филиппинская Церковь. Она ближе к старым католикам.

В нашем поселке есть несколько церквей – и англиканская, и католическая. Протестантская и православная потом тоже появились. Мы с семьей ходили в свою церковь по праздникам, когда служба есть. Хотя я на службе гораздо реже бывал, чем родители.

Я перешел в православие в 2012 году, когда у нас появилась Православная Церковь и начала активно развиваться миссия Патриаршего экзархата Юго-Восточной Азии. В то время на территории моей страны служили отец Георгий Максимов, отец Кирилл Шкарбуль и многие другие православные священники. Когда я перешел в православие, мне было четырнадцать лет. Изначально меня крестили в англиканской независимой Филлипинской Церкви, а в православии над нами совершили специальный обряд – миропомазание.

Священник англиканской Церкви, куда мы ходили, первым из прихода перешел в православие. А потом и мы всей семьей. Священник этот – мой двоюродный брат, иерей Иоаким Гонзалес. Сначала мы были в Греческой Православной Церкви, а потом перешли в Русскую Православную Церковь. Отец Иоаким, когда я закончил школу, первым со мной заговорил о том, не хочу ли я поступить в семинарию. Я подумал и через некоторое время согласился.

Почему вдруг семинария

У меня в детстве не было таких мыслей, что буду священником, я хотел быть преподавателем. А потом, когда уже закончил школу в 2019 году, понял, как сложно учиться, когда у родителей есть финансовые проблемы. У нас же колледжи платные, и я решил, что буду работать. Я в школе сдавал экзамен и получил сертификат повара. Потом надо было еще два года учиться для продолжения этого курса. Я думал, поработаю, а когда скоплю