Невеликие великие. Диалоги с соучастниками века - Игорь Викторович Оболенский

Когда Андрей говорил, что жить без меня не может, она отвечала: «Любовь – не татарское иго». А уже перед своей смертью позвала его и сказала: «Я хочу встать на колени перед Зоечкой, я перед ней очень виновата».

– Мама, в чем? – спросил Андрей.

– Я думала, что первое, что она сделает, это заставит тебя купить ей новую каракулевую шубу.

Какая там шуба, Андрея после скандала с Хрущевым отовсюду выгнали, его нигде не печатали. И мы жили на одну мою маленькую зарплату.

– Вы могли подсказать что-то Андрею Андреевичу, когда он сочинял?

– Он же мне первой всегда все читал. Но я никогда себе не позволяла говорить ему: «Ты – гений», как делает большинство женщин рядом с одаренными людьми, которые внушают им: «Ты – гений, не слушай никого!». Поэтому иногда я становилась для него барьером очень раздражающим. Редко, но бывало. Вообще, он на меня не злился. Я могла сказать:

«Знаешь, Андрюша, ты здесь еще можешь подумать». Или: «Мне кажется, ты отложишь это, а через пару дней сможешь что-то поправить».

Он знал меня наизусть и видел, что мне в поэме какое-то место показалось сырым. Или он, например, кого-то обидел. Я была, порой, нравственным тормозом, потому что у его поэзии удержу не было, он мог идти как угодно, по любым биографиям.

– Тяжелым человеком в быту был Андрей Андреевич?

– Мы еще не сошлись с ним окончательно, когда меня все вокруг предупреждали: «Он же поэт, очень капризный, ты с ним намучаешься!». Но ни одного раза в нашей общей жизни не было такого, чтобы Андрей сказал: «Супчик недосолен». Или: «Что ты меня одним и тем же кормишь!»

– Андрюшка, ну как сегодня? – спрашивала я.

Он отвечал:

– Изумительно!

На другой день после какой-нибудь ссоры выходил как ни в чем не бывало и спрашивал:

– Ты кофе будешь или какао?

И я принимала эту игру.

Дом с ручкой

– Где находилась ваша первая дача в Переделкино?

– Какое-то время мы жили на первом этаже дачи писателя Сергея Баруздина по адресу Погодина, 4, на территории Дома творчества, оттуда переехали на Тренева, 6.

– Как интересно. Того самого Баруздина, который, выступая против Пастернака в 1958 году, сказал, что из советского в Борисе Леонидовиче только то, что он живет в России, и самое правильное для него – убраться поскорее из страны? Потом то же самое Хрущев предложит Андрею Андреевичу, сказав: «Ишь ты, какой Пастернак выискался». А чем был Пастернак для Вознесенского?

– У Андрея есть рассказ про Пастернака: «Он стоял в дверях. Все плыло передо мной. На меня глядело удивленное удлиненно-смуглое пламя лица…». Ему было четырнадцать лет, когда он отправил Борису Леонидовичу свои стихи. Прочитав их, Пастернак позвонил им домой. Трубку взяла мама, а оттуда голос:

«Здравствуйте, я Пастернак, можно Андрюшу к телефону?»

Полагая, что это розыгрыш, Антонина Сергеевна бросила трубку.

Звонок раздался снова:

«Нет, я правда Пастернак. Я прочитал стихи, которые Андрей мне прислал, и хотел бы с ним поговорить».

Мать, совершенно обалдевшая, позвала Андрея к телефону:

«Тебя Пастернак к телефону».

«Мне понравились твои стихи», – сказал Борис Леонидович и пригласил Андрея к себе в Лаврушинский.

– Андрей Андреевич ведь умер 1 июня – через день после смерти Пастернака, спустя пятьдесят лет.

– Наша дача в Переделкино имеет общий забор с музеем Пастернака. Вдруг 30 мая мы слышим доносящиеся оттуда звуки «Траурного марша» Шопена. Андрюшка в полном сознании спрашивает: «Зоя, а что сегодня?». Я испугалась, что он сейчас соотнесет даты и ответила: «Нет, ничего, это просто концерт какой-то». Он ничего тогда не понял, или сделал вид, что не понял.

– В начале 1990-х годов вы перебрались на улицу Павленко, в бывшую дачу Константина Федина. Сильно меняли дом «под себя»? Кто этим занимался?

– Это был один из лучших домов в поселке. Практически все в нем осталось так, как было. Я только из летней открытой террасы сделала закрытую комнату, в которой поставили плиту и получилась кухня. Это было наше любимое место в доме – с телевизором, холодильником. Выгородила еще одну комнатку под архив, где царит уникальный беспорядок. В гостиной находится камин со стихами, написанными Андреем:

Камин мой,

В людскую стужу

Тебя оживил я не с жиру —

Сожги мою мертвую душу,

Зажги

Мою душу живу.

А так еще есть кабинетик Андрея Андреевича, спальня, где у нас книги на полках от пола до потолка. В спальне самое интересное – два моих акварельных портрета, сделанных с натуры рукой Андрея Вознесенского. Заставил меня сидеть на одном месте, а я вопила:

«Не буду сидеть неподвижно!»

«Будешь!»

Уже в более поздние годы я выстроила уличную лестницу на второй этаж под синим навесом, чтобы Андрею во время болезни было легче спускаться в сад и подниматься к себе наверх. Верх для него был всем. Почему? Потому что он имел этот обзор. Он видел поле, видел окрестности… Это было для него то пространство, в котором он мог сочинять. У Андрюши одно из последних стихотворений – «Дом с ручкой», в котором есть и эта лестница снаружи.

Как живется вам, мышка-норушка?

С наружною лестницей дом

Походит на кофейную кружку,

Перевернутую вверх дном.

Каждый день в этой ручке волшебной

Я спускаюсь ступеньками в сад,

Где подтеками божьего щебня

Вековые березы висят.

Гость, пройдя

освещенную ручку,

Пробежит сквозь цветной

плексиглас.

Он и время становятся

лучше,

Чем сейчас.

Начинающая архитектор,

Спроектировав этот дом,

Начинила мигающим спектром

Интерьер его. И кругом

Перерывчатым частым дыханьем

Дышит дом, дышит дом, дышит дом.

В нем мы трудимся,

отдыхаем,

А бывает, баклуши бьем.

Это же просто невыносимо

Улетать в иные края!

Дышат легкие

выносные

Или трубка дыхательная.

Здесь мы жили глухие к наживе,

Обожали «морепродукт»,

Пусть беспамятно ноги чужие

По ступенькам нашим пройдут.

Пусть прослушка или наружка

Постепенно с ума сойдут:

«Почему она светится, ручка?

И куда те ступеньки ведут?»

– Насколько открытым был ваш дом? Часто удавалось принимать гостей? Или это было пространство только двоих?

– Народу светского бывало много. В памяти сейчас всплывает один особо выдающийся Новый год, когда у нас оказался Высоцкий. А однажды в гостях