Владелица усадьбы Карантар - Надежда Игоревна Соколова

можно установить его временно, как часть декора. Это произведёт впечатление на гостей, особенно на тех, кто чтит старые обычаи. К тому же, это просто камень – никаких жертв или обрядов, только историческая инсталляция. Жрецы разных богов обычно не возражают против таких вещей, если это не используется для враждебных их вере ритуалов.

Я обдумала. Идея была интересной. Древний родовой камень как центральный элемент встречи – это запомнится.

– Сколько времени нужно, чтобы его найти?

– Если место указано верно – несколько часов. Я могу заняться этим сегодня.

– Хорошо. Займитесь. Если камень цел, установим его у входа, украсим цветами и свечами. Это будет… эффектно.

Веланд кивнул, собрал свитки и вышел. Дирк, всё это время молчавший, спросил:

– Тётя Ариадна, а если камень действительно древний алтарь? Не обидятся ли жрецы других богов?

– В Империи почитают многих богов, Дирк. Никто не требует поклоняться только одному. Если мы не будем проводить чуждых обрядов, а просто используем камень как исторический артефакт – это никого не оскорбит. Наоборот, многие оценят уважение к традициям предков.

Он понимающе кивнул и вернулся к своим записям.

Я откинулась на спинку кресла. Ещё одна находка, ещё одна деталь, которая делала подготовку к балу всё более интересной. Камень предков, родословная, древние права… Скоро гости увидят, что Карантар – не просто богатое поместье, а место с историей. А история, как известно, внушает уважение.

Глава 28

Глава 28

За сутки до бала я поднялась затемно. Сон не шёл – в голове крутились сотни деталей, которые нужно было проверить лично. Я оделась в простое, тёплое платье, накинула плащ и вышла во двор, едва начало светать.

Морозец был крепким, но небо обещало ясный день – хорошая примета.

Первым делом я направилась к главному входу. Там уже суетились рабочие, устанавливая древний камень, который Веланд откопал не так давно. Он оказался именно таким, как в описании: массивный валун с едва различимой резьбой, на которой угадывались дубовые листья и переплетённые ветви – древний символ Карантара. На камне лежал тонкий слой инея, дыхание вырывалось изо рта белыми клубами.

– Выше, – скомандовала я, глядя, как рабочие поднимают камень на деревянный постамент. – Он должен быть виден от ворот.

– Госпожа, – подбежал Иво, раскрасневшийся от холода и беготни, – в шатрах всё готово. Утеплили двойными стенками, печи поставили, полы соломой устлали. Даже если мороз ударит, гостям будет тепло.

– Проверь, чтобы дымоходы были чистыми. Угарный газ – плохой гость.

– Сделано. И дорожки посыпали песком – не замёрзли ещё, но на всякий случай.

Я прошла к шатрам. Два больших шатра из плотной, промасленной ткани стояли ровными рядами. Изнутри доносился запах нагретого воздуха и хвои – печи топили с вечера, чтобы прогреть помещение. Внутри уже накрывали столы – Марта лично руководила расстановкой посуды. Скатерти были белоснежными, с тонкой вышивкой по краю – работа наших мастериц. Посуда – лучшая, из старых запасов и новая, что сделали у Сигизмунда. Хрусталь сверкал в свете десятков свечей, а от натопленных печей шёл приятный, сухой жар.

– Марта, всё ли в порядке?

– Да, госпожа. Повара уже с утра на кухне, готовят. Меню утверждено, вино откупорено, глинтвейн для согрева гостей на входе будет подан. Слуги проинструктированы.

– А размещение гостей? Кто где будет ночевать?

– Список составлен. Граф фон Штайн – в главном доме, барон фон Эйхен – в гостевом домике у пруда, лорд Эверетт – в трактире, как и просил. Остальные – согласно статусу и пожеланиям. Я всё разметила, Дирк записал. Во всех комнатах печи уже топят, чтобы к вечеру было тепло.

– Хорошо. Покажи, где будут сидеть за ужином.

Марта провела меня в главный зал. Столы были расставлены подковой – так, чтобы все видели друг друга, но чтобы не было явного «главного» места. Моё кресло стояло в центре, но не на возвышении – я не хотела подчёркивать власть, только гостеприимство.

– Цветы? – спросила я, заметив, что вазы ещё пусты.

– Должны привезти к полудню. Из оранжерей графа Северна – он обещал лучшие. Дороги подмёрзли, но подводы идут.

Я кивнула. Ещё один штрих, который покажет, что у Карантара есть влиятельные друзья.

Мы вышли во двор. Иво уже проверял освещение – вдоль дорожек и у входа установили высокие железные жаровни. В них уже закладывали дрова, чтобы к вечеру разжечь. Огонь будет гореть всю ночь, освещая путь гостям и давая дополнительное тепло.

– Госпожа, – окликнул меня Веланд, выходя из усадьбы с какой-то книгой. – Я подумал: может, стоит показать гостям несколько самых красивых экспонатов из библиотеки? Не сами книги, конечно, но несколько свитков в прозрачных футлярах? Это произведёт впечатление.

– Хорошая идея. Поставьте в малой гостиной, там, где гости будут собираться перед ужином. И таблички с кратким описанием, чтобы все понимали, на что смотрят.

– Сделаю.

Я обошла усадьбу целиком. Заглянула на кухню, где повара уже колдовали над соусами и закусками. Проверила комнаты, отведённые для гостей – в каждой было чисто, печи натоплены, на столах стояли вазы с сушёными цветами и свечи, на постелях – тёплые одеяла с подогретыми кирпичами в ногах. В малой гостиной, где после ужина предполагались танцы, музыканты уже настраивали инструменты – их привезли из столицы, лучших из доступных. Здесь тоже топили камин, так что в зале было тепло и уютно.

К полудню подъехала повозка с цветами. Я лично проследила, чтобы их расставили: белые розы и хризантемы в главном зале, алые – в шатрах, скромные букеты из сухоцветов и вечнозелёных веток – в гостевых комнатах. Везде должно было пахнуть свежестью и уютом.

Дирк, семенивший за мной с блокнотом, делал пометки.

– Запиши, – сказала я, остановившись у входа. – К закату зажечь все жаровни во дворе и факелы у ворот. У входа поставить горячий глинтвейн в больших чашах – пусть гости согреваются с порога. Гостей встречать парадно, но без подобострастия. Лакеи должны знать, кто есть кто, и провожать каждого сразу к его комнате, чтобы не толпились в холоде.

– Записал, тётя Ариадна.

– И последнее. Моё платье и украшения пусть принесут в мою комнату к вечеру. Я хочу переодеться за час до прибытия первых гостей.

– Будет сделано.

Я поднялась в свою комнату, наконец-то позволив себе сесть. Из окна был виден весь двор: рабочие заканчивали установку жаровен, слуги в последний раз