Во мгле веков - Александр Михайлович Минченков

Мы с Полинкиным управленцы, никогда не были в верховьях реки. Зиновьев с Шараповым – автотранспортники, заядлые рыбаки-любители, множество раз посещали верховье Витима.

Меж разговорами договорились съездить на рыбалку сообща, полюбоваться природой.

Оформили на десять дней отпуска и двинулись в путь. К этой поездке подготовились основательно. Выкупили билеты на рыбную ловлю, подобрали необходимый рыбацкий инвентарь, определили перечень потребных вещей и продуктов, что греха таить, не забыли и о водке. Без этого напитка вряд ли какой рыбак выезжал на столь притягательное и многодневное мероприятие. Ведь холодная осень, река и уха рыбацкая. А ещё всякое бывает – промок, да и с устатку потребить горячительную жидкость при таких случаях не помешает.

Катер, что плыл в эти осенние дни и нёс нас вверх по Витиму, должен был доставить кое-какой груз на Амалыкский кордон Витимского заповедника. Заповедник Витимский – это жемчужина района с величественным озером Орон на его территории.

Мы же, получившие разрешение проезда через заповедник, планировали на моторных лодках продолжить путь далее, порыбачить выше заказника, полагая, что этот район отдалённый и рыбаков там встретить можно редко. Не каждый любитель забирался в столь отдалённые места. Довольно трудное и утомительное это дело – пересекать с большим грузом шивера и пороги, да и накладно – тот же бензин недешёвый.

Двести сорок километров от Бодайбо до Амалыка. Расстояние приличное, скорость катера по быстротечному Витиму невысокая, тем более шли против течения и в основном по фарватеру – самым глубоким местам. К тому же следовало оберегаться коряг, сносимых водой с берегов, могли встречаться и топляки из старого и весьма отяжелевшего от влаги или сырости стволов деревьев. Такие подводные «сюрпризы» всегда опасны, и нам они были ни к чему.

Чтобы коротать время, пока катер шёл ходом, вчетвером мы играли в карты в «1001» или в «переводного дурака». Всех азартней и наиболее эмоционально играл Полинкин. Он старался карты класть на стол резко, чтоб слышен был хлопок, при этом страстно иногда говорил: «А вот эта! А как эта?! А вот тебе! А этого козырька покроешь?! А это тебе в придачу!..» Играли пара на пару. Два Михайловича: Полинкин с Шараповым против меня с Зиновьевым. Полинкин иногда шумно и недовольно упрекал своего напарника, когда тот бросал не ту карту или они проигрывали; и воодушевлялся, торжествовал, если проигрывали мы. «Ну, как мы вас!» – восклицал он каждый раз в случае победы и при этом широко улыбался.

По ходу катера Зиновьев нам пояснял, какие проплываем ключи и речушки, впадающие в Витим, их названия, чем примечательны места.

Где-то на ста километрах мы достигли речки Бутуя.

– В этой речке рыба есть, рыбаки здесь частенько появляться, ходят по ней вверх, говорят, вроде на мушку хариуса берут неплохо. А против устья между островами Нижний Жуковский и Канино через Витим оленьи переходы, по осени охотников тьма. А вон, смотрите, и лодка у берега видна, значит, уже кто-то заехал караулить рогатых (это он имел в виду оленей).

На берегу действительно мы увидели лодку, из трубы зимовья струился сизый дымок.

Кстати сказать, была у нас с собой и лицензия на отстрел оленя. Выкупили лицензию так, на всякий случай, а вдруг подфартит и дикое мясо добудем? А посему прихватили с собой оружие. Шарапов с Зиновьевым гладкоствольные ружья, у меня же был десятизарядный карабин СКС. Да и в тайге как без защиты, всякое бывает, тот же медведь ещё не залёг на спячку, а такой зверь всяк по нраву бывает.

Ещё через двадцать километров мы проплыли посёлок Нерпо, получивший название от речушки, что впадала в Витим. Здесь мы не останавливались, не хотелось терять время, да и надобности в этом не было. Это центр самого малочисленного в районе сельского совета. Посёлок на самом берегу и небольшой, в основном старые домики с огородами. Больше народ тут занимается охотничьим и рыболовным промыслом, ведением личного хозяйства.

Катер поравнялся с очередной какой-то речкой. Вода в ней текла тёмная, словно подкрашена коричневой краской, но прозрачная.

– А это что за речка и вода в ней, словно заваренный чай? – спросил я.

– Олонгро, а что ниже её устья – остров Олонгринский, – ответил Зиновьев. – А вот сейчас пройдём перекат, и будет речка Сигнай, здесь у каждой речки есть зимовье. Вот отсюда даже видать избушку. – Зиновьев показал рукой в сторону устья Олонгро. – А что вода в ней непрозрачная, так она в этой речке почему-то всегда такая, возможно, почва её подкрашивает.

После Сигная прошли речку Балаганах и шеверу, ещё один перекат и несколько небольших ключей.

Солнце село, стали быстро сгущаться сумерки. Водная гладь реки начала сливаться с её берегами, и трудно было разобрать, где река, а где берег.

– Ребята, надо присматривать место к ночлегу, – предложил водитель катера. – Иначе налетим по темноте на что-нибудь, беды не оберёшься.

Сырцов включил прожектор и навёл луч света в сторону берега.

– Давай к тому ключу, что на правом берегу, это Красный Бычок, там зимовье есть, в нём и переночуем, – предложил Зиновьев. – А это, значит, отмахали мы с вами уже сто восемьдесят километров.

– Зачем нам зимовье, в катере все поместимся, – ответил Сырцов.

– Так нас же пятеро, а спальных мест четыре, как спать-то? – с недоумением спросил Полинкин.

– Я сниму каютную дверцу и расположусь на ней в рулевом отделении, дело проверенное, спальник у меня есть, – пояснил хозяин катера.

Катер уткнулся носом в песок, слегка газанул двигателем, и водомёт выбросил мощную струю воды, отчего подался вперёд, плотнее сел килем на берег.

Мы проворно выскочили на сушу и к корням подмытого водой большого дерева привязали катер. При свете внутреннего освещения каюты водомёта наспех попили чаю и стали занимать спальные места в каюте. Сырцов, как и предложил, расположился в рулевом отделении.

Я взобрался на верхнюю полку. Залез в спальник и думал: «Каким будет завтрашний день, в котором же часу прибудем на Амалык и успеем ли до темноты следующего дня перетащиться через порог?» Раздумывал также о предстоящем видении большого порога, об озере Орон, о котором много был наслышан, видел на фотографиях, но ни разу не имел возможность воочию посмотреть на чудо и гордость района – заповедное озеро.

Вода плескалась о борт катера, где-то что-то слегка шуршало под днищем судна.

Монотонный гул двигателя, который наслушались за целый день, и покачивание катера на волнах сделали своё дело – мы уснули быстро и не слышали какие-либо звуки, которые могли бы нарушить наш покой.

Первым и рано проснулся водитель. Запустил двигатель, проверил работу агрегатов и