Шеф с системой. Трактир Веверин - Тимофей Афаэль

Я усмехнулся. Обычный день. Обычные проблемы.

И где-то на краю сознания — тикающие часы. Обещание, которое я пока не знаю, как сдержать.

Найду способ, — сказал я себе. — Всегда находил.

К вечеру «Золотой Гусь» был наполнен голосами и шумом.

Я стоял у двери в кухню и смотрел на полный, шумный и живой зал. Ни одного свободного места не осталось. За каждым столом — гости в дорогих нарядах. Свечи горели в начищенных канделябрах, отражаясь в хрустале бокалов. Пахло едой, вином и успехом.

Вчерашний ужин сделал своё дело. Слухи разлетелись по городу быстрее, чем я рассчитывал — к утру у дверей уже толпились слуги, желающие забронировать столик. Кирилл поднял цены втрое, и никто даже не поморщился. Платили, благодарили за возможность, просили записать на завтра.

Кирилл стоял у входа в зал, встречая гостей. Я едва узнал его — прямая спина, уверенная улыбка, блеск в глазах. Он выспался, выглядел свежо и уже не был похож на того сломленного и растерянного человека каким был пару дней назад. Сейчас он выглядел как мастер своего дела и хозяин своего заведения.

— Господин Ефремов! — он шагнул навстречу очередному гостю, дородному купцу с золотой цепью на шее. — Какая честь! Ваш столик готов, лучшее место у камина.

— Воронцов! — купец хлопнул его по плечу. — Наслышан о вчерашнем! Говорят, сам Посадник…

— Не смею хвастаться, — Кирилл скромно потупился, но глаза сияли. — Проходите, проходите. Дарья вас проводит.

Дарья возникла рядом — в чёрном жилете, с идеальной осанкой, с улыбкой вежливой и тёплой ровно настолько, насколько нужно. Повела гостя к столу, что-то говоря по дороге. Купец смеялся, жена его расцветала от внимания.

Процесс налажен, — подумал я.

Официанты скользили между столами. Эликсиры утром, тренировки вчера и позавчера — всё это давало плоды. Ни одного столкновения, ни одной путаницы с заказами. Каждый поднос — на нужной высоте, каждый бокал — вовремя наполнен.

Я толкнул дверь на кухню.

Здесь царила другая музыка — лязг сковородок, шипение масла, чёткие команды. Иван священнодействовал над соусом, помешивая с видом художника перед холстом. Матвей рядом с ним обжаривал мясо точными и уверенными движениями. Тимка шинковал овощи у разделочного стола, Настя собирала тарелки для подачи.

— Готовность⁈ — рявкнул Иван.

— Суп готов! — отозвался Матвей. — Паштет через минуту!

— Петух на подходе! — это Тимка.

— Тарелки! — Настя протянула два блюда, оформленных так, что у меня самого слюнки потекли.

Я смотрел на них и видел настоящую команду. Еще недавно многие из них не знали, с какой стороны браться за нож. Сейчас — готовили так, что гости вылизывали тарелку.

Матвей заметил меня, кивнул, не отрываясь от сковороды:

— Саша! Двенадцать заказов в работе, ещё пять ждут!

— Справляетесь?

— А то! — он перевернул мясо одним движением. — Иван говорит, я уже лучше его племянника работаю. А тот три года учился!

Иван хмыкнул, не поворачиваясь:

— Сказал — не хуже. Не хуже, а не лучше. Не зазнавайся.

Но в его голосе слышалось одобрение. Старый повар принял Матвея — а это дорогого стоило.

Я вышел обратно в зал.

У входа стояли двое парней Угрюмого — в новых чёрных кафтанах, подпоясанные широкими ремнями. Волк и ещё один, которого я знал только по прозвищу Клещ. Оба были вежливы. Выглядели внушительно и надежно.

Гости косились на них с любопытством и лёгкой опаской. Охрана в трактире — это ново для города. Новая ступень статуса. Знак того, что место серьёзное, не для всякого сброда.

Волк поймал мой взгляд, чуть кивнул.

— Всё спокойно? — спросил я.

— Как в церкви, — ответил он. — Двоих развернули — пьяные были. Остальные — приличные люди.

— Хорошо.

Я прошёл через зал, слушая обрывки разговоров.

— … а суп! Этот суп! Я три порции съел, представляешь?

— Жена говорит, надо рецепт выпросить. Я ей — дорогая, такое дома не повторишь…

— Слышал про «Веверин»? Новое место открывают. В Слободке, представь себе! Говорят, попасть можно только по приглашению…

— По приглашению? Это как?

— Не знаю! Но я хочу! Обязательно хочу!

Я спрятал улыбку. Слухи множатся. Деньги текут в кассу. Через неделю — может, через пять дней, если так пойдёт — мы закроем долг и покажем Судье, куда он может засунуть свои пени.

Кирилл перехватил меня у стойки:

— Саша! — он сиял, как начищенный самовар. — Ты видел? Полный зал! Все места заняты! И на завтра уже почти все столики распроданы!

— Вижу.

— Мы справляемся! Господи, мы действительно справляемся! — он понизил голос, но восторг никуда не делся. — Я уже посчитал — если так пойдёт, через пять дней мы сможем закрыть долг!

— Я же тебе говорил.

— Да! Да! — Кирилл схватил меня за плечо. — Саша, я не верил. Честно — не верил. Думал, ты сумасшедший. А ты… ты…

— Я просто повар, — сказал я. — Который умеет считать.

Он громко и свободно рассмеялся, как человек, с плеч которого свалился камень.

А потом я заметил на улице Быка. Лицо у него было мрачнее тучи.

Я двинулся навстречу, перехватил его у входа, кивнул в сторону кухни:

— Сюда.

Мы вышли во двор. Здесь было тихо — только далёкий гул зала да потрескивание факела у двери. Холодный воздух обжёг лёгкие после духоты кухни.

— Рассказывай.

Бык помолчал. Потёр затылок — жест, который я уже научился читать. Так он делал, когда новости были хреновые.

— Глухо, шеф.

— В смысле — глухо?

— В прямом. — Он скрестил руки на груди, будто защищаясь. — Я нашёл помощника Щуки. Старые связи помогли — меня хотя бы выслушали.

— И?

— Как только услышал, что товар для «того самого повара» — сразу в отказ. Даже договорить не дал.

Я ждал продолжения. Бык вздохнул.

— Сказал так: «Белозёров — наш главный заказчик. Половина грузов через его склады идёт. Ссориться с ним из-за какого-то кашевара — не будем. Пусть повар жуёт свою репу и не лезет к серьёзным людям».

— Дословно так и сказал? Кашевар?

— Дословно. Ещё добавил кое-что, но там уже матом. Про то, куда мне идти и что с собой делать по дороге.

Я молчал, переваривая.

Белозёров. Опять Белозёров. Щупальца этого спрута тянулись везде — Гильдия, суды, теперь ещё и порт. Он не просто душил конкурентов, а отрезал их от всего мира, как хирург отрезает гангренозную конечность.

— Ты пытался надавить?

Бык покачал головой:

— Хотел, но там… — он замялся. — Шеф, я не трус. Ты знаешь, но там человек десять было, и все при деле. Грузчики, охрана, какие-то мутные типы у складов. Начни я качать — меня бы просто