Писатель из 8 "В" - Михаил Востриков

минимум, одного священнослужителя, сопровождавшего митрополита. Духовное лицо, простите за каламбур, получило побои лица с лишением части зубов и травму ноги. Однако заявления от данного священнослужителя, пока не поступало и, соответственно, установленные законом разбирательства милицией не проводилось.

Шатохин: — Подожди, Евгений Васильевич, а кто ещё был в квартире с гражданкой?

Семенихин: - Установлено, что гражданка все это время была дома одна, ждала из школы своего сына-восьмиклассника.

Шатохин: — Это точно того самого, который роман написал?

Семенихин: — Да! Он, кстати, прибыл на адрес из школы, примерно, в пятнадцать ноль-ноль, сразу после ухода священнослужителей. И каким-то неясным образом беспрепятственно миновал плотное милицейское оцепление подъезда.

Шатохин: — Георгий Дмитриевич, товарищ полковник Калганов, объясните, как мальчишка мог пройти через ваше милицейское оцепление незамеченным?

Калганов: — По данному факту сейчас проводится служебное расследование, результаты которого я доложу немедленно по их появлению. Предварительно можно сделать вывод, что как-то просочился. Но это пока неточно!

Шатохин (обалдело): — Ты, Жора, сам-то понял, что сказал? Ладно, об этом мы позже поговорим с тобою… по результатам б появления. Евгений Васильевич, продолжай.

Аверьянов: — Подождите, товарищи! Это что, обычная русская женщина в хлам разбила морду, выбила зубы и вывернула ногу здоровенному мужику в рясе⁈

Семенихин ( твёрдо): — Пока точной информации нет, специалисты ещё работают, но вполне возможно и так. Разрешите продолжать?

Аверьянов: — Хм-м, хотя да, в войну русские бабы и не такое с немцами творили. Может он приставал к ней? Ты продолжай, Евгений Васильевич, извини, что перебил.

Семенихин: — Наружным наблюдением установлено, что к тринадцати ноль-ноль, на всех видах транспорта к адресу прибыло около десяти тысяч граждан (оценка неточная!) с информацией о, якобы, 'явлении Пресвятой Богородицы, которая раздает верующим по десять тысяч рублей. Возможно на каком-то этапе передачи информации как-то произошла утечка о содержании исповеди гражданки, которая была искажена и распространена в виде такого нелепого слуха. Разбираемся с этим.

Сразу после отбытия митрополита со свитой, была дана команда милиции на зачистку территории. О её результатах доложит полковник Калганов. Пожалуйста, Георгий Дмитриевич.

Калганов: — Э-э-э, зачистка территории проводилась по стандартной схеме номер три «Рассеивание несанкционированных митингов и демонстраций граждан» без применения оружия и спецсредств. В операции был задействован весь личный состав РОВД и приданного усиления, всего двести человек. Задержано двадцать два гражданина, ведущих себя агрессивно и выкрикивающих лозунги, типа:

«Сатрапы, да настигнет вас кара Господня!» и «Руки прочь менты поганые от Пречистой Богородицы Девы Марии!».

Остальные граждане мирно разошлись. Оцепление подъезда было снято около семнадцати ноль-ноль. Все задержанные граждане уже получили в суде по пятнадцать суток административного ареста по ст. 206.1 УК РСФСР «Мелкое хулиганство» и приступили к его отбыванию в нашем спецприемнике. По четырем из них решается вопрос о перемещении их в ЛТП на срок до трёх месяцев. Основания для этого есть.

Никаких антисоветских или антипартийных лозунгов и выступлений не зафиксировано. Жалоб и заявлений от граждан не поступало. Двое граждан преклонного возраста в силу резкого ухудшения самочувствия были доставлены в лечебные учреждения на Скорой. Он живы и уже хорошо себя чувствуют. Доклад закончил!

Аверьянов (подперев голову руками): — Тьфу ты… ну хоть в этот раз без антисоветчины обошлось! Ведем, ведем мы эту антирелигиозную работу, товарищи, и что в результате имеем? Это мыслимо… за час собрать десять тысяч человек под Богородицу?

Шатохин: — Э-э-э, поправлю, Геннадий Иванович… под Богородицу с десятью тысячами рублей.

Аверьянов: — Ладно, пока все ясно, товарищи, новую информацию сразу мне в обком. Спасибо, расходимся!

Шатохин: — Одну минуту, товарищи! Георгий Дмитриевич, кто у тебя в «Яме» участковым?

Калганов: — Капитан Демидко, на пенсию выходит в этом году.

Шатохин: — Нужно этому Демидко влепить строгача по партийной линии и уволить к чертям собачьим без выходного пособия, чтоб другим неповадно было. Это ведь что у него на участке творится⁈ Богородица явилась, митрополит со свитой шастают, граждане несанкционированно тысячами собираются. А где профилактика, недопущение?

Шатохин возвысил голос:

— Предлагаю голосовать! Кто за увольнение и строгий выговор Демидко? Единогласно! И в протокол совещания это обязательно включим — меры приняты, виновный установлен и наказан. И еще, Евгений Васильевич, ты давай-ка, начинай присматривать за этой семейкой Архиповых по-серьёзному, особенно за пацаном. Сдается мне, этим не кончится. Считай это партийным поручением райкома.

И ещё… Демидко погодим увольнять, ладно? Успеем ещё.

«Хм-м! Бараки как ветром сдуло, прослушка не фурычит, мальчишка невидимым проходит сквозь двойное ментовское оцепление… Ещё и этот цирк с митрополитом. Не слишком много случайностей для одного адреса?», — подумал капитан Семенихин.

Вторая версия (сущая правда)

Новосибирск. жилмассив «Яма». Квартира семьи Архиповых.

— Значит так, пап, слушай! Всех расспросил, а что-то и сам видел. Было вот как! — Начал Антон излагать хмурому отцу свою версию происшествия.

— Мама наша любимая, сегодня с утра, никому ничего не сказав, подалась в храм к заутрене.

Антон выдержал театральную паузу:

— И там, на исповеди, она заложила всех нас по полной! И про полученные деньги рассказала, и что еще будут. Тогда батюшка сказал ей, что бы она шла домой и там сидела, ждала. А они через час-другой приедут к ней с митрополитом и все ей грехи отпустят. Уж больно тяжел грех, его положено только митрополиту отпускать.

Ну мама и пошла домой их ждать. И на радостях дяде Ване Максимову на бутылку заняла, встретив его на лестничной площадке.

Антон улыбнулся:

— Приехали попы аж ввосьмером… и давай нашу маму охмурять! Один устанет, другой начинает… И так по кругу. И все время указывали пальцами на потолок. Прямо как ксендзы в «Двенадцати стульях». Они её почти два часа уговаривали эти деньги пожертвовать церкви. И в итоге уговорили, поплыла наша мама! И уже было собралась с ними в сберкассу за деньгами…

Антон продолжил:

— Один из попов, здоровый такой, толстый, сидел на стуле, впритык к столу. Мама встала в сберкассу идти… Ну и они встали, её сопровождать, чтоб не сбежала. И этот, толстый, тоже встать попытался, но ножкой стула, пока на нём елозил, рясу себе прижал. Да ка-а-к звезданулся лицом об угол стола, аж зубы полетели!

Лежит этот поп, орет, нога тоже вывернулась! Товарищи его подняли… давай на маму гнать, что она это специально подстроила. В общем, очнулась мама от религиозного обморока и вышвырнула их всех из квартиры. И дверь