Волшебный рог мальчика. Старинные немецкие песни, собранные Ахимом фон Арнимом и Клеменсом Брентано - Коллектив авторов

слуге он бросил:

«За мною, в Вайсенбург!

Нас, верно, славно примут

И честь нам воздадут».

Добрались к Вайсенбургу,

А там высокий дом,

И лживая графиня

Стоит перед окном.

«Привет вам, Адельхайда,

Здоровья, счастья вам.

Свершилась ваша воля,

Убил я мужа сам».

«Свершилась моя воля,

И мужа больше нет?

Но как мне вам поверить?

Где крови красный цвет?

Князь достает из ножен

Окровавленный дрот:

«Вот кровь его, графиня,

Он больше не живет».

Она ломала руки

И волосы рвала:

«О Боже, как ужасны

Теперь мои дела!»

Колечко золотое

Она дает ему:

«Вот, Людевиг, награда

Геройству твоему».

«Мне ни к чему колечко,

Пусть золотом горит,

Но мне-то оно руку

Убийством тяготит».

Графиня удивилась

И говорит в ответ:

«Со мной, мой князь, останься,

Раз мужа больше нет».

Блаженнейшая смерть смиренных солдат

Из книги Морхофа[24] «О немецкой поэзии»

(Лейпциг, 1718)

Немало войн сей мир видал,

Различны их начала,

И все ж Создатель завещал,

Чтоб музыка играла.

Стал первым Иувал играть,

Ламеха сын достойный,

Он в трубы начал задувать

И струнам лад дал стройный.

Мотив лихой

Ведет нас в бой,

Страшит врагов

Печать шагов.

Кричит: «Давай,

Врага сминай!»

И рвет ряды,

Торит ходы,

Стреляет, колет, рубит,

Пока врага не сгубит.

Когда пророчил Елисей

Среди духовной жажды,

Сказал он, что Певец знатней

Сменит его однажды.

Он волю Бога изъявлял,

Собратьев утешая.

Бог без дождей поток наслал,

Изгнал врагов из края.

Дром-драри-дром,

Пом-пом-пом-пом.

Нам барабан

Для духа дан.

Пророков будит,

Поэтов нудит.

В войну и мир

Он – наш кумир,

Его шальной отрады

Всегда нам много надо.

Писали, будто Тимофей,

Дорийским пеньем полный,

Прекрасной музыкой своей

В душе мог вздыбить волны

У македонского царя,

И тот спешил сражаться,

Мечом повсюду смерть даря,

Не думая смиряться.

Был тот поэт

И кифаред

Главой певцов.

Он силой слов

Царя пленил

И вдохновил,

Чтоб он, как лев,

Почуяв гнев,

Взял меч бы поострее,

Врага разил смелее.

Порой хотела часть бежать,

Случается такое,

Тогда он сам вперед вел рать

И не страшился боя.

Храбрец – вперед, подлец – назад!

Мы будем смело биться.

Сомкнем плотнее, братья, ряд,

Пусть враг нас убоится.

Кирилейсон[25],

Пиди-пом-пом-пом.

Шум-гам, шум-гам

Помогут нам.

Пусть враг нас бьет,

Пусть кровь течет,

Нас не смущают беды —

Дожить бы до победы.

Нас сам Господь вперед ведет,

За нас отважно бьется.

И враг позиции сдает,

Со всех сторон сдается.

Смелее, братья, шире шаг,

Бежит от нас трусливый враг,

Победа уж за нами.

Дром-драри-дром,

Эй, брат, пойдем!

Тук-перестук,

Вот радость, друг!

Сил не жалей,

Руби и бей.

Награда ждет,

Лети вперед.

Не оставайся сзади,

Спеши, спеши к награде.

Друзья, пусть Бог спасает вас,

Соратники, герои!

Сегодня наш победный час,

Час славы и покоя.

Вольны вы грабить все, что есть,

Не споря меж собою,

Домой или друзьям унесть

Сокровище любое.

Биди-бом-бом-бом,

Эй, врач, пойдем!

Перевяжи,

Путь покажи.

Стрелу достань

И не порань.

Среди пути

Я слеп почти,

Перевяжи

И поддержи.

Скорей бы ночь,

Стоять невмочь.

Ах, дай-ка мне напиться,

Чтоб сердцу меньше злиться.

Хирург военный троелик.

Сперва все чтут в нем Бога,

И ангелов он полнит лик,

Когда шьет раны строго.

Потом платить придет пора,

И тут – неблагодарность:

Ему желаешь ты костра,

Кляня его коварность.

Ах чтоб, ах чтоб,

Он вгонит в гроб,

Хоть пластырь дал,

Но сколько взял!

Врача сберечь

Наш должен меч.

И там, и тут

Его зовут,

И самый Бог

Нам с ним помог.

Так не скупись на раны,

Бог лечит все изъяны.

Блаженней смерти в мире нет,

Чем пасть на поле боя,

Средь трав покинуть белый свет

И небо голубое.

Иначе – чахнуть одному,

На узкой спать кровати.

Здесь сопричастны мы всему,

И рядом друг-приятель.

Вот мой завет:

Блаженней нет

Земных смертей,

Чем средь сетей

Зеленых трав.

К земле припав,

Под дробный бой

Найти покой,

Сойти во прах,

Отринув страх.

Пусть песни глас

Прославит нас,

Ведь каждый, как герой,

Погиб за край родной.

Роза

Из «Трех умнейших людей» Кристиана Вайзе[26]

У розы дивной маленькая пчелка,

Я прикасаюсь к девственным листкам,

Росу и мед я собираю там,

Но прелесть розы не проходит долго,

И жизнь моя теперь легка

От красоты цветка.

У розы дивной время замирает.

Ах, пусть бы лето длилось без конца,

Пусть розы не кончается пыльца,

Холодный ветер пусть не задувает.

Угаснет всякая тоска

От красоты цветка.

У розы дивной нет соперниц строгих,

Изящнее ее на свете нет.

И потому я дал себе обет

Ее лишь видеть средь растений многих.

Все остальные подождут, пока

Есть