Довоенная книга - Михаил Владимирович Шевелев

на дачу, и то на лекарства еле хватает. Нам тоже некуда деваться совсем… Но больше всего собаки убивают. Они же старые, и они привыкли, что есть участок. Нам если компенсацию заплатят, ну на что ее хватит? На однушку где-нибудь в Сходне на окраине. И как мы там с ними вчетвером? А гулять? Мама не потянет, а я весь день на работе.

Павел Владимирович засмеялся и сказал: да, про зверей хороший канал, и вообще, люди, которые о собаках раньше себя заботятся, – они настоящие люди. А если дети появятся, вы об этом не думаете?

Да ну, какие дети, откуда… В поселке одни старики остались, на работе у нас все женщины, что ж мне, в маршрутках знакомиться?

Да ладно, говорит, ни за что не поверю, что такая видная девушка – и никого.

Я рассказываю… Вот Петя был, мы на свадьбе одной случайно познакомились, просто сидели рядом. Он из Зеленограда и маме даже понравился. Только был да сплыл Петя. Бухие машину угнали с другом, просто покататься. Их поймали. Менты говорят: выбирайте, или мы на вас еще три угона повесим, или контракт подписывайте в военкомате, у нас план, полгода в Луганске – и свободны. Ну или по двести штук тащите, если есть.

Друг его нашел где-то деньги. А Петя подписал. Уже не полгода, уже восемь месяцев прошло. Ни слуху ни духу. Мне одна говорит на работе – у нее сосед тоже поехал туда – она говорит: может, женился там твой Петя, там вообще такое творится… А я думаю: да бог с ним, лишь бы не убили украинцы. Он хороший. Переживал очень, что денег не может заработать. Мы все в Сочи собирались съездить в отпуск, но тут стеклопакеты эти…

Рассказываю, а сама думаю: зачем я это делаю, вот же не было у человека других забот…

А он слушал внимательно, даже вторую сигарету закурил. И расстроился, я же вижу. Хотя что ему этот Петя?

Докурил, сказал: ладно, пошли к нашему партизанскому отряду, будем сейчас социальные сети осваивать. И не расстраивайтесь, еще найдется кто-нибудь получше вашего Пети, вы умная и красивая, значит, найдется. И вот что, говорит, оставьте вы этого Владимировича – Павла вполне достаточно.

Ну я не знаю, как это, он же очень старше меня.

Я сказала: вы телефон мой запишите, я тоже готова, если что-то надо делать, я могу, только днем мне не набирайте, я на работе не могу разговаривать. А он спросил, когда я обычно с собаками гуляю.

Павел

Понадобилась всего пара дней, чтобы произвести рекогносцировку.

В сети, кроме официального сайта, ничего существенного про компанию «Терра лимитед» не нашлось. Так, на каких-то мутных областных ресурсах пара умеренно скандальных историй, явно слитых конкурентами, да сам факт кипрской регистрации этой «Терры». Это выглядело не то чтобы необычно – все так делают, дураков нет здесь регистрироваться – но запомнить на будущее стоило. Менеджмент «Терры» как на подбор состоял из неброских Кузнецовых, Смирновых и Тимофеевых с такими же расхожими именами и отчествами – копать по ним дальше было бессмысленно, только время зря потратишь.

Гораздо более урожайным оказался звонок Сереже Горскому, с которым мы работали вместе на НТВ во времена доисторические, когда был там у меня один короткий проект, и мы с тех пор приятельствуем. После того как НТВ не стало, Сережа помыкался по разным местам и теперь зарабатывает на жизнь, возглавляя пресс-службу департамента физкультуры и чего-то там еще как раз в областном правительстве.

– Старик, – сказал Горский, выслушав мою просьбу, – профиль не мой, как ты понимаешь, моя тема – прославлять достижения регбистов из Монино и гандболисток из Балашихи. Но есть одна симпатичная девка в департаменте строительства, тоже в пресс-службе, мы с ней познакомились, когда нас всех согнали как-то на учебу…

Тут он собрался в подробностях рассказать про процесс повышения квалификации.

Я засмеялся. Еще тогда, в Останкино, Горский пользовался репутацией энергичного и удачливого ходока.

– Не стареют, я смотрю, душой ветераны, – говорю. – Ну можешь ты ее спросить про эту «Терру» – кто да что и откуда ноги растут?

– Да не вопрос.

Он перезвонил через полчаса и пересказал сведения, сообщенные симпатичной и, как выяснилось, осведомленной девушкой из строительного департамента.

Ноги у твоих супостатов, объяснил Горский, растут от химкинского прокурора. Это его компания, оформленная, понятное дело, на покойную свекровь второй жены троюродного брата. И работает эта «Терра», если ты обратил внимание, исключительно на севере области – в зоне, значит, ответственности владельца. Кто что охраняет, тот то и имеет.

А дорога эта – интересная история, это привет от Химкинского леса. Так-то она на хер никому не уперлась, потому что идет из ниоткуда в никуда, но нужна была компенсация. Дело в том, что, когда строили платник через Химкинский лес, прокурор рассчитывал, что и ему там что-то обломится. Но тут сбежались такие федеральные акулы поудить из этого бюджета, что ему пришлось умыться. И вот теперь ему по-пацански как бы возвращают должок, потому что ни у кого интереса нет, а у «Терры» этой есть.

Что за интерес?

Там у вас, объяснил Сережа, в районе Лугачево в прошлом году четыре гектара леса вырубили, короедом пожранного. Насчет короеда есть сомнения… но не это важно. По закону его должны были молодняком засадить с целью сохранения облесенных площадей. Вместо этого вдруг выходит постановление областного правительства, и эти четыре гектара переводятся… штаны на наших глазах превращаются… правильно, в шорты! Теперь это земли, пригодные для малоэтажной застройки, и были они в январе проданы на аукционе – ты, видимо, догадываешься кому. Но если нет толковой дороги, то можешь по нынешним временам даже и не начинать строить – ничего ты потом не продашь или продашь, но за копейки. Вот и вся нехитрая комбинация.

Это были хорошие новости. Что-то такое я и предполагал, конечно, узнать, но нужны были факты, а не версии.

На самом деле то, что рассказал Горский, выглядело обнадеживающе. Провинциальный прокурор, в конце концов, не самый страшный зверь в этих джунглях.

Я опасался чего-нибудь похуже – каких-нибудь серьезных монстров вроде тех же Ротенбергов, которые катком прошли через Химкинский лес, и когда надо было дать кому-то по голове, их это не сильно останавливало. Жалкая дорога где-то на отшибе – не их, конечно, масштаб. Но по нынешним временам, когда пирог съежился, а едоков меньше не стало, все возможно – вон как они пошли друг друга сажать и убивать за бюджеты в три копейки. Но нет, химкинский прокурор, значит. Это хорошо,