Россия на экономических фронтах Первой мировой войны - Андрей Юрьевич Павлов

разрухи и транспортного коллапса в России. С января по конец октября 1917 г. были выданы разрешения на вывоз в Швецию разных товаров объемом более чем 2 млн пудов, но удалось вывести только около половины запланированного[450]. Это был очень тяжелый период и для экономики Швеции, поскольку из-за английского давления получить продовольствие и кормовые культуры Швеция могла только из России. В данный период Швеция как никогда в своей истории нуждалась в развитии экономических связей со своей восточной соседкой. Однако в годы войны по объективным причинам прекратился экспорт из России зерна. Самыми важными статьями экспорта становились теперь лен и пенька. В 1916 г. они составляли 13 %, а в 1917 г. – 70 % всего русского экспорта в Швецию. Увеличение в 1917 г. шведского импорта из России происходило главным образом за счет ввоза льна, пеньки и горюче-смазочных масел. В то же время экспорт жмыхов и семян, пользовавшихся в Швеции большим спросом, уменьшился на 72 %[451].

В целом экономическое сближение России и Швеции в военные годы стало свершившимся фактом. За три года войны Россия переместилась на третье место в шведском товарообороте. Шведский экспорт в Россию в 1916 г. по сравнению с довоенным периодом вырос в четыре раза. Даже после Октябрьской революции экономические отношения со Швецией развивались, несмотря на разрыв отношений дипломатических[452].

В 1918 г. самые значительные и оживленные экономические отношения Советская Россия имела именно со Швецией. В скромном советском товарообороте за 1918 г. Швеция занимала первое место и по ввозу, и по вывозу[453]. Лишь давление Антанты заставило Швецию в 1918 г. отказаться от экономического сотрудничества с правительством большевиков. Примечательно, что постепенно в шведском общественном мнении наметился явный поворот от русофобии к англофобии, когда Англия с ее постоянным экономическим давлением на Швецию с целью прекращения торговли с Германией стала восприниматься простыми шведами более негативно, чем Россия. Неслучайно торговое соглашение между Швецией и Англией, несмотря на серьезное давление, было заключено лишь в мае 1918 г.

4.3. Методы экономической борьбы Антанты против Германии в Скандинавско-Балтийском регионе

Как известно, основными методами экономической войны со стороны Антанты стали морская блокада побережья противника, введение систем контроля и рационирования, санкций против нарушителей, ограничение торговли нейтральных стран с Германией. Превосходство Антанты на море было очевидным. Союзники имели в своем распоряжении 59 % мирового пароходного тоннажа (одна Британская империя имела 43 %) против 15 % Центральных держав[454]. Господство на море давало возможность британскому судоходству без потерь перебрасывать сотни тысяч солдат из доминионов. Так, в течение войны английские суда перевезли более 2,3 млн солдат, 2,24 млн животных и 46,5 млн тонн военных товаров[455]. С началом войны Антанта решила применить против «железных тевтонов» традиционное и, как показало время, весьма эффективное оружие – экономическую блокаду. Российский исследователь И. Н. Каверин определяет союзническую блокаду как «совокупность насильственных мер (применение вооруженных сил, экономического и политического давления и контроля), направленных против международных экономических связей Германии с целью ее изоляции от внешнего мира и захвата ее рынков»[456].

В начале августа 1914 г. вопрос об экономическом давлении на Германию изучался как в Лондоне, так и в Париже, но инициатива в проведении блокадной политики все же принадлежала Англии. Англичане сделали ставку на ослабление экономики противника при помощи блокады[457]. Именно Лондон стал неформальным центром блокадной политики Антанты, а морская блокада являлась важнейшим инструментом борьбы Великобритании против Германии. Задачу разгрома своих врагов на суше туманный Альбион предпочитал переложить на европейских союзников – Францию и Россию, которые и несли основные тяготы сухопутной войны.

Для осуществления задач по блокированию Германии и защите союзнических морских сообщений 8 августа 1914 г. между британским адмиралтейством и главным штабом французского военно-морского флота была заключена конвенция о распределении зон действия флотов и службы контроля. Французский флот должен был в основном действовать в Средиземном море, военно-морской флот Англии – в Атлантическом и Тихом океанах, английский и французский флот совместно контролировали Ла-Манш.

Экономическая и морская блокада в той или иной форме применялась задолго до Первой мировой войны, однако тогда речь шла об использовании преимущественно ближней блокады (close blockade), когда силы блокирующего флота располагались в непосредственной близости от военно-морских баз и побережья противника. В этом случае каждая попытка заблокированного флота выйти из своих баз неизбежно вызывала бы боевое соприкосновение с силами блокирующего флота. Специфика союзнической блокады в Первой мировой войне заключалась в том, что Антанта не ставила перед собой цель и технически не собиралась осуществлять ближнюю блокаду Германии. Предпочтение было отдано в пользу так называемой дальней блокады (distant blockade), направленной на установление полного контроля над морскими коммуникациями противника, по которым поступали необходимые товары из нейтральных стран[458]. При этом речь шла о тотальном разрушении торговых связей противника.

Апологетом дальней блокады в Англии являлся, в частности, военно-морской теоретик Дж. Корбетт, который в своих работах подчеркивал особую важность сохранения собственных морских коммуникаций и разрушения торговых путей противника. Корбетт также был уверен в том, что успех в современной войне достигался не только посредством победы в сражениях, войну прежде всего «выигрывал богатый кошелек»[459]. Следуя некоторым советам Корбетта, английское военно-морское командование предпочло военно-морским столкновениям с германским флотом закрытие для Германии выхода в Атлантический океан с тем, чтобы отрезать от внешнего мира и разрушить ее океанскую торговлю.

По мере продолжения войны английская блокадная политика становилась все более жесткой и суровой. 4 августа (22 июля) 1914 г. английское правительство опубликовало первые два списка товаров абсолютной и условной контрабанды. К абсолютной контрабанде относились 12 видов товаров (вооружение, снаряды, самолеты и др.), к условной – 13 видов (продовольствие, фураж, бинокли, золото, серебро, обувь и др.). 29 октября (16 октября) 1914 г. большинство необходимых для Германии сырьевых материалов (в том числе медь, никель, алюминий, каучук) превратились из условной в абсолютную контрабанду. Список абсолютной контрабанды насчитывал уже 41 вид. Великобритания также применила новые методы инспекции грузов: если торговое судно задерживалось, то грузы проверялись не в открытом море, как требовали нормы морского права, а в ближайшей английской гавани, куда судно препровождалось для детального досмотра и проверки. Во избежание захвата судна владелец обязан был доказать, что груз не предназначался для военных целей.

В отличие от Антанты, Центральные державы находились на море в невыгодном положении. С началом войны 64 % германских торговых судов были интернированы Антантой в нейтральных портах[460]. Первые ответные меры Германии по отношению к союзнической блокаде копировали отдельные английские шаги. Так, в октябре 1914 г. германские патрули на Балтике