Важность знаний - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Плечи защищали широкие наплечники, слегка выступающие в стороны. На груди — эмблема города или клана. Максим не успел разглядеть её полностью, но там явно было что-то похожее на стилизованного зверя или птицу.

Шлемы — отдельная история. Высокие, с жёсткой формой, с небольшими козырьками и защитой для щёк. У некоторых сверху крепились короткие кисточки или конские хвосты, покачивающиеся при движении. У других — гладкие и строгие.

Лица — серьёзные. Собранные. Ни тени улыбки. У поясов висели слегка изогнутые мечи в лакированных ножнах. У двоих в руках были длинные копья с широкими наконечниками. Древки гладкие, отполированные, явно не декоративные.

В первую очередь Максиму в глава бросилось именно то, как они стоят. Не развалившись. Не скучая. Спина прямая. Плечи расправлены. Движения экономные. Когда один из стражников шагнул вперёд, чтобы проверить телегу впереди, он сделал это без лишней суеты — чётко, спокойно, но так, что никто не сомневался в его праве задавать вопросы.

И ещё кое-что. Их взгляды. Глаза у них были внимательные. И они не просто смотрели — они оценивали. Кто идёт. С чем идёт. Как идёт. Максим тут же поймал себя на мысли, что это не городская стража «для галочки». Эти люди умели держать оружие. И, скорее всего, умели им пользоваться. Телега медленно продвигалась вперёд. Старик-возчик слегка поправил на себе грубую куртку и наклонился к Максиму.

— Молчи, если не спрашивают. — Тихо буркнул он. — И не глазей слишком.

Максим едва заметно кивнул, но всё равно продолжал наблюдать — из-под полуопущенных ресниц. Когда они подъехали ближе, он смог рассмотреть детали ещё лучше. На доспехах местами были царапины. На копьях — потёртости от ладоней. На сапогах — дорожная пыль. Это были не театральные костюмы. Это были рабочие доспехи. Один из стражников шагнул к их телеге. Он был среднего возраста, с жёсткими чертами лица и короткой бородкой. Голос — ровный, но твёрдый:

— Откуда?

— Из деревни Хансу, — спокойно ответил старик. — Овощи на ярмарку.

Стражник окинул взглядом телегу. Лук. Репа. Морковь. Всё честно. Потом его взгляд скользнул к Максиму. Задержался на его лице на секунду дольше. Максим тут же изобразил лёгкое смущение, опустил глаза и чуть подтянул накидку на плечах.

— Твой? — коротко спросил стражник.

— Внук дальний, — не моргнув глазом ответил старик. — В город первый раз.

Стражник коротко хмыкнул. Взгляд снова стал нейтральным. Он шагнул назад и махнул рукой:

— Проезжай.

Телега тут же тронулась, продолжая движение. А Максим буквально физически почувствовал, как они пересекают границу — словно невидимую линию. Под аркой ворот было прохладно. Камень над головой создавал гулкий звук. На внутренней стороне ворот он заметил тяжёлую решётку, которую можно было опустить в любой момент. И ещё — толстые деревянные створки, усиленные металлическими полосами. Судя по всему, этот город был не просто торговым. Он был готов даже к серьёзной осаде.

Когда же они выехали внутрь, Максим всё же позволил себе ещё один короткий взгляд назад — на стражников. И странное ощущение шевельнулось внутри. Он действительно уже как-то видел подобные образы. На экране телевизора. В дорамах про древние королевства. Про тайные школы. Про кланы. Только теперь это было не кино. Не декорации. А его новая реальность. И если там, за стенами, были такие же порядки, как в тех историях… То ему придётся быть ещё осторожнее, чем в лесу.

Перед самыми воротами телега остановилась окончательно. У внутренней стены, чуть в стороне от прохода, стоял низкий стол, за которым сидел человек в тёмно-синем халате с аккуратно повязанным поясом. Перед ним — деревянный ящик с прорезью и несколько глиняных дощечек с отметками. Рядом — ещё один стражник с коротким копьём.

— Пошлина, — сухо произнёс писарь, даже не поднимая глаз.

Старик-возчик, не ворча и не споря, полез в небольшой кожаный мешочек, привязанный к поясу. Пальцы у него были узловатые, с почерневшими от земли ногтями. Он отсчитал несколько медных монет и одну потемневшую серебряную — видимо, за право торговли на ярмарке — и аккуратно положил на стол. Писарь пересчитал, кивнул, сделал отметку на дощечке и бросил короткий взгляд на телегу.

— Овощи. До вечера. После захода солнца — не торговать.

— Понял, господин. — поклонился старик.

Максим наблюдал из-под накидки, чуть ссутулившись, как будто ему было зябко. Он даже ноги слегка поджал, чтобы выглядеть меньше и моложе. На него никто не обращал внимания. Для стражи он был всего лишь деревенским подростком — худым, в грубой дерюге, с растрёпанными волосами и простоватым выражением лица. И это его более чем устраивало.

Телега покатилась внутрь города. Уже на первой улице Максим услышал за спиной топот копыт. Резкий. Нетерпеливый. Он даже не обернулся. Это снова были слуги главы клана Сун. Они пронеслись мимо, поднимая пыль и раздражённые крики прохожих. Один из них оглядывал толпу, второй привставал в седле, высматривая кого-то. Они искали. Всё также искали мальчишку с длинным посохом. В необычной одежде.

Слишком уверенного для своего возраста. А перед ними сидел всего лишь деревенский подросток, укутанный в грубую ткань, без всякого оружия на виду. Посох был спрятан. Глубоко. Вложенный в мешочек-хранилище, который лежал в потайном кармане на груди, почти вплотную к телу. Ни выступа, ни тени, ни намёка. Кафтан — тоже исчез. Теперь на нём была простая рубаха, да ещё и чужая накидка сверху, пахнущая сеном и землёй.

Максим краем глаза заметил, как один из всадников скользнул взглядом по телеге… и тут же отвёл его. Не тот. Неинтересно. Потом они умчались дальше. Парень мысленно усмехнулся. Внешность — это половина выживания. А иногда и больше.

Он осторожно поправил накидку и задумался уже серьёзнее. Если одна семья так легко подняла на уши половину идущих по этой дороге и всё только ради того, чтобы вернуть его — это уже был не просто каприз. Это влияние. Сила. Связи. А что, если семья Сун… в дружбе с семьёй Ли? Или в союзе? Или, наоборот, во вражде? Если во вражде — его могут использовать. Если в союзе — его могут сдать тем, кто ранее пытался убить того самого Мин-сока. Он до сих пор не знал, кем именно был прежний хозяин этого тела. Почему за ним гнались представители семьи Ли. Был ли он предателем? Свидетелем чего-то