Искра Свободы 5 - Александр Нова

слышать загадочных интонаций. Епископ подошёл к резной панели, и стена бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий проход. По каменным ступеням мы спустились ещё глубже под землю, воздух стал суше и холоднее.

Комната — небольшой квадрат со стороной около пяти метров. Источник света — «Осветитель (F)», который включился при нашем приближении. А на дальней стене — портрет в простой раме, но явно нарисованный знатоком своего дела.

Я остановился.

Чёрно-золотой доспех. Точно как тот, что я только что что я снял с себя в арсенале. На поясе — магнитные захваты. В них покоятся Астра и Тенебра. Даже угол наклона клинков знаком до дрожи.

Шлема на голове Его Величества Илларда Ферона не было. И я узнал лицо в первую секунду, даже не всматриваясь.

Потому что это было моё лицо.

Глава 15

Сильные юристы

Лицо. То самое, которое смотрело на меня из зеркала на Земле все пятьдесят лет моей жизни там. Молодое, выглядит лет на тридцать. Если внимательно присматриваться, то можно различить мелкие отличия. Но передо мной портрет, а не фотография, так что неизвестно, существовали ли эти различия в реальности. Конечно, сейчас, благодаря эликсиру «Великого Исцеления (D+)», я выглядел совершенно по-другому. Но забыть собственное лицо невозможно.

Входная дверь бесшумно закрылась. То ли автоматически, то ли по мысленному приказу Этьена.

— Де Монфоры — одни из героев Войны Трёх Святых, — спокойно произнёс епископ. — Те, что стали под знамёна Владыки и уничтожили Первую Республику. Так мы стали баронами и получили большой кусок земли в Северной Марке. А ещё — военные трофеи. Которые положено было сдавать только созданной Инквизиции… но часть мы оставили себе.

Последние слова прозвучали всё тем же ровным тоном, словно речь шла не о преступлении против Ордена и Владыки, а о паре бутылок вина, забытых после семейного ужина.

Я повернулся.

В одной руке Этьен держал какую-то трубку длиной около сорока сантиметров, направленную прямо на меня. Она подозрительно напоминала магический жезл, только крайне утилитарный. Без украшений и позолоты.

— Прежде чем мы продолжим, я должен задать тебе несколько вопросов, — сказал епископ. — Положи руку на этот артефакт. Это Шар Правды. Лгать не рекомендую — я сразу об этом узнаю.

Я покосился на шар, который Этьен держал в другой руке.

— Что именно продолжим? И зачем это мне?

Этьен слегка наклонил голову.

— Хм. А чего ты хочешь на самом деле, Эллади?

— Свободы. Чтобы от меня все отстали и позволили жить спокойно.

Только произнеся эти слова, я понял, насколько они смешно прозвучали. Особенно здесь, в тайной комнате епископа, под портретом человека с моим лицом.

— После того, как ты явился в образе Его Величества Илларда Ферона на судебный поединок и смог победить, это невозможно, — ответил Этьен без улыбки. — Ты теперь нужен всем. Владыке. Инквизиции. Избранным. И Кругу Неизбранных. И так уж вышло, что ты теперь знаешь тайну, в сохранности которой я должен убедиться. Ты можешь отказаться… но тогда…

Этьен сделал выразительно движение жезлом.

Я быстро прикинул шансы. Активные способности ещё в откате. Оружия с собой нет. Успеть справиться с епископом… сомнительно. Да и неясно, нет ли здесь ещё каких-нибудь артефактов, работающих на его стороне.

Я пожал плечами и положил руку на Шар Правды. Поверхность оказалась прохладной. Никаких необычных ощущение, что, пожалуй, даже немного разочаровало. Только скучное системное окно:

Подключиться к артефакту «Шар правды (E)»?

Судя по замершему на лице епископа ожиданию, отказ не предусматривался.

— Ну, если вы так настаиваете, ваше преосвященство, — с улыбкой ответил я и дал согласие.

— Расскажи, что именно пытался сделать Владыка.

Я не стал юлить. Лгать при таком артефакте было глупо, да и желания скрывать что-либо на эту тему отсутствовало.

— Он залез мне в голову. Сначала хотел подарить победу Лорану. Потом требовал оставить бретёра в живых. А напоследок убеждал помолиться на Алтаре.

Епископ слушал внимательно, не перебивая. Когда я закончил, он слегка пошевелил жезлом. Совсем чуть-чуть. Но мой взгляд это движение всё равно поймал. Сложно игнорировать ствол, направленный тебе в грудь.

— Если Владыка предложит награду за Круг Неизбранных… продашь ли ты всех нас? Награда будет существенная. Например, должность епископа. Или тысяча золотых соляров единоразово.

Вот теперь вопрос стал интереснее. И, что характерно, Этьен не спросил, способен ли я на предательство. Он сразу перешёл к цене. Практичный человек.

Я задумался. С одной стороны, все эти люди мне никто. Чужие. С другой, я вспомнил отца Амбросия. Как он накормил меня и отправил письма друзьям. Вспомнил отца Марко, который помог с дезинформацией и экипировкой. И даже самого Этьена, который всё это профинансировал. Да, каждый из них действовал в своих интересах. Но если продавать деловых партнёров, то дела вести будет не с кем.

— Я не святой, — ответил я наконец. — Но на таких условиях точно раскрывать вас не стану. Владыке придётся предложить что-то более интересное. Причём я сам ещё не знаю, что именно.

Этьен остался ответом доволен. Его губы едва заметно дрогнули. Похоже, честное признание собственной продажности успокоило его сильнее, чем любая торжественная присяга. Теперь епископ знал мою цену и понимал, что ни Орден, ни Владыка её платить не готовы. По крайней мере, пока.

— Хочешь ли ты возглавить Круг Неизбранных и привести нас к победе?

— Нет. Я уже сказал, чего хочу. И революция вместе с созданием Второй Республики среди моих желаний не числится.

Один раз в новой жизни я уже влез в политику достаточно глубоко. Результат стоял напротив меня и целился мне в грудь каким-то магическим артефактом.

— Хочешь ли ты меня убить? Держишь ли на меня зло?

Я снова задумался. Когда я только появился в этом мире, Этьен подписал мне смертный приговор. Календарно с тех пор ещё и года не прошло, но по событиям — на две жизни хватило бы. И всё же ненависти я к Этьену не ощущал. Иногда усталость. Иногда раздражение. Но не злобу.

— Нет. Можешь спать спокойно, — насмешку в ответе услышал бы и глухой. Епископ сделал вид, что не заметил.

— Готов ли ты и дальше сотрудничать с нами?

— Этьен, ты мне не нравишься. Но договорённости ты выполняешь. Поэтому да, готов.

Вот и вся дружба. Максимум взаимного недоверия при приемлемом уровне надёжности. Для политики, наверное, идеальные отношения.

Епископ убрал жезл и Шар Правды.

— Как я говорил, моя семья получила кое-какие республиканские артефакты по итогу войны. Но снаряжение Его Величества Илларда Ферона так и не было