Пойдем со мной. Жизнь в рассказах, или Истории о жизни - Анна Елизарова

– Интересно…

– А ты сходи, сходи к ним! Звучит не так уж и сложно. Тем более, ты по образованию повар и молодая еще!

– Да где там! – махнула рукой Тамара Львовна. – Схожу, пожалуй. Ты только не рассказывай никому, ладно?

– Обижаешь! – возмутилась подруга.

* * *

Тамара Львовна готовила обед для нанявшей ее семьи, когда раздался телефонный звонок. Звонила Марина, мама вверенного ей мальчика.

– Тамара Львовна, в гостиной грязновато, вы не могли бы сегодня убрать, когда будет свободное время? – после коротких предисловий попросила она.

Зависла пауза. Пожилой женщине такая просьба показалась наглостью.

– Кажется, мы договаривались, что я только готовлю, убираю за собой и занимаюсь Матвеем, разве нет? – постаралась она ответить как можно вежливее. Ноги гудели, и Тамара Львовна присела на стул. – Знаете, я уже давненько на пенсии, и дополнительных сил на уборку в чужом доме у меня просто нет. Хоть бы пороха хватило, чтобы собаку вечером выгулять.

– Знаю, но я подумала, что раз вы часа полтора по-любому свободны…

– Вы имеете в виду тот час, когда Матвей отдыхает после школы? Так мне, извините, тоже отдышаться надо после пробежки туда-сюда. Тем более мы с ним общаемся, он разговорчивый мальчик.

Тамаре Львовне хотелось сказать, что с услугами уборщицы оплата должна быть поболее обещанных 6 тысяч в месяц. Поэтому-то никто на такую подработку не бросался.

– Ну, ладно… – скисла Марина, – просто мне показалось, что у нас хорошие отношения.

– Мариночка, девочка моя, я от всей души желаю, чтобы у нас и остались прекрасные отношения. Деловые отношения, понимаешь? По договоренности.

– Понятно. Ну, хорошо, мне нужно работать.

Марина положила трубку. Настроение Тамары Львовны резко испортилось. Еще дочь Арина с утра звонила, опять жаловалась. Не привыкла она на всем экономить, пока муж был, да еще и десятилетняя Юлька как специально слишком быстро растет, и осенние ботинки, купленные перед школой, к весне оказались малы. Хоть на алименты подала, и то хорошо. Тамара Львовна пока не стала рассказывать, что ради Арининой ипотеки взяла подработку. С 13 до 18 часов в будние дни.

Матвей был хоть и хорошим мальчиком, но шебутным и страшно болтливым. Под конец дня голова Тамары Львовны шла кругом. Все-таки возраст не выносит постоянного шума – ей уже исполнилось шестьдесят пять. Учился мальчик во втором классе. С математикой Матвей дружил, а вот русский, особенно письмо, приводил его в ужас. Мальчик ненавидел читать. Первую неделю Тамара Львовна исправляла его технику написания букв и цифр – он умудрялся писать их задом наперед и по-чудному соединял между собой.

Тамара Львовна принялась одеваться, чтобы встретить Матвея из школы. Поправила седые волосы, что выглядывали из-под коричневой шапки-котелка. Из зеркала, вставленного в резную деревянную раму, на нее смотрела усталая женщина. В когда-то красивых, миндалевидных глазах навсегда застыла глубокая грусть, как у бассет-хаунда, чья морда с тянущимися вниз веками и уголками глаз могла служить воплощением тоски. Поставь рядом с ней ее саму 60-летнюю – ни за что не поверишь, что это один и тот же человек. Внезапная гибель сына и невестки с внуками подкосила ее очень сильно. Какое-то время жить вообще не хотелось. На себя стало плевать. А тут Арина огорошила: двойня, муж бросил! Ну как не помочь?

По дороге женщину одолел легкий приступ паники. А вдруг Марина откажется от ее услуг за то, что она не согласилась наводить уборку? И что будет делать ее Арина без этих несчастных шести тысяч? Через пять минут топтания по таящему снегу из школы выбежал Матвей.

– Ну, как сегодня? – улыбнулась Тамара Львовна.

– Двойка по литературе, – виновато понурился мальчик.

– Как же так?

– Стих не выучил.

– Неужели за оба выходных не успели?!

– Мы в гостях были. Мама забыла.

– Свою голову на плечах иметь надо! Это в первую очередь в твоих интересах! – укорила его Тамара Львовна, но сама лишний раз убедилась в том, что мамаша у мальчика – разгильдяйка.

Пока Матвей отдыхал, Тамара Львовна, испытывая унижение, взялась протирать в гостиной пыль. На дорогой, красивой мебели ее было предостаточно. В кресло была свалена постиранная одежда и Тамара Ивановна разложила ее на три аккуратные стопки: мамину, папину и сынулину. Кряхтя и тяжело дыша, приволокла из кладовки пылесос.

– Тамара Львовна, мне вас жалко, давайте я пропылесошу! – оторвался Матвей от телевизора.

Тамара Львовна с благодарностью плюхнулась в кресло.

Вернувшись домой, Марина заметила, что убрано, но ничего не сказала. С тех пор она как бы невзначай вздыхала по разным поводам:

– Ах, на втором этаже столько пыли в коридоре! А я так занята…

– Мама всегда «страшно занята». На самом деле она просто терпеть не может уборку, – как-то признался няне Матвей.

Так и отработала пожилая женщина целый месяц. Каждый день, скрепя сердце, что-то да делала по чужому хозяйству. К себе в квартиру еле доползала. Там ее эмоционально встречал песик Людвиг, и Тамара Львовна, не успев перевести дух, тащилась опять на улицу, чтобы Людик выгулялся. Песик с какой-то особенной нежностью стал жаться к хозяйке. Скучал. Семеня на привычный пустырь, не такой уж и молодой, он преисполнялся щенячьим восторгом и то и дело пронзительно гавкал, обращая на себя внимание Тамары Львовны: смотри, мол, как я умею гонять воробьев! вот какой я у тебя молодец! Тамара Львовна обожала своего пса.

В конце месяца женщина получила свою первую зарплату. Марина протянула ей обещанные деньги, но тут к ним присоединился солидный муж молодой вертихвостки и добавил еще 4 тысячи.

– Так честнее будет. С вами в доме стало гораздо чище. Спасибо вам!

Мужчина широко улыбался. Марина поджала губы, но, не смея перечить мужу, тоже выдавила из себя улыбку.

Арина была на седьмом небе от счастья, когда мать перевела ей такую сумму.

О том, чтобы жить летом на даче с Юлей, пришлось забыть. Июнь и июль Тамара Львовна продолжала работать у Марины, условившись, что внучка будет приходить с ней, но уже пораньше, к десяти, когда просыпался Матвей. Мальчик только обрадовался новому другу, поэтому его родители были не против. Юля оказалась не только веселой девочкой, но и хорошей помощницей в уборке. В любимую же деревушку, на дачу, женщина с внучкой ездили лишь по выходным.

В августе Арине сделали кесарево сечение. Еще на последнем узи ей сообщили, что ранее ошиблись с полом детей. Так на свет появились разнояйцовые двойняшки: брат и сестра. После родов Арина приходила в себя целый месяц, передвигаясь с крайним трудом. Тамара Львовна вместе с Людвигом, естественно, переехали к ней, а Матвея