Часовой: Владыка Севера - Максим Шторм

Загадочная, непонятная жидкость в стеклянных сосудах размеров с двухсотлитровые бочки. Что это? Некоторая была похожа на бледно-розовую водичку, другая отливала ядовитой зеленью, а третья и вовсе была похожа на алую, загустевшую кровь. Кое-где шли странные необъяснимые процессы. Жидкости бурлили, клапаны и дыхательные краны шипели и пыхтели, десятки манометров демонстрировали различные показания, понятные только специалистам…

Мы прошли мимо нескольких, похожих на свинцовые гробы, саркофагов, к которым были подключены трубы и кабеля, а стоящие рядом агрегаты и алхимические приборы угрожающе трещали и щёлкали.

В лаборатории стоял резкий запах химических реагентов, хлорки, спирта и железа. Думаю, нагрянь сюда орава сотрудников из Тайной Службы, доукомплектованная специалистами из алхимического отдела, и они бы обнаружили много чего интересного и гарантированно запрещённого на территории боговерующей Великорусской Империи.

И когда мы уже завершали беглый поверхностный осмотр гигантской лаборатории, Грифон вдруг резко дёрнулся и, впившись когтями мне в кожу, яростно и возбуждённо заклекотал. Я остановился как вкопанный. Поднял руку, призывая к тому же остальных, и медлено посмотрел туда, куда настойчиво указывал мой Родовой зверь…

Глава 19

Глава девятнадцатая.

На первый взгляд эта штуковина была похожа на уже виденые нами свинцовые саркофаги. Примерно такого же размера, прямоугольный, расположенный в одном из огороженных и стерильных отсеков, ящик. Но лишь на первый.

При ближайшем рассмотрении становилось понятным, что ящик не свинцовый, а стальной, с откидывающейся крышкой, запертой на три бронзовые защёлки. И его поверхность покрывали колдовские знаки. Магические руны. Но при взгляде на эти надписи у меня волосы на затылке сами собой зашевелились. А Грифон, рыча, как злобный цепной пес, с ненавистью заклацал клювом.

Магические руны явно были не человеческого происхождения. Язык, которому они принадлежали, пришел к нам из иного мира. Во всем чуждого нашему. Мира, где властвовал Хаос и который порождал ведьм и чудовищ. Мира, подчиняющегося кошмарным законам, кои не в силах вообразить человеческий разум.

И я уже точно видел подобные символы. И очень хорошо их запомнил. Подобное не забываешь. Сердца Хаоса. Ужасающий ящик Пандоры из другого мира, содержащий в себе сердце демона. Разумеется, этот саркофаг при любом раскладе не мог быть еще одной ведьминой бомбой замедленного действия.

Это было нечто иное. И служило совершенно определённым целям. И я знал каким. Ставлю на кон свою жизнь, что в этом гробу лежит то, то мы ищем. Ждёт своего заветного часа практически созревший плод. Жуткое и кошмарное порождение Ковена. Искуственно созданная колдовская кукла. Дубликат, во всем копирующий Императора Великорусской Империи Константина Коренева.

Я сделал знак своим товарищам, и мы осторожно подошли к стальному ящику. Он лежал на невысоких металлических козлах. К нему, в отличии от прочих саркофагов, не был подведён ни один провод и ни одна трубка. Думаю, содержимое этого ящика не нуждалось в дополнительном внимании извне. Все что ему было нужно — это определённая питающая среда и время. И Владислав Перумов смог дать дозревающей под расписанной иномирными символами крышкой твари и то и другое. Создать для дубликата нашего Самодержца идеальные условия под сводами своей тайной лаборатории.

Мы застыли в двух шагах от сверкающего хододной сталью саркофага. Все было понятно без слов. Если мы сейчас обнаружим внутри то, что ожидаем найти, Перумов, даже если сейчас не нагрянет к нам и не застукает с поличным, обречён. От него отвернутся все. Даже самые ярые сторонники его Дома. Собственно, с ним будет покончено в ту секунду, когда мы увидим, что скрывается в этом жутком гробу.

— Неужели мы нашли его? — в негромком голосе Валентина сквозило огромное облегчение. — Бестужев, скажи мне, что я не зря полз на пузе столько времени, только для того чтобы обнаружить в этом гробу труп дальнего родственника Перумова!

— Думаю, внутри действительно находится это существо, — сложив руки на груди, сказал я, внимательно рассматривая тугие защёлки. — Ящик наверняка герметичный, покрыт ведьмиными символами, напитан черной иномирной магией и создан с определённой целью…

Леонид нетерпеливо вскинул голову и сверкнул глазами:

— Тогда каких бесов мы все еще смотрим на него, Алексей? Открываем и, считай, наше дело сделано!..

Мы стояли прямо напротив так приковавающего взгляды ящика. И со стороны, казалось, были полностью поглощены его созерцанием. Возможно, ему бы и удалось нас всех застать врасплох. Одна из железных дверей-близнецов приоткрылась до того тихо и бесшумно, что никто и не услышал…

Но Грифон еще загодя предупреждающе куснул меня, заставляя напрячь все органы чувств. И когда он, никем не замеченный, вошёл в свою лабораторию и замер, прожигая нас горящим взглядом злобных глаз, я уже знал о его появлении. Но остальные, заслышав внезапно раздавшийся в огромном зале звенящий от едва сдерживаемой ненависти голос Перумова, вздрогнули. И резко повернулись, ощетинясь оружием.

— Я бы вам не рекомендовал этого делать, господа!

Я неспеша, по-прежнему держа руки сложенными на груди и не хватаясь за меч, повернулся на голос своего злейшего врага.

Перумов, одетый в длиннополый, прекрасно пошитый камзол, высокий и подтянутый, производил впечатление благородного потомственного аристократа, убелённого сединами дворянина и оплота государственности. Я всматривался в его резкие, посечённые временем черты лица, бесстрастно смотрел в глубоко запавшие, ледяные темные глаза и был вынужден признать, что он просто отлично выглядит для своих ста с лишним лет. Чтобы ему не дала Вальпургия для продления жизни, определено это работало.

Леонид Рокоссовский, положив затянутую в кожаную перчатку ладонь на рукоять меча, глухо произнёс:

— Граф Властимир Перумов, именем Императора и закона вы арестованы по обвинению в совершенных вами преступлениях. Прошу вас сдаться и следовать за нами. И тогда я лично гарантирую вам полную безопасность до справедливого суда Императора.

Стоящий под прицелом двух взведенных пистолей и совершенно не производящий впечатления серьёзного и опасного противника, старик неожиданно мягко рассмеялся и с деланным удивлением воскликнул:

— Полноте, князь! О каких преступлениях идёт речь? Это я должен вас спросить что вы здесь делаете, да еще в компании этого изменника и диверсанта из проклятого богом Рода?..

Валентин поражённо выдохнул сквозь зубы:

— У него еще хватает наглости комедию перед нами ломать…

Я, усмехнувшись, ткнул большим пальцем за спину:

— Граф, не хотите ли вы сказать, что в этом вот интересном ящике вы храните годовой запас солёных огурцов? Почему тогда так упорно не желаете, чтобы мы посмотрели на его содержимое?

Перумов издевательски оскалился.