Советский атомный проект. 1930-1950-е годы - Геннадий Александрович Куренков

полигон) и передается из Первого главного управления в Министерство вооруженных сил СССР. В этом документе Совет Министров СССР постановил: «…14. Обязать Совет Министров Казахской ССР передать Министерству вооруженных сил СССР следующие земельные площади: а) участок земли общей площадью в 15,155 км в форме правильного круга с радиусом 60 км, с усечением от него участков в районах Майское, Семиярск, Грачевский согласно карте, утвержденной настоящим постановлением; б) участки земли в районе аэродрома г. Семипалатинск для расширения существующего аэродрома, постройки пристани и складов общей площадью по согласованию с Министерством вооруженных сил СССР. Указанные земли к 15 сентября 1947 г. освободить от пастбищ кочевий и зимовок»[185].

Таким образом, в июне – сентябре 1947 года по указанию Специального комитета началась работа по изоляции основных атомных объектов, обеспечению режима и секретности. Вышедшие в это время постановления Специального комитета и Совета Министров СССР положили начало созданию «закрытых городов» СССР. Не только строящиеся ядерные объекты, но и территории будущих атомных городов были изолированы от внешнего мира, вокруг них создали систему защитных сооружений и противовоздушной обороны, поэтому существовал запрет полетов самолетов над районами размещения предприятий атомной промышленности. С июня 1947 года началась работа по организации контрольно-пропускных пунктов на основных подступах к объектам, разработаны и утверждены дислокации постов как по периметрам зон, так и на научно-производственных площадках, лабораториях, заводах и складах, созданы бюро пропусков, установлены постоянные, временные и разовые пропуска на право входа и выхода из зон, на все режимные предприятия, в цеха и лаборатории. К постоянным пропускам были введены шифры. МВД СССР должно было немедленно приступить к выполнению правительственных постановлений о постройке зон со всеми ее служебными сооружениями, а также ограждений по периметрам режимных объектов. На атомные объекты распространялось «Положение об охране и режиме пропусков», по которому всю территорию вокруг объектов и населенных пунктов обносили рядами колючей проволоки, а также устанавливали строго ограниченный круг лиц, имеющих право посещать поселения атомщиков. Действовала строгая пропускная система. Особенно строгой она была для сотрудников внутри атомных предприятий[186]. Подавляющее большинство работников, за исключением нескольких человек, имели пропуск только на свое рабочее место. В августе 1947 года всем исполнителям под расписку был объявлен Указ Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1947 года «Об ответственности за разглашение государственной тайны и утрату документов, содержащих государственную тайну». В практику работы руководства объектов и управлений строительств МВД СССР и городских отделов МВД СССР в каждом отдельном случае было введено правило: при въездах и выездах из зоны и в зону по личным или служебным делам разъяснять работникам Указ Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1947 года и брать подписки о неразглашении государственной тайны. На атомных объектах были созданы режимно-секретные подразделения. Въезд в зону разрешался только при наличии допуска отдела «К» МГБ СССР. Все первоначальные режимно-секретные мероприятия в основном были реализованы лишь в июне – июле 1948 года[187]. Для обслуживания и объектов и лиц, работавших по атомной программе, были созданы специальные суды, спецпрокуратуры, спецмилиция[188]. В целях пресечения каналов утечки секретной информации служили и цензура на входящую и исходящую корреспонденцию и перлюстрация писем[189]. Также большое значение придавалось контролю передачи информации техническими средствами, т. е. по телефону, телеграфу, радио. Особенно когда речь шла о переговорах по радио, так как радио на тот момент, в отличие от передачи информации по проводной системе, не было обеспечено надежными средствами защиты от прослушивания. Для этой цели (т. е. объяснение, о чем нельзя говорить по радиосвязи) в 1947 году разрабатывается «Перечень важнейших сведений, не подлежащих передаче по радиотелефону и радиотелеграфу»[190], на основании которого производился контроль за информацией и с атомных объектов.

В это время в системе ПГУ были организованы мероприятия по изменению наименований объектов. Так, 24 ноября на заседании Специального комитета и 29 ноября 1947 года в постановлении Совета Министров СССР № 3909-1327сс/оп завод № 817 именуется уже «Комбинатом № 817 Первого главного управления при Совете Министров СССР»[191]. В декабре 1947 года подписаны приказы «О переходе с 5 января на адреса полевой почты № 04219»; «О порядке пользования условными обозначениями комбината – «База-10» и «Войсковая часть 04219». Директором завода Б. Г. Музруковым издан приказ «О сохранении государственной тайны». На комбинате был организован режимный отдел, главной задачей которого стало обеспечение закрытости деятельности комбината всеми законными доступными средствами[192]. С 17 декабря 1947 года до середины 1948 года «Комбинат № 817 ПГУ при Совете Министров СССР в почтовых отправлениях в несекретной переписке проходил под условным наименованием «войсковая часть 04219», а с 5 января 1948 года – «полевая почта № 04219». Во время строительства предприятий атомной промышленности сначала в адресах для почтовой переписки указывались населенные пункты, ближайшие к районам строительства. Например, в личной и служебной переписке указывались почтовые отделения ближайших населенных пунктов: к заводу № 817 – Кыштыма и поселка Теча, завода № 813 – рабочего поселка Верх-Нейвинское, завода № 814 – рабочего поселка Нижняя Тура. Но затем, с целью исключения упоминаний географических названий населенных пунктов, прилегающих к местам строительств объектов атомной промышленности, на предприятиях стали издаваться приказы по новому порядку адресации частной и служебной почтовой корреспонденции. В приказах отмечалось, что почтовым адресом для населения поселков и городов и для служебной корреспонденции следует использовать номера почтовых отделений не конкретных близких населенных пунктов к местам расположения «атомных объектов», а областных центров, порой находившихся от них за сотни километров, например, Челябинск-40, Свердловск-44, Свердловск-45 с указанием названий улиц и номеров домов, соответствующих действующим наименованиям улиц данных областных центров. При этом на одноименных улицах самого областного центра (г. Свердловска и г. Челябинска) отсутствовали номера домов, которые были на соответствующих улицах в закрытых городах. Так, приказом директора комбината № 817 и начальника строительства № 859 от 16 апреля 1948 года было установлено, что с 25 апреля 1948 года почтовым адресом для частной корреспонденции станет город Челябинск-40. Для служебной корреспонденции устанавливался адрес: г. Челябинск-40, наименование улицы и номера дома управления комбината и управления строительства. Для воинских подразделений и телеграфных адресов дополнительно указывался номер почтового ящика. Данные приказы доводились до всех работников предприятия с разъяснением, что в дальнейшей переписке им запрещается указывать причины смены адреса, а только разрешалось сообщать, что их место пребывания изменилось на город Челябинск. Начальнику конторы связи было предписано возвращать почтовые отправления с нарушением указанного порядка адресации. Начальникам политотделов комбината и управления строительства, а также председателям заводского и построечного комитетов профсоюзов приказали провести разъяснительную работу с населением