Пламенев. Книга 12 - Сергей Витальевич Карелин

меня с ног до головы, задержался на левой руке и молча кивнул своим выводам. Артем открыл было рот, уже набрав воздуха на десяток вопросов разом, покосился на Свиридова за моим плечом и воздух выпустил. Вышло у него это до того наглядно, что Свиридов вежливо улыбнулся.

— Потом все расскажу, — пообещал я. — Но сейчас есть дело, которое не ждет.

— У тебя теперь все дела такие, — сказал Артем.

Без обиды сказал, и это меня как-то неожиданно укололо.

Наташа не сказала ничего. Она еще раз посмотрела на распоротое плечо, потом мне в глаза, кивнула и отступила, освобождая дорогу. Этот кивок мне предстояло отрабатывать вечером, и мы оба это знали.

— Час, — сказал я ей. — Самое большее два. И я ваш.

Мы пошли дальше, и я спиной чувствовал, как они стоят и смотрят нам вслед. Свиридов какое-то время шагал молча, потом задумчиво заметил в пространство:

— Хорошие у вас люди.

Я не ответил. Об этом буду думать после, когда закончится этот очень длинный день. Если он вообще собирался заканчиваться.

Кабинет коменданта я знал уже как будто наизусть. Морозов встретил нас, стоя за столом, при полном мундире, несмотря на технически поздний час. Похоже, визита он не понимал.

— Господа, — сказал он сухо, — чем обязан в такой час?

— Сейчас объясню, — пообещал Свиридов, прикрыл за собой дверь и мягко, по-домашнему, повернул ключ.

А потом кабинет накрыло.

Аура поднялась из него сразу и заполнила все без края. Эфирная Сфера шести Кругов, в полную силу, ничем больше не прикрытая. Воздух в кабинете отяжелел, пламя в лампе притухло. Мой Дух подобрался сам, без команды, как подбирается зверь при виде зверя крупнее.

Но это не было настолько мощно, чтобы я потерял возможность мыслить и анализировать. По чистому запасу я, скорее всего, уже мог мериться со Сферой Пятых Кругов. Но до того, что стояло сейчас посреди кабинета, мне было еще далеко.

Морозова же попросту вдавило в кресло. Он сел, явно не заметив, что садится, задел локтем чернильницу и не заметил и этого. Смотрел на Свиридова снизу вверх, белый, как его собственные бумаги.

Что такое Сфера, комендант Седьмого Круга понимал не хуже моего. И понимал, что Сферы не служат в штабах вторыми рядами просто так.

— Вы… — начал он.

— Одну минуту, — перебил его, потому что первым по нашему уговору шел я. — Сначала один вопрос, Александр Семенович. Когда вы принимали помощь Смалова от его, скажем так, круга друзей, вы знали, кому он на самом деле служит?

Морозов перевел взгляд на меня. Он честно попытался удержать лицо, и это у него почти получилось, только пальцы на подлокотнике выдавали его под давлением Сферы.

— Не понимаю, о чем вы, — сказал он ровно.

— О Черной Кости, — сказал я.

Глава 15

В кабинете стало очень тихо. Морозов сидел прямо и держался, стоило отдать ему должное, довольно хорошо. Но горло у него дернулось, сглатывая пустоту, и взгляд метнулся к Свиридову, к двери и обратно, за полсекунды обежав кабинет. Похоже, внутри у коменданта в эту минуту рушилось все, что он успел себе построить.

— Это ложь. Я не имею никаких дел с…

— Имеете, — прервал его я. — Просто не знали об этом.

— Это… — Он снова сглотнул. — На каком основании вы вообще… Кто дал вам право допрашивать…

— Александр Семенович, — мягко сказал Свиридов от двери, — вопросы прав давайте отложим. Они сейчас работают не в вашу пользу.

Морозов осекся.

— Послушайте меня очень внимательно, потому что я пришел не топить вас, — продолжил я, — а вытаскивать. — Он действительно замолчал. Слово «вытаскивать» легло поперек всего, чего он ждал, и на лице у него впервые проступило что-то, кроме обороны. — Смалов был человеком Кости. Это не догадка и не навет. Он был допрошен перед смертью мной лично, и у нас его показания. Коалиция сочувствующих аристократов, поддержка против выскочки-Пламенева? Немного разочаровывает, что вы на это повелись. Тем не менее, вы приняли его помощь, и по закону этого достаточно. Пособничество Кости, госизмена со всем, что за нее полагается.

Морозов молчал. Костяшки на подлокотнике побелели.

— Но тот же Смалов на том же допросе показал прямо, что о Кости вы не знали. Больше того: знай вы о ней, и его помощь не приняли бы никогда — это его собственные слова. Учитывая это, пока вы сотрудничаете, думаю, получится преподнести все, что комендант, которого пыталась использовать Кость, помог вскрыть их заговор.

Я замолчал и дал ему время. Морозов просидел неподвижно секунд десять. Потом взгляд еще раз ушел к Свиридову — уже без паники, оценивающе. Я почти слышал, как в его голове щелкают костяшки счётов.

Сфера. Замаскированная так, что у него, коменданта, не было о ней ни строчки. Показания. Слово «сотрудничаете». Считал он быстро, этого не отнять.

— Кто еще знает? Про показания Смалова.

— Те, кому положено, — сказал Свиридов.

Морозов медленно кивнул сам себе. Потом еще раз, тверже, и спросил:

— Что от меня требуется?

Голос сел, но деловой тон в нем уже прорезался. Человек кончил тонуть и начал грести.

— Первое, — сказал я. — По гарнизону вскоре пойдет уточненная картина того, что случилось со Смаловым и моим Зверем. От вас нужна поддержка. Представление об опасности Вирра отозвать не прошу, но если спросят вашего мнения, отвечать в русле новых показаний.

Свиридов коротко хмыкнул. Я не взялся бы сказать, одобрение это было или насмешка. Морозов кивнул, кажется, даже с облегчением. С этой стороны он явно ждал худшего.

— Второе серьезнее, — продолжил я. — От связей, которые на вас навесил Смалов, вы не отказываетесь. Наоборот, остаетесь тем, кем были до нашего визита. Комендантом, принявшим помощь и обязанным им. К вам будут приходить. Будут спрашивать. Возможно, попросят что-то сделать.

— И я должен…

— Подыгрывать, — сказал Свиридов мягко. — До поры. Что именно отвечать и что сливать, вам будут подсказывать. Общая линия простая: в Улье все стабильно, все по-старому, комендант потихоньку возвращает позиции. Кстати, о позициях.

Он отлепился от двери и подошел к столу. Аура его к этому моменту уже стекла обратно, свернулась до незаметности, будто ничего и не было. Легче от этого Морозову явно не стало.

— Скажу прямо, господин комендант, поскольку время позднее. У нас была мысль двигать на ваше место Александра. Теперь, когда ваша лояльность подтверждена таким, гм… надежным образом, нужда в этом отпала. Сидите спокойно на своем месте.

Морозов посмотрел на меня. Я пожал плечами — здоровым, во всяком случае. Кресло коменданта мне было нужно как