Загадочное дело Рудольфа Дизеля. Удивительная жизнь и необъяснимая смерть великого изобретателя - Дуглас Брант

рабочими бизнеса можно по праву считать передовыми, но многие из коллег оказались не готовы разделить его представления о светлом будущем. Деловые партнеры и инвесторы отмечали, что бригадиры на заводе Дизеля «упрекают его в чрезмерной снисходительности к наемным рабочим, обвиняя в том, что он слишком избаловал их. Хотя Рудольф упорно отвергал такое обвинение, он сам начал с возрастающей досадой подмечать, что его работники, в том числе помощники инженеров, норовят недобросовестно воспользоваться этим ослаблением дисциплины»[104].

В конце концов Дизель перестал руководить заводом напрямую. К себе он по-прежнему предъявлял строгие требования, но вопрос поддержания дисциплины среди персонала передоверил бригадирам, сам же сосредоточился на тех сферах, в которых разбирался лучше всего. Однако эти попытки как-то усовершенствовать иерархию в трудовой среде очень характерны для его гуманной натуры.

* * *

Дизель придерживался глубоко продуманного комплекса убеждений, вполне современного по духу. Эти убеждения как бы уравновешивали друг друга. Он соглашался с тем, что милитаризм — «страховка от войн», однако при этом был «не менее истово убежден, что человечество может жить в условиях мирного сосуществования»[105]. Дизель открыто поддерживал «международную капиталистическую систему» (как он ее называл), считая, что это лучший путь к развитию социумов. Он сознавал ценность дарвиновской конкуренции, но отвергал теорию социального дарвинизма, которая возникла в 1870-х гг. и приобрела популярность на рубеже веков. Адепты социального дарвинизма применяли биологические идеи естественного отбора к обществам и народам, считая, что сильные народы должны становиться все сильнее и побеждать слабые, что для «высшей расы» естественно распространять свое влияние на всю планету — и более того, в этом ее долг, а значит, война — благородное занятие. Дизель держался противоположного мнения, выступая за «внутреннее достоинство» и «единство людей»; он с презрением относился к идее, «что один народ или раса в основе своей отличается от остальных».

* * *

В 1902 г., на какое-то время приведя в порядок деловую сторону жизни, Дизель взялся за трактат о социальном решении проблем индустриальной эпохи. Неисправимый романтик, он 24 ноября 1903 г., в 20-ю годовщину собственной свадьбы, опубликовал этот текст под названием «Солидаризм»{53}. Рудольф разъяснял: «Солидаризм — понимание, что благополучие индивида тождественно благополучию сообщества. Если сообщество должно вмешиваться в жизнь индивидуума, дабы помочь ему, каждый индивидуум обязан сознавать: ему следует трудиться ради сообщества и идти на жертвы ради него»[106].

На обложке книги красовалась большая буква S в центре шестиконечной звезды. Дизель пояснял, что шесть ее лучей символизируют шесть основных принципов солидаризма: правда, справедливость, братство, мир, сострадание и (главный элемент) любовь.

Он представил свое решение как настоящий инженер. Дизель писал о своей книге: «Вы видите, что в „Солидаризме“ нет никаких доктрин, отвлеченных теорий, произвольных умозаключений, самообмана. Все выводится и рассчитывается строго логически, количественно, исходя из реальной жизни и фактов. Все… достижимо на практике».

Эти слова стали несколько зловещим отзвуком письма, которое Рудольф написал фон Линде 11 февраля 1892 г., рассуждая об ожиданиях относительно своего двигателя: «Планируемые результаты — не какая-то натяжка или пустые надежды, их можно доказать математически, уничтожив всякие сомнения в их недостижимости»[107]. Иными словами, как свой двигатель, так и свою социальную концепцию он разрабатывал, исходя из научных методов, где важную роль играют конкретные доказательства.

Люди из круга Дизеля нередко обращались к созданию социальных теорий. Многие инженеры и ученые той эпохи часто становились на досуге социологами-теоретиками. Их, научившихся отлично мыслить благодаря своей основной профессии, неизбежно беспокоила связь между их научными достижениями и тем, как эти достижения воздействуют на общество, когда начинают применяться в промышленности{54}[108]. Дизель считал: он и его коллеги должны не только создавать технологии, которые позволят человечеству вступить в мир большей продуктивности и большего равенства, но и разрабатывать такую социальную модель, которая станет соответствовать развивающемуся миру. Это казалось Дизелю вполне логичным.

Стремление изобретателей расширять свои горизонты, занимаясь не только наукой, но и общественными проблемами, с тех пор отнюдь не угасло. Более того, сегодня оно ощущается довольно сильно. Инноваторы и предприниматели вроде Билла Гейтса или Уоррена Баффетта, сколотившие состояния в тех или иных отраслях, затем направляют обретенное могущество в другие сферы, стремясь принести пользу обществу: скажем, избавить планету от болезней, защитить окружающую среду, удалив из атмосферы лишние углеродсодержащие вещества, вывести человечество в космос. Но даже эти амбициозные планы выглядят довольно ничтожными на фоне монументального желания Дизеля решить «Социальную проблему», которая терзает человечество с первых дней существования цивилизации.

Рудольф писал Марте о своем трактате: «Инженер вступает в новую эру, когда он будет постепенно перехватывать у юристов рычаги решающего влияния на государство»[109].

В 1903 г. Дизель решил для начала выпустить «Солидаризм» пробным тиражом 10 000 экземпляров. Он был в восторге от очередного достижения, полагая, что его трактат поспособствует усовершенствованию мира даже больше, чем его двигатель.

Пабло Пикассо написал сотни стихотворений. Льстивые поклонники художника вовсю нахваливали его поэзию. На склоне лет Пикассо предрекал: несмотря на его достижения как художника, мир будет помнить его в первую очередь как великого поэта. Дизель страдал таким же заблуждением. После выхода книги он заметил: «Замечательно, что я изобрел двигатель Дизеля, но мое главное свершение — то, что я разрешил „Социальную проблему“»[110]. Однако вскоре он осознал свою наивность.

«Солидаризм» продавался плохо — раскупили всего несколько сотен экземпляров. Дизеля это страшно разочаровало. Скоро книга перестала привлекать общественное внимание. Один из рецензентов писал, что «Солидаризм» — «не более чем еще одна печатная утопия, прекрасная греза, подобная великому множеству предшественниц»[111].

Глава 13. Изучая спящего великана

В один из летних дней 1904 г. Рудольф Дизель взошел на борт сверкающего немецкого пассажирского лайнера «Кайзер Вильгельм II». Это скоростное трансатлантическое судно длиной больше 700 футов{55} и водоизмещением свыше 19 000 тонн предлагало пассажирам первого класса невиданную роскошь, составлявшую ошеломительный контраст с аскетическими условиями, царившими в третьем классе. Но все пассажиры, в том числе и Дизель, могли насладиться несравненной скоростью лайнера. В 1904 г. «Вильгельм» удостоился Голубой ленты — награды, присуждаемой пассажирскому судну, которое быстрее всех пересечет Атлантический океан в восточном направлении.

Проглотив разочарование от прохладного приема «Солидаризма», Дизель направлялся в Нью-Йорк. Ему очень хотелось навестить своего партнера Буша и собственными глазами увидеть юную страну, становящуюся все более могучей.

Вечный студент и ученый, он вел дневник, однако то была не обычная для большинства хроника повседневных событий и впечатлений. Дизель убористо исписал почти