Брюс Уиллис. Жизнь и творчество Крепкого орешка - Шон О’Коннелл

развязка «Шестого чувства» наносит зрителю сокрушительный удар. И даже если вам известно, чем все закончится, вы все равно получите огромное удовольствие от просмотра. Эта картина по праву остается одной из самых впечатляющих работ в фильмографии Уиллиса.

– 2 —

И все же Уиллис берет лишь бронзу за актерскую игру в «Шестом чувстве». Но это ни в коем случае не упрек в его адрес – это комплимент блестящей, эмпатичной игре его партнеров Осмента и Коллетт, получивших номинации на «Оскар» за лучшие роли второго плана в своих категориях. Осменту на момент съемок было всего одиннадцать лет, но в его игре чувствуется нехарактерная для ребенка зрелость. Юный актер демонстрирует глубокое понимание чувства печали и передает ощущение меланхолии, которое едва ли возможно для мальчика его возраста. Мы симпатизируем Коулу благодаря его мягкой и исполненной искренности манере произносить свои реплики. Единственное желание, которое возникает при просмотре его актерской игры, – протянуть руку сквозь экран и защитить этого измученного ребенка любой ценой.

Именно поэтому Коллетт столь убедительна в роли оберегающей своего сына матери. Она как бы является воплощением зрителя в кадре, изо всех сил стараясь пробиться сквозь апатию ребенка и избавить его от мучений.

Героиню приводит в отчаяние то, что ей не удается помочь Коулу, но любовь к сыну безусловна и перевешивает любые горести, которые она терпит, будучи матерью-одиночкой. Их сцена в машине, пока они ждут, когда расчистят место аварии, является самым эмоциональным моментом фильма. Этот потрясающий эмоциональный прорыв дает Коллетт возможность прикоснуться к духу ее покойной матери и дарит зрителям катарсис, поскольку Коул и его мать наконец-то открыто говорят о его уникальных сверхъестественных способностях. Игра двух актеров в этой сцене безупречна.

Повторюсь, это никоим образом не умаляет вклад Уиллиса в успех «Шестого чувства». Фильм не сработал бы, если бы актер, играющий детского психолога, не сумел создать такую связь с Осментом, в которую поверила бы аудитория. Уиллис использовал актерские приемы, отточенные за годы работы, чтобы дополнить замысел Шьямалана. Малкольм испытывает глубинную потребность спасти кого-то, выручить из беды. Уиллис убедительно воплотил в глазах зрителей этот образ спасителя, пусть даже в этом фильме его персонаж полагается на словесные игры и детские фокусы, а не на пистолеты и кулаки, как некоторые из прежних «спасителей» в исполнении Уиллиса.

«Первое, что я сказал Брюсу, было: „В этом фильме ты должен выглядеть уязвимым“, – вспоминал Шьямалан. – Потому что от него всегда исходит такое ощущение, что ему любая проблема по плечу. А я хотел увидеть, как ему больно, как он беззащитен» [1].

Кроме того, работа над фильмами «Криминальное чтиво» (1994) и «12 обезьян» (1995) научила Уиллиса ценности молчания. Бесспорно, Уиллис был звездой «Шестого чувства» – его имя крупными буквами красовалось на афише. Однако фильм превзошел все ожидания именно потому, что Уиллис-актер понимал необходимость отойти на второй план, прислушиваться, наблюдать и позволить свету софитов падать на его поразительного юного партнера. Значение этой жертвы невозможно переоценить.

«Я работаю над такими мелочами, стараясь сказать как можно больше, сделав как можно меньше, без намека на „актерскую игру“. Я не хочу, чтобы вы видели актера. Я хочу, чтобы вы видели просто человека», – пояснил Уиллис [2].

«Шестое чувство» и роль Малкольма Кроу появились на жизненном пути Уиллиса в самый подходящий для этого момент. Существуют персонажи и роли, которые становятся синонимичны с определенными актерами, потому что те привнесли в фильм именно то, что было необходимо для триумфа картины. Но если бы тот же человек попытался сыграть ту же роль раньше или позже в своей карьере, результат, возможно, не был бы столь блестящим. Уиллису потребовался определенный опыт как на съемочной площадке, так и за ее пределами, чтобы достоверно передать многогранную личность доктора Малкольма Кроу.

Помимо спокойствия, присущего Кроу, в отеческих уловках детского психолога присутствует и некоторая игривость. Она проявляется в том, как Уиллис импровизирует, добавляя несколько комичных физических жестов, когда выполняет фокус для Коула во время сеанса. Это наводит на мысль, что Уиллис проделывал нечто подобное для одной из своих дочерей, которая как раз была примерно одного возраста с Осментом на момент съемок. Актер был отцом за пределами съемочной площадки, и это родительское тепло, а также постоянная, ощутимая тревога находит свое отражение в отношениях Уиллиса с Осментом на экране в «Шестом чувстве». Благодаря этому фильм становится несравненно лучше.

– 3 —

Если окинуть взглядом всю карьеру Уиллиса в целом, можно заметить, что где-то во время выхода «Шестого чувства» произошла заметная трансформация его публичного облика. Один из самых кассовых героев боевиков Голливуда постепенно превращался в «голливудского папу», а его роли все чаще включали образы отцов и отеческих фигур. Так, в предсказуемом триллере 1998 года «Меркурий в опасности» партнером персонажа Уиллиса был девятилетний аутичный взломщик кодов.

Он заставил зрителей рыдать, прощаясь со своей своенравной дочерью Грейс (Лив Тайлер) в финале фильма Майкла Бэя «Армагеддон». Эти сцены создали неожиданную эмоциональную линию в картине, которая позиционировалась как пустой зрелищный блокбастер. А двумя годами позже Уиллис задействовал свои естественные отцовские инстинкты, сыграв эгоистичного топ-менеджера, вынужденного столкнуться с самим собой в подростковом возрасте, в очаровательной фэнтези-картине Джона Тертелтауба «Малыш» от Disney.

Покойный Роджер Эберт заметил эту тенденцию и охарактеризовал ее как «милую побочную специализацию» актера, когда писал о фильме Disney «Малыш» для газеты Chicago Sun Times.

«Это милый фильм, неожиданно трогательный. Он вновь демонстрирует, что Уиллис, которого так прочно ассоциируют с боевиками, обладает даром комедийности и способностью вызывать сочувствие, – отмечал Эберт. – Сюжет здесь пресный, но он придает ему достоверность уже одним своим участием» [3].

Именно это Уиллис сделал и для Шьямалана в «Шестом чувстве» – истории, построенной вокруг отцовских отношений, которые сложились между бездетным психологом и одиноким мальчиком, покинутым отцом. Уиллис придал фильму достоверность уже одним своим участием. Он вступился за неизвестного режиссера, помог ему получить добро на съемки, а затем оградил его от вмешательства студии, чтобы Шьямалан мог сохранить свой творческий замысел. И осознавал он это тогда или нет, установил прочные, почти семейные отношения с режиссером-сценаристом, которые продолжились совместной работой над четырьмя фильмами в течение последующих двух десятилетий.

«[Уиллис] был моим героем. В детстве у меня на стене висел постер „Крепкого орешка“. И вот, когда я писал сценарий „Шестого чувства“, передо мной висел этот самый постер, и я подумал: „А что насчет этого парня? Он мог бы сыграть“. Он из Нью-Джерси, вырос буквально в получасе езды от того места, где живу я, так что мы в