Еретик - Марат Дочкин

— Что делает Конфлан? — спросила Санча Витторио. Её сейчас очень не хватало рослого Мушкилы. С седла невысокой кобылы, будучи сама невысокого роста, Санча плохо видела поле боя дальше построений своего войска. Ясное дело, что самое возвышенное место заняли кондотьер и виконт Эмери со своими военными советниками.

— Стоят, — односложно ответил Витторио. Он сейчас был на пике напряжения перед боем, и наличие девушки под боком его уже раздражало, хотя накануне он не возражал, рассчитывая произвести должное впечатление своим умением и талантом полководца.

Наконец, Ампурьяс, имея небольшое преимущество в численности пешего войска, решился на действия. Сквозь строй на поле боя просочились застрельщики, россыпью приближаясь к строю копейщиков.

— Арбалетчикам вперёд! — скомандовал Витторио, и его приказ продублировал рожок. Генуэзцы вышли шагов на десять перед строем. Каждого арбалетчика прикрывали два щитоносца с большими повезами-щитами.

С первого залпа до застрельщиков не дошло изменение правил на поле боя. Наоборот, после первого залпа застрельщики активнее пошли на сближение, чтобы метнуть свои дротики и некоторые даже успели, однако второй нестройный, растянутый во времени залп арбалетов нанёс приблизившимся застрельщикам столь чувствительные потери, что они поспешили отойти. Но, привычные к встречному перебрасыванию дротиками, застрельщики отошли на безопасное, по их мнению, расстояние. Дистанция была безопасной от дротиков, а арбалеты били куда дальше. Третий залп окончательно деморализовал застрельщиков Ампурьяса, и их остатки поспешили скрыться за строем копейщиков.

Копейщики Ампурьяса больше не орали, настороженно поглядывая на новинку. Нельзя сказать, что иберийцы не пользовались луками, но массового применения не было. Одоспешенному воину стрелы не представляли значительной угрозы. Даже хороший кожаный колет, как у застрельщиков-васков мог остановить стрелу, выпущенную из древкового лука. К тому же из лука ещё попасть надо. Другое дело — массированный обстрел, но столько лучников в этих краях не водилось. Здесь же явно использовались довольно мощные луки, а главное, они были в руках метких стрелков. А если они сейчас поближе подойдут?

Арбалетчики, подождав немного, действительно двинулись ближе к строю врага. Чуть позже строй копейщиков тоже двинулся вслед за арбалетчиками, но через полсотни шагов остановился. Замысел врага даже рядовым копейщикам Ампурьяса был понятен. Сейчас лучники врага подойдут поближе, чтобы обстрелять их строй, а руссильонцы подошли ближе, чтобы лучники смогли сбежать под прикрытие, если их атакуют.

Арбалетчики принялись расстреливать строй копейщиков Ампурьяса. Их стрельба по копейщикам была не такой эффективной, как по застрельщикам. Убить наповал получалось лишь изредка, но от строя копейщиков потянулись в тыл раненные, покидающие строй. Генуэзцы выцеливали слабо защищённые ноги. Здесь могла бы помочь стена щитов в два яруса, подобно римской «черепахе», но такими приёмами здесь не пользовались. Не было необходимости.

По сути, графу Уго оставалось два пути: атаковать копейщиками или атаковать конницей. И он выбрал второй вариант. Конница с топотом рванула в обход строя пехоты, чтобы растоптать кусачих арбалетчиков.

У Витторио также было три пути продолжить битву. Он мог бы пустить конницу на встречное сражение, и тогда случилась бы грандиозная свалка, в которую чуть позже подключилась бы пехота, а исход сражения определил бы, кого больше любит Бог. Совершенно дурацкий способ, на который опытный Витторио пойти не мог. У него был способ лучше — пусть конницу следом за вражеской по тому же флангу. Тогда удастся разделить сражение пешей и конной части, да к тому же у конница виконта Эмери будет преимущество в атаке сзади. Однако нельзя было медлить, чтобы не упустить момент. Уже неплохо — у врага первого сдали нервы, но Витторио выбрал третий путь.

Арбалетчики успевали не все. Точнее, арбалетчики как раз успевали сбежать за строй щитов своих копейщиков, но отставали их щитоносцы. На них рыцари Ампурьяса и собирались отыграться, но для этого им пришлось пройти слишком близко от вражеского строя, угрожающего жалами копий.

Часть отстающих щитоносцев бросила щиты, рассчитывая, что это поможет им бежать быстрее. В момент, когда голова лавины всадников, атакующих вдоль строя, поравнялась с центром и практически настигла щитоносцев, сквозь строй копейщиков просочилось три десятка гвардейцев Санчи, с ходу метнувшие свои тяжёлые дротики. Щитоносцев это не спасло. Конная лава смела их и промчалась, впитав дротики в себя. Рядом с парой десятков щитоносцев осталось четыре павших всадника и одна лошадь. Остальные раненные, если они были, удержались на конях, унося дротики, а также десяток арбалетных болтов в спинах. Часть арбалетчиков до своего бегства успели перезарядиться, потому достигнув строя копейщиков, развернулись и дождались удобного ракурса для стрельбы, разрядив свои арбалеты в кольчужные спины рыцарей. Арбалетный болт с такого расстояния вполне способен пробить кольчугу даже по уходящему на лошадях противнику. Учитывая меткость арбалетчиков, можно было бы рассчитывать, что несколько рыцарей было ранено.

Витторио от досады прикусил губу. Он рассчитывал, что урон вражеская конница получит более заметный, потому придержал виконта Эмери:

— Рано, Ваша милость! Да и близко к Конфлану лучше не подходить, — пояснил свои действия кондотьер. Конница Ампурьяса вернулась на исходные позиции, сохраняя порядки, потому от ставки Витторио не были видны никакие действия с ранеными.

— Ну что же, повторим? — обратился с шуткой к свите виконта Витторио и отдал приказ: — Арбалетчики вперёд!

Во второй раз арбалетчики вышли не столь быстро и не так чётко, как в первый. Недостачу щитоносцев восполнили васки из гвардии Санчи. Витторио это заметил и бросил одобрительный взгляд на Санчу.

Сообразив, что так он сточит свою кавалерию об застрельщиков, граф Уго решился на атаку. Загудели рожки со стороны Ампурьяс, и копейные ряды двинулись вперёд. Вслед за ними шагом стали сближаться и конница Ампурьяса.

Арбалетчики дали два залпа и поспешили скрыться — дистанция становилась пригодной для броска дротика, которыми могли бросаться не только застрельщики. Свой последний залп они дали практически в упор из-за спин и отошли в резерв. Васки, наоборот, остались позади копейного строя, чтобы метать тяжёлые дротики, для которых настало самое время.

Строй наёмников Санчи порвался сразу в двух местах. Сказалось и выучка наспех собранного войска, и лучшие доспехи копейщиков вражеского центра. Прорыв по центру смогли купировать васки совместно с арбалетчиками, напротив которых и случился прорыв. А вот на левый фланг Витторио пришлось бросить три десятка конных наёмников. Больше резервов не было. Кроме рыцарской конницы, которую пускать в дело было никак нельзя.

Оруженосец виконта Эмери, в чьи обязанности было непрерывно следить за действиями конницы Конфлана, вдруг заорал:

— Конфлан! Конфлан идёт!

Витторио и виконт Эмери одновременно привстали на