Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Ох, зря она это сказала. Калькулятор в голове взревел, как генератор «Урал» на полных оборотах.

Бутылка «Кваса» из нижнего ящика уходит за десять-двадцать тысяч. Табак за пятьдесят. А целое Правило? Это же не товар, это актив. Такое не продают, а берут кредит и открывают сеть.

— Кротов. Кротов! — Лера пощелкала пальцами у меня перед носом. — Вернись. У тебя опять цифры по глазам побежали.

— Я здесь. Я считал… смету. — Я прокашлялся. — Вопрос номер два. Зачем тебе я? У тебя блокнот, чуйка, три года слежки. Я в Изнанке без году неделя, и мой главный боевой навык — швабра и хлорка. А, и ещё солью могу посыпать. Насмерть.

— Затем, что у меня нет твоей Системы. — Она сказала это ровно, но я услышал, чего ей стоило признание. — У меня интуиция, камень и тетрадка. Я не вижу шкал, не вижу подсказок, не могу купить себе ничего защитного. Я иду по минному полю на ощупь, босиком, двадцать лет подряд. А у тебя интерфейс, который распознает дрянь. Каталог, в котором можно закупиться.

Я молча слушал её. К слову, я не рассказывал Лере про интерфейс в Терминале. Она знала это изначально.

Не договаривает элитная альтушка, ох не договаривает. Она может знать про Магазин куда больше.

— Опыт работы с Нижним ящиком и покупателями, у которых пальцев больше нормы, — продолжала Лера. — И главное…

— Что?

— Твой пофигизм, Кротов. Это же аномалия сама по себе. Я видела, как ты на лекции спокойно дописал конспект, когда у препода тень пошла рябью. Любой нормальный видящий поседел бы, а ты поставил закорючку и перевернул страницу.

— У меня был дедлайн по лабе. Седеть было некогда.

— Вот об этом я и говорю. — Лера усмехнулась. — У меня разведка и мозги, у тебя защита, снаряга и стальные нервы. По отдельности мы корм. Вместе — нормальная пати для рейда на босса. Ну? Что скажешь?

О как… Она аж геймерскими словечками заговорила. Типа своя девчонка, шарит.

Я взял паузу и уставился на мусорные баки за окном.

Думалось о разном. Например, о чеке, который остался от Влада, прошлого продавца. Точнее, от того, что от Влада осталось. Мятая лента, а на ней предупреждение про Уровень два… и про Корни, которые Магазин в меня пустит.

Апнуть уровень хотелось. Очень. Но между «хотелось» и «полез в подвал к древней твари» лежала пропасть, заполненная моим здравым смыслом.

С другой стороны… Я давно крутил мысль, что мне нужно Правило для себя. Не выученное, а свое. Защитное. Что-то, что прикроет меня и подсобку, когда очередная жуть решит, что бейджик «Стажёр» это приглашение к столу. Директор такое не продаст, в каталоге Терминала такого нет, я смотрел. А тут появляется наводка на существо, у которого Правила лежат, как товар на стеллаже.

Риск дикий. Но и маржа дикая. А я, на минуточку, будущий логист. Нас пять семестров учат одному: как доставить ценный груз через опасную территорию и не потерять ни груз, ни себя.

— Условия, — сказал я.

— Что?

— Условия сделки, Соколова. Мы же не в десны целуемся, а формируем пати на рейд-босса. Значит, оговариваем доли и зоны ответственности, — Я загнул палец. — Первое: никакого героизма. Сначала разведка, потом план, потом еще один план на случай, если первый сдохнет.

— Согласна. Я три года так живу.

— Второе: добыча. Если Правил несколько, делим по справедливости. Тебе — знания, понимание Изнанки, вот это все духовное. Мне — минимум одно Правило в полное материальное владение. Защитное, если будет выбор.

— А если Правило будет одно?

— Тогда сначала ты его изучаешь, потом решаем вместе, — Я загнул третий палец. — Третье: право вето. Любой из нас говорит «отбой», и мы отходим. Без «еще пять минуточек» и «мы почти у цели». Я на смене так выжил уже раз шесть, схема рабочая.

Лера смотрела на меня со странным выражением. Смесь насмешки и, кажется, облегчения.

— Ты сейчас серьезно провел переговоры об охоте на древнее зло по схеме поставки молочки?

— Молочка, древнее зло… Груз есть груз. — Я протянул руку. — Ну так что, по рукам?

Ладонь у нее оказалась холодная и твердая. Рукопожатие короткое, деловое, без девчачьих глупостей.

— По рукам, Кротов. — Она поднялась и отряхнула кожанку. — С меня карта Литейки и все, что я накопала за три года. С тебя… посмотри в своем Терминале, что есть по теме. Фонари, обереги, что угодно. И еще.

— М?

— Спасибо. — Она сказала это тихо и быстро, глядя куда-то мимо. — Я эту тварь три года таскаю в голове одна. Даже проговорить вслух было некому. Все, забудь, я этого не говорила.

— Чего не говорила? — хмыкнул я.

Она улыбнулась и ушла вверх по лестнице, простучав ботинками.

Я допил свою жижу, смял стаканчик, закинул его в урну с трехочкового и пошел на пару.

Вечером надо будет открыть каталог Терминала и вбить в поиск… всякое. Вдруг найду что-то эдакое, чего нет в стандартном списке? И еще посоветоваться с Котей. У кота на плохие идеи нюх лучше, чем у меня.

Правда, на сосиски у него нюх еще лучше, так что консультация опять влетит в копеечку.

Этой же ночью

До конца моей спокойной жизни оставалось пятнадцать минут.

Я, разумеется, об этом не догадывался. Сидел за прилавком, грел ладони о чашку с эспрессо и чувствовал себя человеком, у которого жизнь наконец-то сошлась, как дебет с кредитом.

Кофе, между прочим, был зерновой. Настоящий. Не тот порошок «3 в 1», которым я травился первую неделю, а честная арабика из поставки. Пах он так, что даже Котя иногда подходил понюхать, презрительно чихал и уходил обратно в коробку.

— Ну что, Зам, — сказал я, почесывая рыжую голову. — Месяц к концу идёт. Подводим итоги?

Котя приоткрыл один янтарный глаз. Дескать, докладывай, ассистент.

А доложить было что. Долг закрыт полностью, до последней копейки. В универе хвостов нет, курсовая сдана, препод по логистике даже похвалил за «нестандартное понимание складских процессов». Знал бы он, насколько нестандартное.

На банковской карте лежала подушка на съем нормальной хаты. В подсобке теперь стоял ортопедический матрас «Сон