Сага о принце на белом коне 2 - Юлия Стешенко

Ладно Торвальд и его братец — у них классовые стереотипы не то что в лобные доли — в мозжечок проникли. Но она, Ива! Можно подумать, социальные предрассудки передаются воздушно-капельным путем, как грипп.

Или половым. Тоже вполне вероятный вариант.

— Да вы не расстраивайтесь, — доброжелательно похлопал ее по руке Линомерианкаан. — Это типичная ошибка новичка. Вы находились в малознакомом, непонятном месте, нервничали и волновались. В такой ситуации естественно довериться кому-то более компетентному и уверенному. В вашей ситуации это был Торвальд — а Торвальд, конечно же, совершенно не обращал внимания на глупых девок.

— Но девки оказались не такими уж глупыми… — пристыженно кивнула Ива.

— Ну как сказать. Умом они действительно не блещут, — небрежно пожал плечами Линомерианкаан. — И приврать горазды. Но суть разговора по их словам восстановить несложно. Значит, вы согласились обучить младшего Эйнарсона магии…

И замолчал многозначительно.

Запрет на передачу магтехнологий лежал в основе политики Колониального совета. Именно этот запрет гарантировал безопасность Вертекса* в любом конфликте. Аборигенные вожди могли объявить войну чужакам, могли разрушить их поселения — но никогда, ни при каких обстоятельствах не могли последовать за колонистами через порталы. Потому что не умели.

Из этого императива проистекало менее значительное, но весьма приятное следствие. Ни один из миров не мог приблизиться к магическим возможностям Вертекса — а следовательно, в любом мире Вертекс мог свою магию выгодно продавать. Или не продавать — что тоже было способом давления и контроля.

Именно поэтому отдел социальных связей так легко раздавал аборигенам подарки — светильники, нагреватели, охранные амулеты. Специально нанятые погодники усмиряли штормы и разгоняли тучи, позволяя скудному урожаю вызреть, защищали его от поздних заморозков, засухи и града. Если нужный человек жаловался на здоровье, свое или близких, им оказывали медицинскую помощь. Но никто никогда не стал бы учить аборигенов магии.

— Не то чтобы согласилась, — Ива неспешно отпила кофе, старательно сохраняя на лице любезную непринужденность. — У Ингибьерна возникли сложности с пониманием книги из его собственной библиотеки. Торвальд попросил меня помочь — и я, естественно, согласилась. Наверное, следовало посоветоваться с вами. Но мне, честно говоря, это даже в голову не пришло. Ситуация казалась совершенно очевидной. Ингибьерну нужна была помощь в изучении аборигенной магии — это никак не противоречит Статуту.

— Вы уверены?

— Определенно. В книге описаны примитивные целительские приемы — но не местной школы, а какой-то южной, простите, не помню названия страны… Или местности? Ингибьерн несколько раз произносил название, но я не обратила внимания. Рецепты зелий, немного манотерапии, суеверная астрологическая чушь. Не более того.

— Не более того… Вот, значит, как… — задумчиво протянул Линомерианкаан. И вдруг улыбнулся. — Полностью доверяю вашему квалифицированному мнению.

Ива почувствовала, как по спине пробежал холодок — словно просыпался за шиворот ледяной иней с ветвей. Очень уж легко принял ее объяснение Линомерианкаан. Не расспрашивал, не пытался поймать на мелких нестыковках, не уточнял допустимые границы обучения. Просто доверился квалифицированному мнению.

— Рад, что мы прояснили этот вопрос, — продолжал между тем Линомерианкаан, сияя доброжелательным оскалом. — Теперь можно перейти к главной теме нашей беседы. Вы же в курсе местных религиозных верований? С позиции практика, так сказать, — безопасник коротко хохотнул, и Ива поддержала его смех улыбкой, хотя шутки в сказанном не увидела. Банальная констатация факта.

— Да. Довелось столкнуться, — согласно кивнула она.

— Столкнуться? Не скромничайте. Вы провели на удивление эффективное расследование, выявили кризис и купировали. Относительно методик можно поспорить… Но победителей не судят, — теперь Линомерианкаан смотрел холодно и цепко. Удивительно, но этот расчетливый хищный взгляд пугал меньше, чем подчеркнутое дружелюбие. — К тому же своими действиями вы завоевали доверие Торвальда Эйнарсона. Думаю, банальная любовная интрижка в этом смысле оказалась бы менее полезной.

— А вам что-то нужно от Торвальда Эйнарсона? — сохраняя в голосе вежливое любопытство, поинтересовалась Ива.

Это было ожидаемо. Для безопасников единственное весомое достоинство Ивы и единственная же полезная ее функция — возможность повлиять на Торвальда Эйнарсона, старшего сына ярла. Она понимала это с самого начала. И она приняла правила игры. Потому что это было выгодной сделкой. Отличная прибавка к окладу, премии, блестящая запись в резюме, для вчерашней выпускницы совершенно недостижимая… Не просто первая ступенька карьеры, а настоящий трамплин. А взамен — всего ничего. Крутить роман с роскошнейшим мужиком, время от времени подкидывая ему правильные идеи.

Всего месяц назад это казалось отличной сделкой. А сейчас Ива стиснула в руках чашку, усмиряя дрожь.

— Ничего особенного. Видите ли, в чем проблема… Какой-то кретин из числа наших сотрудников спер алтарь Отана, — по лицу Линомерианкаана скользнула короткая злая гримаса и тут же исчезла, сменившись стерильным доброжелательным спокойствием. — Алтарь, на котором приносили обильные жертвы, в том числе и человеческие. Вы, госпожа Неванленнале, имеете представление о том, сколько маны может аккумулировать такая вещь.

— Да. Очень опасная штука — в умелых руках, — кивнула Ива. — Но при чем тут Торвальд?

— При том, что этот алтарь принадлежал ярлу Эйнару. И ярл Эйнар в ярости. Я хочу, чтобы вы стали посредником — и помогли нам отыскать приемлемый компромисс. Конечно, мы найдем виновника, конечно, мы вернем этот несчастный алтарь. Но не мгновенно — а ярл требует результатов немедленно. Поэтому нам не помешает дипломатическая поддержка. Ну что? Вы согласны?

— Я приложу все усилия, — сдержанно кивнула Ива.

На этом серьезный разговор был окончен. Какое-то время Линомерианкаан изображал светскую беседу, расспрашивая Иву о ее артефакторских разработках — а может, действительно интересовался потенциалом сотрудника, который волей случая оказался в его отделе. Сначала Ива отвечала сдержанно, потом увлеклась, разговорилась и вывалила на безопасника ворох новых идей. Линомерианкаан слушал на удивление внимательно, а концепцией самоочищающейся урны заинтересовался всерьез и даже попросил набросать схему.

— Любопытно, весьма любопытно, — одобрительно поцокал он, разглядывая густо исчерканный лист. — В быту, пожалуй, малоприменимо — слишком высок риск испепелить что-то важное. А в нашей специфике вещь крайне полезная.

— В вашей? — недоуменно переспросила Ива. — Я думала, этим начальник хозяйственного отдела заинтересуется. Все-таки мусор — это по его части.

— Когда как, когда как… — Линомерианкаан аккуратно отложил в сторону листок. — Знали бы вы, сколько промышленных разработок утекло к конкурентам через выброшенные в урны черновики. Мы, конечно, проводим инструктаж, но