Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

что когорта сократилась до 500 человек в связи с тем, что часть воинов была либо переведена в другие провинции, либо просто вышла в отставку в связи с завершением срока службы[227], в таком случае ясно, что две колонны папируса отражают два последовательных этапа размещения когорты на нижнем Дунае, до января 102 г. она насчитывала 546 человек, после — 500.

Другая кадровая ведомость чуть более позднего времени — папирус, опубликованный Т. Моммзеном в журнале Ephemeris Epigraphica (том IX), ведомость сообщает о том, что 1 января 156 г. I конная священная преторская когорта лузитанов (cohors I Augusta Praetoria Lusitanorum Equitata), которая дислоцировалась в Египте, насчитывала всего 506 человек, из них 114 всадников, 363 пехотинца и 18 дромедариев (судя по всему, воинов-кочевников, которые передвигались верхом на верблюдах, их вербовали из берберских племен, живших к западу от дельты Нила, или из арабов), остальные 9 человек представляли собой командный состав когорты (6 центурионов и 3 декуриона) (eq(uites) CXIV, drom(edarii) XVIIII, pedites CCCLXIII — EE. Vol. IX, p. 458, l. 16–17). Как видим, штатный состав когорты не был полностью представлен одними только всадниками, они насчитывали 114 человек, предельно важно, что и папирус из нижней Мезии сообщает примерно те же данные — конница I когорты испанцев насчитывала сначала 119 человек, затем 110 (eq(uit.) [i]n is du(plic.) [II] sesq(uip.) III CXIX — Col. I, l. 27; eq(uit.) in is duplic.) II sesq(uip.) III CX[… — Col. II, l. 51; eq(uit.) in is d[up(lic.)… sesq(uip.).. CX… — Col. II, l. 78), т. е. даже меньше 1/3 от общего кадрового состава, который, повторим, включал в себя 500 человек.

Наконец, еще один важный источник, на этот раз публицистический — трактат псевдо-Гигина «Об устройстве военных лагерей», в основном исследователи датируют данный текст эпохой императора Марка Аврелия, точнее — временем его маркоманнских войн, проведенных в 169, 172–174 и 179 гг[228]., следовательно, хронологически сведения псевдо-Гигина затрагивают чуть более поздний период по сравнению с цитированными выше папирусами, а именно — вторую половину II в. Согласно псевдо-Гигину, «тысячная конная когорта имеет 10 центурий пехоты, 240 всадников, 10 турм (и) 10 декурионов» (Habet itaque cohors equitata miliaria centurias X peditum, equites CCXL, turmas, decuriones <X>), в то время как полутысячная (или пятисотенная) когорта, по словам псевдо-Гигина, «содержит половину от того числа воинов, которое содержит тысячная когорта» (Cohors equitata quingenaria in dimidio eandem rationem continet, quam cohors <miliaria> — Pseudo-Hyginus, Liber de mun. castr. 27, ed. A. von Domaszewski, p. 15–16). Далее автор уточняет, что «полутысячная когорта имеет 6 центурий, а в остальном — половину от того, о чем (сказано) ранее» (Cohors equitata quingenaria habet centurias VI, reliqua pro parte dimidia — Pseudo-Hyginus, Liber de mun. castr. 27, ed. A. von Domaszewski, p. 16).

Соответственно, мы можем предположить, что в тот период, когда псевдо-Гигин написал свой трактат, полутысячная когорта включала в себя 120 всадников, т. е. половину от того количества, которым обладала тысячная когорта, а значит, число всадников даже в таких крупных когортах, как тысячная и полутысячная, не превышало 110/120-240 человек. Очевидно, 240 человек представляли собой максимально возможный, верхний лимит для подразделений подобного типа. Сравнение сведений папирологических и публицистических источников позволяет заключить, что в течение всего II в. численность конницы, служившей в алах и когортах, варьировалась от 110 до 240 человек, поэтому, возвращаясь к тезису М.П. Шпайделя, возникает вполне логичный вопрос — могли ли алы и когорты поставлять свою кавалерию в вексилляции мобильной армии Галлиена?

Если принимать тезис М.П. Шпайделя, тогда мы неизбежно должны сделать вывод, что в середине III в., т. е. примерно через 70 или 80 лет после Маркоманнских войн Марка Аврелия, алы и когорты, сами насчитывавшие не более 500–546 человек штатного состава, должны были направлять в армию Галлиена свою конницу, которая насчитывала всего 110 или 240 человек от общего штатного состава. Очевидно, в таком случае эти алы и когорты могли направить в вексилляции Галлиена только 40 или 50 человек, возможно и меньше, но какой тогда смысл был в подобных переводах? Алы и когорты не могли существенно повысить численность армии Галлиена, если они сами при этом дробились на более мелкие группы воинов.

Мы полагаем, что более вероятной выглядит другая версия — алы и когорты в полном кадровом составе переводились в экспедиционную армию Галлиена, т. е. они служили в этой армии как обособленные и полноценные войсковые подразделения, без предварительного дробления или уменьшения своего кадрового состава. Прежде всего, обратим внимание на надпись из румынского города Мехадиа, опубликованную в каталоге IDR III.1, no. 77, p. 104–105, надпись датируется 257–260 гг. и упоминает императора Галлиена:

Imp(eratori) Caes(ari) P(ublio) Lici(nio) / Gallieno P(io) F(elici) Aug(usto) / pont(ifici) max(imo) tr(ibunicia) po[t(estate)] / cons(uli) III procons(uli) / coh(ors) III Delmatarum / Valerian(a) Gallie/nae |(milliaria) eqq(uitata) c(ivium) R(omanorum) P(ia) F(idelis) / devota numini / maiestatique eor(um)

«Императору, цезарю Публию Лицинию Галлиену, благочестивому, счастливому Августу, великому понтифику, (наделенному) властью трибуна, консулу в третий раз, проконсулу — III тысячная конная когорта римских граждан далматов Валериана Галлиена, благочестивая, верная, преданная его величию и воле»

Как видим, надпись совершенно четко свидетельствует, что знаменитая III тысячная когорта всадников-далматов, созданная еще в эпоху раннего Принципата, продолжала существовать и в эпоху Галлиена, т. е. в середине III в. А это значит, что она определенно принимала участие в боевых действиях в балкано-дунайских регионах на стороне этого императора, поскольку сама когорта носит почетный эпитет Galliena, более того, всадники-далматы сообщают, что они воздвигли надпись в честь Галлиена. Надпись CIL III 3228 = D 546 упоминает вексилляции германских и британских легионов вместе с некими вспомогательными подразделениями (([cu]m auxili(i)s / [e]arum), конечно же, среди этих вспомогательных подразделений находились и когорты далматов, отряды далматской кавалерии.

По сути, в сопоставлении с надписью из Дакии надпись CIL III 3228 = D 546 четко свидетельствует, что в течение определенного времени вексилляции Галлиена не только дислоцировались на дунайской границе, но и активно взаимодействовали с местными алами и когортами. Другими словами, во время своего пребывания на дунайском фронте мобильная войсковая группировка Галлиена пополнилась местными алами и когортами, но подчеркнем — на наш взгляд, армия Галлиена включила в свой состав алы и когорты как обособленные и самостоятельные подразделения, их воины не были распределены по вексилляциям, а продолжали нести службу в алах и когортах. Просто теперь алы и когорты превратились в мобильные войсковые соединения, поэтому когда Галлиен переместился в северную Италию, туда же проследовала и его армия, включавшая в себя алы и