Искра Свободы 5 - Александр Нова

собой потянулась к карману, где лежала горошина Этьена, но я вовремя остановился. Принимать её на глазах Рауля — глупость. Он может подумать, что это яд. Или ещё хуже — знает её истинное назначение и тогда упечёт меня в настоящую камеру, подождёт, пока действие пройдёт, и уже тогда потащит на Алтарь.

Я кинул сначала взгляд на Астру и Тенебру, лежащие на столе, потом заглянул в «статус». Модификации восстановились, до оружия рукой подать. В принципе, со всеми пятерыми я могу справиться. Но уничтожить улики и прикинуться невиновным после такого у меня точно не получится. И придётся объяснять Владыке с костра, почему с молитвой не сложилось.

Сценарий так себе. Особенно финальная часть. Значит, нужно использовать моё самое главное оружие — интеллект. А уже если это не сработает, то принимать горошину.

— В соответствии с Актом Трёх Святых, Владыка может приказывать только Инквизиции, — начал я говорить бодрым и громким голосом. — А суд меня из Ордена выгнал. Так что я теперь свободный человек, приказам бога подчиняться не обязан.

Юридическая позиция казалась безупречной. По крайней мере, примерно полсекунды.

— Взять его, — приказал Рауль, и четверо агентов тут же накинулись на меня, схватив за руки и прижав к койке. Я не сопротивлялся, позволил им крепко вцепиться.

Аргумент у Рауля оказался короче моего и, надо признать, сильнее.

— Хорошо, — с улыбкой произнёс я. — Убедили. Последую за вами. Или вы меня желаете нести?

У Рауля дёрнулась щека.

— В коробку его, — бросил он своим.

Двое агентов пошли впереди, двое сзади. А Рауль — рядом, держа меня за плечо. Что ж, словами не получилось.

Коридоры собора после недели заключения, в которую выходить доводилось часто, я уже неплохо запомнил. Поэтому через два поворота понял, куда именно мы направляемся. В центральный неф. До Алтаря оставалось несколько минут.

Я сунул свободную руку в карман.

— Руки. Держи их на виду, — без особой злобы, скорее по профессиональной привычке, потребовал Рауль.

Вот же внимательная сволочь. Я достал руку и показал пустую ладонь, и мы двинулись дальше. А горошина осталась в кармане.

Впереди уже показались двери центрального нефа. Замечательно. Времени для хорошего плана не осталось. Пришлось переходить к плохому. Я начал кашлять. Сначала тихо. Потом сильнее. На третьем приступе согнулся и прикрыл рот ладонью. Рауль остановился.

— Что с тобой?

— Лоран мечом проткнул. Знаете, иногда после такого люди чувствуют себя не очень хорошо.

Даже врать не пришлось. Лучшие импровизации всегда строятся на правде. Пока говорил, пальцы уже шарили в кармане. Горошина легла между большим и указательным. Я снова закашлялся, поднёс руку ко рту и отправил горошину за щёку. Рауль дождался, пока я выпрямлюсь, и потащил меня дальше.

Двери распахнулись. Внутри алтарного зала оказалось почти пусто. Несколько монахов замерли у стен. Видимо, помещение расчистили заранее. Впервые я увидел рабочий Алтарь. Он ничем особо не отличался от того, что находилось в Падшем Храме. Только Чаш двадцать штук и всё целое, чистое и не продырявленное Гневом Владыки.

Рауль повёл меня к ближайшей Чаше. В голове сразу всплыло воспоминание о прошлом прикосновении. Чужое присутствие. Давление. Ощущение, будто кто-то перебирает твои мысли грязными пальцами.

Вот теперь пора. Я нащупал языком горошину и раскусил её. Горечь ударила по языку сразу. Мир не поплыл, ничего особенно интересного не произошло. Только через несколько секунд стало сложнее удерживать мысль. Она распадалась на несколько других, те цеплялись друг за друга, перескакивали. Очень похоже на попытку вспомнить что-то важное после трёх бессонных суток.

Рауль не стал утруждать себя словами, слегка подбил меня под колено и аккуратно поместил на Чашу уже в коленопреклоненной позе. Прекрасно.

— Положи руки на Чашу и молись.

Я медлил. Хотелось дать настою ещё немного времени. Любой, даже самой ядрёной химии, необходимо время, чтобы подействовать в полную силу. Секунда. Ещё одна. Мысли уже начинали расползаться, но хотелось, чтобы они окончательно превратились в кашу до того, как в голову полезет Владыка.

Рауль ждать не хотел. Он дал знак агентам, те подскочили, снова схватили меня за руки и силой прижали мои ладони к Чаше. Холодная поверхность коснулась кожи.

Глава 16

Ничего необычного

Владыка пришёл сразу. Не голосом. Присутствием. Оно навалилось на сознание, заполнило собой всё вокруг, стало требовать вспомнить и «показать» конкретные события… Почему я смог скинуть приказ «замри». Что я знаю о «Круге Неизбранных». Что я знаю об Илларде Фероне.

Вопросы не звучали. Они становились важнее всего остального, словно я сам вдруг отчаянно захотел немедленно найти на них ответы.

Ментальная устойчивость тут же обнаружила воздействие и чуть не сбросила его. Мысли путались, и только в самый последний момент я остановил свой навык. Нет. Нельзя дать Владыке даже намёк на мои способности. Пусть копается в моих мозгах. Там всё равно винегрет.

Чужая воля скользнула глубже. Мысли скакали, как шарики для пинг-понга. Земля. Лоран. Этьен. Какой-то идиотский углеводный батончик, который я собирался изобрести. Лицо Илларда на портрете. А может, и моё на фото после турнира «Стальная грань», где я, неожиданно для самого себя, взял первое место. Жена, что осталась на Земле. Селена. Цена артефактов © ранга. Сыновья. Лира. Лис. Снова батончик.

Владыка попытался ухватиться за что-то одно. И не смог. Давление усилилось, приказы стали жёстче. Ментальная устойчивость снова приготовилась вышвырнуть Владыку из головы. Я удержал её. Самое идиотское применение навыка за всё время. Не сопротивляться сопротивлению.

Навык словно недоумевал вместе со мной: хозяин, ты уверен? Нас же сейчас атакуют. Нет, мой дорогой условный рефлекс, выработанный сотнями повторений. Сейчас нас прощупывают. А вот если решат перепрошить личность, то тогда и будут атаковать. Так что стоит помолиться, чтобы Владыка не нарушал своего же слова и не изменял моё сознание без разрешения. А разрешения я не давал и не дам. Слышишь, Владыка? Никакого зомбирования.

Чужая воля наконец оформилась в простой приказ: склони голову. Я склонил. Давление исчезло. Ещё несколько секунд я держал ладони на холодной поверхности Чаши, ожидая нового удара. Ничего.

— Достаточно, — произнёс Рауль.

Я убрал руки и поднялся. Ноги слушались хуже обычного, а мысли продолжали весело скакать одна через другую. Рауль смотрел на меня уже без прежней ненависти, но и без особой доброты.

— Всё в порядке? Крючок уже можно чинить или вы ещё раз хотите зайти? — спросил я.

Старший инквизитор несколько секунд молчал.

— Ничего. Владыка сказал, что в тебе нет ничего необычного. Кроме того, что ты посланник Бога, но