Борьба между Франциском I и Карлом V (1519-1547) - Анри Лемонье

в переговоры вступил Франциск I

Что касается Франциска I, он должен был учитывать иноземное вторжение в королевство, двойную угрозу — английскую и имперскую, усталость Франции и, несомненно, был сильно озабочен раздорами и интригами, происходившими в его окружении, в его семье, как и в его Совете. Менее чем когда-либо он был в состоянии обуздать их.

Но определенно кажется, что решение о переговорах было принято без долгих размышлений и, главное, выполнено слишком поспешно. Гранве-ла говорил, что для французов было бы достойней создать угрозы Карлу при отступлении, «чем продолжать оную практику стремления к миру и идти договариваться в лагерь Вашего Величества». Однако в оправдание короля Франции нужно сказать, что, когда д'Аннебо находился в Сен-Жан-де-Винь, стало известно о взятии Булони Генрихом VIII.

Договор в Крепи

(сентябрь 1544 г.)

Так называемый договор в Крепи (в Ланской области), подписанный 18 сентября, был еще одной попыткой добиться сближения и объединения обоих соперников. Главным условием, от которого зависели почти все остальные, был брак герцога Орлеанского либо с инфантой Марией, дочерью императора, которая принесет в приданое Нидерланды и Франш-Конте, либо с дочерью Фердинанда, которая принесет в приданое Миланскую область; это была альтернатива, выбор, на который император должен был решиться в четырехмесячный срок. За это король Франции отдавал сыну герцогства Орлеанское, Бурбонское, Шательро и Ангулемское; он снова отказывался от сюзеренитета над Фландрией и Артуа, покидал Пьемонт и Савойю, тогда как император отрекался от всяких притязаний на Бургундию.

Обе стороны обязывались договориться между собой о борьбе с турками и о восстановлении религиозного единства. Это была характерная особенность договора.

Война с англичанами

По заключении мира король послал дофина воевать с англичанами, но все итоги кампании вынудили последних отказаться от осады Монтрёя и запереться в Булони и в Кале. В 1545 г. были задуманы три удара: вооруженная интервенция в Шотландию для поддержки власти Марии Стюарт, ставшей королевой после смерти отца, Иакова V, в 1542 г.; морской десант на южное побережье Великобритании; нападение на Булонь.

Попытка вторгнуться в Англию

В бухте Сены собрали сто пятьдесят транспортных судов, к которым присоединились и двадцать пять галер, приведенных Поленом де Ла Гардом, который очень торжественно провел их через Гибралтарский пролив; набрали ландскнехтов в Германии, пехотинцев в Лангедоке; до Гавра с частью двора доехал сам король. Все кончилось провалом. Шотландцы, сославшись на разногласия с командующим французскими силами, не покинули пределов своей страны; флот 18 июля достиг вод острова Уайт, несколько раз столкнулся с английским флотом, потом отошел обратно к Булони (где вся кампания свелась к строительству форта) и в конечном счете вернулся в Гавр.

«В конце 1545 г., — пишет венецианский посол, — Его Величество оказался в более сомнительном положении, чем в начале, потому что ничего не выиграл в борьбе с англичанами, хоть и потратил много денег. Шотландцы были очень недовольны, император питал сильные подозрения». Поэтому король распорядился как можно скорей договориться с англичанами, полагая, что неопределенность хуже всего.

Договор в Ардре (июнь 1546 г.)

Договор, подписанный с Англией в Ардре 8 июня 1546 г., был тяжелым для Франции, которая обязывалась выплатить за восемь лет почти два миллиона золотых экю и должна была получить обратно Булонь только после выплаты всей суммы; кроме того, она обещала предпринять действия, чтобы восстановить согласие между Англией и Шотландией.

Вопрос альтернативы

С 1544 по 1547 гг. тяжелейшим оставался вопрос отношений с императором. Дофин и парламент Тулузы протестовали против выполнения договора. Действительно, дофин все больше уходил в оппозицию отцу, а его враждебность к брату бросалась в глаза всем. Карл V, возможно, по этой причине с ним особо церемонился: император передавал ему, что не хочет «договариваться ни о чем, что не было бы приятно оному дофину, и прежде всего касательно его брата Месье Орлеанского». А ведь в том, «что касалось Месье Орлеанского» и альтернативы, «столь важной и сложной, требующей рассмотрения и уважения», Карл по своему обычаю колебался, и в первые месяцы 1545 г. этому важному делу посвятили целую дипломатическую операцию. Поскольку Франциск I отнюдь не спешил реально отказываться от Пьемонта и Савойи, он оставил дело на самотек. Когда смерть герцога Орлеанского 8 сентября 1545 г. еще раз смешала все комбинации, сделав договор в Крепи недействительным, статус Миланской области вновь оказался под вопросом и стал новой причиной для подозрений и переговоров.

Карл V и Германия

Однако император прежде всего хотел заняться германскими делами и борьбой с Реформацией. Созыв церковного собора, наконец открывшегося в декабре 1545 г. в Триденте, и смерть Лютера 18 февраля 1546 г. как будто благоприятствовали его замыслам. Успех, какого он добился в 1543 г. в борьбе с герцогом Клевским, наводил его на мысль покончить с протестантами силой оружия. «Растущий накал религиозной ненависти, — писал один современник, — продолжающиеся преступления князей и городов, поддерживающих новое учение, уже не оставляют никаких сомнений в необходимости войны».

Лютеранская партия в Германии

Но лютеранская партия имела сильную организацию, ее вождями были герцог Фридрих Саксонский, ландграф Гессенский, герцог Вюртембергский. Но все же император решился 20 июля 1546 г. наложить имперскую опалу на Саксонию и Вюртемберг. Это стало началом нового этапа истории Священной Римской империи и германско-французских отношений.

Переговоры Франциска I

Франциск I едва успеет увидеть его начало. Он еще раз вступил в переговоры с немцами; он даже предоставил флорентийскому изгнаннику Строцци, «смертельному врагу императора», пятьдесят тысяч экю на набор ландскнехтов и поддержку лютеран; он восстановил связи с Венецией, с папой, который был недоволен Карлом из-за собора. Его посол в Англии Оде де Сельв неустанно добивался заключения оборонительного союза обеих стран. Смерть Генриха VIII 27 января 1547 г. не обескуражила его, и через восемь дней он передал министрам Эдуарда VI, преемника Генриха VIII, предложения, на какие те ответили «весьма почтительно».

Тогда, в начале 1547 г., снова заговорили о войне; Мария Венгерская разразилась упреками в связи с происками французов, тогда как Франциск I говорил: «Не знаю никого, кого я должен бояться». Это была бравада, которую болезнь вскоре сделает еще более тщетной.

V. Смерть короля

Французский двор

Действительно, король все более слабел, и вместе с ним двор и правительство впадали в некое подобие деградации. Два человека доминировали над всеми остальными — г-н д'Аннебо, о котором флорентийский посол говорил, что без него невозможно переговорить с королем или добиться чего бы то ни было, и госпожа д'Этамп, по-прежнему принимавшая участие во всех интригах. Дофин, напротив, все больше попадал под подозрение. Он очень разгневал отца во время кампании 1544 г., предложив вновь призвать Монморанси. В 1545 г. он отказался председательствовать на Тайном совете,