Писатель из 8 "В" - Михаил Востриков

блатовал. Получалось неважно. На самом деле он был компанейским и добрым парнем. Умрет в пятьдесят девять лет от рака горла, начав курить в тринадцать лет (послезнание).

Саша Карпевич, он тоже из их дворовой компании. Вытащил в свое окно на втором этаже две колонки от радиолы «Вега-302» и на полную мощность веселил народ Шизгарой (She’s got it!). Через много лет он станет строителем, состоятельным и уважаемым владельцем собственной фирмы.

Шум, гам, бардак и неразбериха.

Подъезд был плотно оцеплен милицией, не зайти. В толпе Антон увидел Таню Зеленину, тоже восьмиклассницу, из второго подъезда. Она так и не смогла протиснуться домой, стояла и растеряно смотрела по сторонам. Антон выдернул её из толпы.

— Таня, привет, что здесь случилось⁈ Зачем народ?

— А ты что, не в курсе? Говорят, что у вас в подъезде случилось явление Богородицы — Пресвятая Дева Мария явилась с утра похмельному дяде Ване Максимову, прямо на лестничной площадке дала ему на бутылку и пообещала выдать народу по десять тысяч рублей. Уже весь город знает! Там священники приехали, зашли в подъезд. И никого больше не пускают.

— И какая она, Богородица, ты её видела? — спросил Антон.

— Нет. Ее только дядя Ваня Максимов видел, а он уже пьяный, вон на скамейке лежит. А те кто деньги успел получить, говорят, убежали быстро, что бы не отобрали.

Вот это фокус!

И тут Антон увидел, что из его подъезда начали выходить люди в черном. Много людей. Он насчитал восемь человек в подрясниках и чёрных меховых жилетках. Никакой благости они не излучали, а как раз наоборот, плевались и ругались, похоже, матом. У одного было разбито лицо, изо рта текла кровь и он сильно хромал на левую ногу.

Священнослужители прошли на торец дома, где стояли и ждали их две черные «Волги» с блатными номерами Новосибирской епархии и стали в них загружаться. Картина была сюрреалистическая. Шок и трепет! Под огромным лозунгом «Слава КПСС!» на торце дома стояли восемь советских попов в полной амуниции, включая одного битого. Они ругались и плевались. На КПСС, что ли⁈

А из толпы им кричали:

— Что, съели⁈ Хрен вам, упыри в рясах, а не деньги! Присосались к пречистому телу матери-церкви нашей!

И хором грянули «Богородица, Дево, радуйся»!

И тут же со всех сторон раздались милицейские сирены. Толпу быстро оттеснили от подъезда и рассеяли. Из мегафонов беспрерывно неслось:

— Граждане, расходитесь, вы нарушаете общественный порядок! Граждане, расходитесь, вы нарушаете общественный порядок!

Но граждане расходиться не желали. Всем хотелось Божественных Откровений и денег. Но советская милиция сработала в высшей степени профессионально. Пара десятков упрямцев была упакована в «луноходы» и без комфорта перемещена в обезьянник Ленинского РОВД. Остальные разошлись, вернее, разбежались.

Когда толпа рассеялась, Антон краем глаза заметил на углу дома человека, очень похожего на Ковальчука, который просто стоял и смотрел. Он никуда не вмешивался, просто фиксировал происходящее.

«Новосибирский Догляд не спит, он доглядывает!», — ухмыльнулся Антон.

Картина происшедшего

Вечером того же дня, когда отец вечером шёл с работы, оцепление уже было снято и протрезвевший дядя Ваня Максимов бросился к нему во дворе со словами:

— Максим! Архипов! Ну по-соседски… Спроси у своей, где деньги лежат⁈

Обалдевший от такой просьбы отец обошёл дядю Ваню, зашёл домой и там Антон доложил ему собранную, буквально, по кусочкам картину происшедшего. А картина эта была неоднозначная и сильно зависела от точки зрения.

Первая версия (официальная)

Новосибирск. Кабинет Первого секретаря Ленинского райкома КПСС.

Присутствующие:

Шатохин Владимир Гаврилович — первый секретарь Ленинского Райкома КПСС.

Калганов Георгий Дмитриевич — начальник ОВД Ленинского райисполкома, полковник милиции.

Семенихин Евгений Васильевич — старший оперуполномоченный УКГБ НСО, капитан.

Аверьянов Геннадий Иванович — начальник отдела пропаганды и агитации Новосибирского обкома КПСС.

* * *

(Краткая протокольная запись совещания)

Шатохин: — Здравствуйте, товарищи! Присаживайтесь, кто как хочет. Чай, кофе? Коньяк потом, дело серьезное. Пожалуйста, Геннадий Иванович, начинайте!

Аверьянов: — Товарищи, обком партии и лично первый секретарь товарищ Горячев Фёдор Степанович, серьезно обеспокоены сегодняшними событиями в вашем районе и требуют подробной информации о происшедшем. Наказание непричастных и поощрение виновных, тьфу ты, наоборот, воспоследует в самое ближайшее время. Слушаю вас.

Шатохин: — Давай, Евгений Григорьевич, докладывай, как там все было? Соответствующие допуски секретности у всех присутствующих имеются, я проверил.

Семенихин: — В девять сорок пять своему куратору в УКГБ НСО позвонил агент «Аббат» и сообщил, что у него на исповеди только что была гражданка, проживающая в вашем районе, несовершеннолетний сын которой написал фантастический роман, за который получил от главного редактора журнала «Новосибирские Огни» товарища Никульковского почти семь тысяч рублей. А в скором времени получит ещё три, итого, десять. За это гражданка просит у бога прощения.

Гражданка установлена, сорок два года, замужем, с недавнего времени домохозяйка, судимостей и приводов не имеет, характеристики положительные.

Шатохин: — Что, действительно, десять тысяч дали пацану за эти его писульки⁈ Или может она насвистела батюшке⁈

Семенихин: — Проверкой установлено, да, действительно дали. Средства в установленном порядке зачислены на сберкнижку данной гражданки, по закону представляющей интересы своего несовершеннолетнего сына. Разрешите продолжать?

Шатохин: — Обалдеть! Почему я не писатель⁈ Это же из-за него, Антона Архипова, мы школу «двадцатку» озолотили уже… и никак не остановимся. Да, продолжай Евгений Васильевич.

Семенихин: — Агент «Аббат» сообщил гражданке, что это слишком большой грех, а он не уполномочен отпускать грехи, связанные с такими большими деньгами, это прерогатива высшего духовенства, уровня митрополита. И он немедленно доложит ему о возникшей ситуации и они вместе, сегодня же, прибудут к гражданке для отпущения грехов и духовной пасторской беседы в домашних условиях.

Семенихин сделал несколько глотков из бокала с водой:

— Митрополит со свитой, всего восемь человек, прибыли на адрес в двенадцать ноль-ноль и пробыли на нём около двух часов. Во исполнение августовского закрытого совместного постановления Совета министров СССР и ЦК КПСС «Об избежании эксцессов со священнослужителями РПЦ», от 1974 года, подъезд дома сразу же был оцеплен милицией и поставлен под охрану.

Семенихин прокашлялся и продолжил доклад:

— Детали нахождения митрополита со свитой на адресе будут известны завтра, от агента «Клирик», который служит непосредственно в Новосибирской епархии и передаст отчет после уточнения всех моментов. Пока можно уверено предположить, что на адресе произошли какие-то насильственные действия в отношении, как