Туман - Александр Науменко

Дверь в рубку распахнулась, и на пороге появился Джед. В его руке был тот самый револьвер.

— Убери от него руки, — тихо, но с угрозой в голосе произнес он.

Адамс мгновенно отпустил Марка.

— Я просто обсуждал наш маршрут, — пролепетал он испуганно.

— Маршрут обсуждаю я, — отрезал фермер. — А ты, если еще раз распустишь руки или напьешься до состояния свиньи, остаток пути проведешь в трюме, привязанный к трубе. А теперь вон отсюда.

Адамс, бросив на Джеда и Марка испуганный взгляд, поспешно ретировался.

После этого инцидента на яхте установилось хрупкое, напряженное равновесие. Адамс и Ава старались не попадаться на глаза Джеду и остальным, проводя большую часть времени в своей каюте. Лексли по-прежнему плакала. Одна лишь Зои пыталась наладить контакт, помогая Монике и Саре.

Вечером, когда они сидели на камбузе, Зои тихо спросила у Моники:

— Вы… вы правда думаете, что там, в России, будет лучше?

Девушка вздохнула.

— Я не знаю, Зои. Я ничего не знаю. Но Джед верит, что это наш единственный шанс. А я… я верю Джеду.

Это хрупкое равновесие было взорвано через два дня, и детонатором стал не шторм и не нехватка припасов, а человеческая дерьмо, но не в буквальном смысле.

Вечером, когда большинство обитателей яхты уже разошлись по своим каютам, пятилетний Лео Олсен, мучимый жаждой, выскользнул из своей каюты и пошёл на камбуз за водой. Путь его пролегал мимо мастер-каюты, которую занимали Адамс и его спутницы. Дверь была неплотно прикрыта, и из щели лился тусклый свет и доносились странные звуки, хихиканье, влажные шлепки и ободряющие возгласы Адамса.

Детское любопытство взяло верх. Лео заглянул в щель. То, что он увидел, его маленький мозг не смог до конца осмыслить, но инстинктивно он понял, что это что-то очень плохое, неправильное.

В большой ванной комнате, дверь в которую была распахнута, под струями воды целовались и обнимались две обнажённые девушки, Ава и Лексли. Их тела блестели от воды и мыльной пены. А рядом, на краю огромной ванны-джакузи, сидел Дамиан Адамс. В одной руке он держал бутылку шампанского, из которой периодически отхлёбывал, а в другой, свой смартфон. Он снимал всё происходящее, отпуская пошлые, подбадривающие комментарии.

— Да, девочки, да! Вот так! Покажите мне страсть! Ава, укуси её за губу! Лексли, детка, не стесняйся! Это для моего личного архива… лучшего в мире! — Возьми её сиськи в рот!

Лео испуганно отшатнулся от двери и, забыв напрочь про воду, со всех ног бросился обратно в свою каюту. Он, недоумевая, рассказал обо всём, что видел, своей матери, когда та пришла. Впрочем, Сара и сама слышала странные звуки. Но. одно дело ребёнок, а совсем иное, взрослый человек.

Сара Олсен сначала пыталась, как это не удивительно, не поверить. Как это так, её маленький сын рассказывает о таких вещах! Но, увидев неподдельное удивление в глазах сына, да и вспомнив звуки, когда она проходила по коридору, она поняла, что это правда. Её лицо окаменело. Женщина уложила детей, а затем, дождавшись, когда Марк вернётся с вахты, рассказала ему.

Марк, обычно спокойный и рассудительный, побагровел от гнева. Оставить это так было нельзя. На борту находились его дети. Он решительно направился к каюте Адамса.

— Открой! — постучал он.

Дверь приоткрылась, и на пороге появился миллиардер, завёрнутый в шёлковый халат. От него разило алкоголем.

— Чего тебе, очкарик? Нарушаешь мой покой?

— Мой сын, он видел, что вы тут устраиваете! — с трудом сдерживая ярость, процедил Марк. — На этой яхте дети! Как вы смеете? себя так вести!

Адамс презрительно хмыкнул.

— Твой сын? Значит, твоему сыну нужно объяснить, что не стоит подглядывать в чужие ванные. А то, чем я занимаюсь в своей каюте со своими подругами, тебя не касается. Это моя жизнь, и я живу, как хочу. Так что проваливай, пока я не разозлился и не дал тебе пинка под твой толстый зад.

Он захлопнул дверь прямо перед носом у Марка. Тот постоял мгновение, сжав кулаки до побелевших костяшек, и вернулся к себе, чувствуя унижение и бессилие.

На следующий день он нашёл Джека на палубе и рассказал ему обо всём. Парень выслушал, и его лицо помрачнело. Они оба понимали, что Марк, при всей своей правоте, ничего не мог сделать против наглого и физически более сильного Адамса. Они как раз обсуждали, что предпринять, когда из рубки вышел фермер. Он услышал конец их разговора.

— Джед! Подожди!

Старик не сказал ни слова. Его лицо стало похоже на высеченную из гранита маску. Глаза потемнели, превратившись в две ледяные точки. Он молча развернулся и пошёл в свою каюту. Через полминуты он вышел оттуда. В его руке был револьвер.

— Джед, ты куда?! — спросил Джек. — Не надо!

— Отойди, парень, — глухо прорычал фермер, даже не посмотрев на него.

Старик решительным, тяжёлым шагом направился к мастер-каюте. Он не стучал. Он просто ударом ноги распахнул дверь.

Адамс и две его спутницы, Ава и Лексли, сидели в салоне каюты и завтракали остатками икры и шампанского. Зои с ними не было. Увидев Джеда с револьвером, они застыли. Лексли испуганно взвизгнула.

Джед, не обращая на них внимания, прошёл прямо к Адамсу, который вскочил со своего места. Старик схватил его грубо за шёлковый воротник халата, прижал к переборке и, не говоря ни слова, сунул холодный ствол «Смита и Вессона» ему прямо в рот, с силой надавив так, что зубы миллиардера клацнули о металл.

Глаза Адамса расширились от животного ужаса. Он замычал, пытаясь что-то сказать, но ствол мешал ему. Из уголка рта потекла струйка слюны, а трусы быстро намокли.

— Слушай сюда, ублюдок, — прошипел Джед, и его голос был тихим, но в нём было столько ярости, что девушки вжались в диван. — Я воевал во Вьетнаме. Я видел, как люди превращаются в животных. Я видел, как они теряют всё человеческое. Но даже там, в том аду, у нас были правила. Мы не трогали детей. Никогда.

Он сильнее вдавил ствол.

— Ты привёз на мой корабль свой разврат. Тебе плевать, что здесь женщины и