От абака до ChatGPT: Короткие истории долгого прогресса - Олег Сальманов

История игрушек для миллиардеров

В 1979 г. Джордж Лукас, уже известный всему миру как создатель «Звездных войн», совершает шаг, многим кажущийся сумасбродством: открывает студию компьютерной графики, которая позже будет названа Pixar и должна будет производить видео и звук такого качества, чтобы фрагменты можно было использовать в кино.

В студию приглашаются те немногие, кто не считают это глупостью, – технический гений Эд Катмулл и криейтор Элви Смит.

Скромные успехи у студии есть (одна из сцен очередных «Звездных войн» целиком создана в компьютерной графике), но время для признания еще не пришло. И не Лукасу суждено было стать маршалом прорыва: в 1986 г. он переживает довольно сложный развод, его счета оказываются заблокированными, а сам он остается совершенно без средств; надо что-то продавать. Выбор Лукаса падает на самый малоценный из его активов – студию компьютерной графики.

Ценность ее и впрямь сомнительна: инвесторы, все до одного, отказываются от покупки. Хотя нет, один нашелся – это Стив Джобс, «никогда ничего не делавший ради денег». Видимо, поэтому он готов платить только вшестеро меньше реальной стоимости. Особого выбора у Лукаса нет, и студия уходит Джобсу за $5 млн.

У Джобса в те годы свои проблемы: деньги-то есть (из созданной им Apple он ушел миллиардером), а вот в творческом плане его преследуют неудачи. Основанная им компания NeXT презентована просто блестяще, фанат дизайна Джобс восхитил мир черным кубом (так выглядел созданный компанией компьютер), но за презентацией не последовало толкового продукта – NeXT позиционировался как машина для супервычислений, для науки, но стоил раз в двадцать дороже ненавистных Джобсу машин IBM, а его преимущества были спорными.

Тим Бернерс-Ли, изобретатель Всемирной паутины, в ЦЕРНе именно на компьютере NeXT пишет первый веб-браузер, а Джон Кармак на нем же создает самые знаменитые игры своего времени, в том числе DOOM. Но даже такая слава не спасает NeXT – дела идут очень плохо.

Вот на таком фоне Джобс совершает лучшую из своих инвестиций, хотя пока сам не понимает этого – его интересует сердце студии Лукаса, мощный компьютер, создающий трехмерную графику. Джобс именно в компьютерах и во всем с ними связанном считает себя докой и только в этом и видит перспективы.

Он решает удешевить пиксаровский компьютер до $30 000, упростить его и выйти с ним на рынок частных лиц. В идею было вложено много денег (Джобс в процессе работы выписал чеков на $50 млн, десятикратно перекрыв стоимость покупки студии), но, как выяснилось, потребитель не горел желанием, сидя дома, заниматься трехмерными изображениями. В итоге проект пошел под списание, а Джобс, набив всего одну шишку, стал умным инвестором, о котором осталась отличная память у всех, кто сотрудничал с ним в Pixar.

Джобс принял единственно правильное решение: нанял профессионалов и не мешал. Разве что очень точечно и тактично, чего за ним раньше не водилось, подсказывал направление развития там, где он сам его видел, и в том, в чем он сам разобрался.

В итоге к 1990-м гг. Pixar – студия, делающая очень успешные короткометражки и востребованная в производстве рекламы. А будущее настало, когда студия занялась съемками полнометражной анимации.

Первый же опыт – фильм «История игрушек», снятый в 1995 г. Джоном Ласеттером, – стал невероятным хитом.

Джобс ожидал невозможного – ему грезились кассовые сборы в $100 и даже в $200 млн, но он ошибся: картина принесла $360 млн, а суммарно последовавшие затем полнометражные мультики сделали Джобса богаче на $2,5 млрд.

В 2006 г. он продаст студию Pixar концерну The Walt Disney Company за $7,4 млрд и 7% акций, что сделает его самым крупным акционером Walt Disney.

Словом, идея довериться профессионалам и не мешать, которую Джобс однажды в своей жизни реализовал, оказалась более чем успешной.

А Pixar изменил мир кино, и не только анимационного, но и игрового – сегодня крайне сложно кого-то в мире удивить спецэффектами, производство которых на наших глазах становится пищей для AI.

Азарт на службе технологических прорывов

Еще в 1950-е гг. людям, пялящимся в осциллограф, приходила в голову идея отвлечься и расслабиться «без отрыва от производства». Так появлялись забавы, имевшие хождение в этом узком кругу. Ральфа Бэра, инженера серьезной оборонной конторы Sanders Associates, эта идея не обошла стороной – он придумал играть в теннис на экране своего научного прибора.

Для реализации личной фантазии Бэр воспользовался служебным положением – написал техзадание и выкатил наработки. Двое его подчиненных взялись за реализацию.

Так появилась первая игровая консоль, известная как «коричневая коробочка» – она стыковалась с телевизором через разъем. Дополняли ее два джойстика и специальное ружье.

С этой коробочкой Бэр явился на совет директоров, и серьезные люди в галстуках, решавшие мировые проблемы, посмотрели на него как на клоуна на похоронах. Но Бэр свою идею «продавить» сумел – затраты-то мелкие.

Sanders разместил заказ на заводе телеприемников Magnavox. На полках магазинов новинка появилась в 1972 г. как Magnavox Odyssey.

Продажи превысили ожидания людей в галстуках почти в 100 раз: хотя стоила консоль целых $100, было продано почти полмиллиона экземпляров.

Успехи этой «побочки» понравились не только начальству Бэра, но и другим: возникла масса подражателей. Самый шустрый из них, Нолан Бушнелл, «придумал» игру Pong и выпустил свою консоль, которую ждал фурор. Дело в том, что его консоль, как и у Magnavox, стыковалась с любым телевизором, имевшим LP-разъем. Но в Magnavox по маркетинговым причинам предпочли это от покупателя скрыть, а Бушнелл кричал об этом на каждом углу, и его коробочка продавалась лучше, чем Odyssey.

Бушнелл проиграл суд Бэру, как проиграют суды все подражатели, но Atari, как назвал свою компанию Бушнелл, было уже не остановить, а его успех, в свою очередь, породил тысячи клонов, подражавших уже не Бэру, а Бушнеллу.

Sanders же спустя два года после старта продаж Odyssey вдруг обнаружили, что они больше не военная компания: доходы от продажи консолей и патентные отчисления за игры сильно превзошли успехи всех остальных разработок.

Так Бэр случайно организовал конверсию.

Игры – любимое развлечение для детей от нуля до ста лет. Желающих погрузиться в них хватает, так что похвальба Бушнелла, будто он усадил за компьютер почти все население Земли, не выглядит сильным преувеличением.

Бушнелл и его партнер