Светлейший. Первый игемон империи - Сергей Герасимович Митин

отличались невероятным многообразием. Одна переписка – обширнейшая – по гражданским и военным делам чего стоила! Для этого губернатор, помимо Ижорской канцелярии, организовал еще и канцелярию собственную, которую называли «походной».

При образе жизни Александра Даниловича такая была необходима: в 1703 году только летние месяцы он смог провести в Петербурге и на ладожских верфях, а осенью ему пришлось уехать в Москву. Следующий год не стал исключением. Меншиков трудился в Петербурге, на Олонецких верфях и заводах, принимал активное участие в осаде Нарвы и участвовал в других военных действиях. В июле 1704 года Меншиков находился в войсках у Дерпта, но тут «В небытии великого государя… к губернатору Александру Даниловичу Меншикову пришла ведомость из Санкт-питербурха от командующего полковника господина Романа Брюса, что шведский генерал-майор Мендель с войском в 8000… пришел… а 40 шведских кораблей приближилися к Кроншлоту. И для того он, губернатор, отсюду из обозу июля в 13 день поехал в Петербурх ради лучшего управления. Июля в 15 день с доброю ведомостью пришли, что он, генерал-майор Мендель, от Петербурха отбит». Словом, обошлось без вмешательства Меншикова, пришлось немедленно поворачивать обратно в Дерпт, куда 16-го прибыл и Петр: государь не мог бы не хватиться Светлейшего и был бы раздосадован, не застав его на месте.

При всем своем честолюбии, заметном и современникам, и потомкам, Меншиков трезво понимал свое место государева подручного. Пусть очень важного, очень близкого, к которому царь постоянно демонстрировал в своих письмах самые дружеские, сердечные, почти родственные чувства: «мейн герц», «мейн фринт» (друг), «мейн либе камрат» (товарищ), «мейн либе брудер» (брат) …И фринт, и почти брудер, а все же – проводник воли. Так Меншиков и излагал московскому губернатору К. А. Нарышкину понимание своей должности: «Должность моя есть, наивящше прочих Его Царскаго Величества угоднейшия дела со всяким попечением исполнять».

Оттого-то он постоянно перемещался, выполняя различные поручения царя. И с самыми разными задачами небезуспешно справлялся. Так, он убыл в Москву в декабре 1704 года для участия в триумфе по случаю взятия Нарвы, а вернуться в Петербург смог только в мае 1710 года.

Пребывание Меншикова в Москве было отмечено строительством самого высокого на тот момент в ней сооружения – церкви Архангела Гавриила на Чистых прудах. «Меншикова башня», как почти сразу же москвичи прозвали эту церковь из-за высоченной колокольни в стиле «нарышкинского барокко», оказалась в итоге на 3 метра выше предыдущей столичной доминанты – колокольни Ивана Великого. Так случайно или намеренно волей петербургского губернатора старая столица получила наглядное свидетельство амбиций главного строителя столицы будущей.

«Фигаро здесь, Фигаро там»… В начале 1712 года Меншиков из Петербурга опять направился на театр военных действий в Померанию – и вернуться смог только в сентябре 1713 года. Долго отсутствовал он в Петербурге и в 1719 и 1720 годах, а во время Каспийского похода Петра I, с декабря 1721 года по май 1723-го, находился в Москве, лишь один раз ненадолго отлучившись в Петербург.

Всего же из 24 лет пребывания губернатором Петербурга Меншиков вынужден был отсутствовать в городе почти 10 лет.

Собственное хозяйство Меншикова управлялось отдельной домовой канцелярией князя, которая находилась в Петербурге и ведала, в частности, жизнедеятельностью в принадлежавших Меншикову городах Ямбург и Копорье.

В чем же состояло главное содержание многолетней будничной работы губернатора Меншикова в новой столице России? Это административная деятельность и организация защиты города с моря и суши от внешних угроз. Было необходимо обеспечивать рабочей силой и материалами строительство крепостей, зданий и дворцов, дорог и каналов. Он организовывал городское хозяйство и торговлю, создавал судостроительные верфи, обеспечивал новые производства и в городе, и губернии.

Кроме строительства в городе, Меншиков руководил возведением крепости Кронштадт и загородных царских резиденций в Стрельне и Петергофе, заложил Олонецкую верфь, прокладывал Ладожский канал и важнейшие дороги.

О деятельности Меншикова как судостроителя и моряка речь пойдет чуть позже. Пока же есть смысл рассказать о главном творческом деле, которое он выполнял, будучи губернатором.

Первый зодчий Санкт-Петербурга

Всю сознательную жизнь Меншиков что-то строил. То крепости и дворцы, то здание государства. И преуспел в обоих этих начинаниях.

Новая архитектура и преобразование строительного дела стали важной частью реформ Петровской эпохи. Меншиков был причастен ко всем крупным стройкам в Петербурге и его пригородах, причем со дня основания города до конца своего пребывания в нем.

Есть важное для понимания характера Меншикова мнение одной исследовательницы о том, что «новая столица обязана своим созданием столько же творческой мысли государя, сколько энергии, распорядительности и умению своего первого губернатора».

Итак энергия, распорядительность, умения. О том, что именно этими качествами был наделен Александр Данилович, свидетельствуют документы, письма современников, их воспоминания и мемуары. А также Повседневные записки князя и тысячи сохранившихся в архивах писем на самые разные темы, связанные со строительством города и флота.

А. Д. Меншиков

Значение роли Меншикова в организации строительства города отмечал еще историк П. Н. Петров в 1869 году: «Первая роль в наблюдении за постройками, по воле Государя, досталась князю Меншикову… уже по отправлении Петра в Прутский поход и после, когда оставляя Россию на 1,5 года (1716–1717 гг.), вверил он своему любимцу главное начальство над петербургскими работами. Впрочем и до того времени, оставаясь в Петербурге часто довольно долгое время, Меншиков принимал деятельное участие в ускорении сооружений столичных, как ближайшее лицо к Государю, лучше всех и больше всех понимавшее его планы».

Петр высоко ценил усилия князя по созиданию своего «парадиза». В феврале 1710 года, ожидая в Петербурге Меншикова, находившегося при осаде Риги, писал ему: «Толко желаю… вас бы нам здесь видеть, дабы и вы красоту сего парадиза (в котором добрым участником трудов был и есть) в заплату трудов своих, с нами купно причастником был, чего от сердца желаю, ибо сие место истинно, как изрядной младенец, что день преимуществует».

План Санкт-Петербурга 1717 года.

Под номером 10 указан дворец А. Д. Меншикова

История строительства Петербурга в первой четверти XVIII века изучена подробно. Исследователи приводят факты, свидетельствующие об активном участии Меншикова в основных стройках, которые выполнялись под его руководством или наблюдением в Петербурге, Москве и множестве других мест. Он не только руководил, но и проявлял творческую инициативу. Факты подтверждают сложившееся у нас мнение о том, что строительство было для Меншикова не только обязанностью. Для него это было важным, если не главным, творческим увлечением на протяжении всей жизни. Пожалуй, то, что сделал Меншиков как строитель, равноценно деяниям Меншикова-полководца. И даже в ссылке в Березове он, по преданию, собственноручно построил деревянную