Бастард Великой Орды - Андрей Абрамов

Старик замер на крыльце, как истукан, и ещё сильнее прищурился, снова пытаясь меня разглядеть. Протянул руку.

— Позволишь?

Я утвердительно кивнул и подошёл к старику вплотную. Ростом он едва доходил мне до груди. На покрытой пятнами макушке блестела плешь, обрамлённая редкими седыми волосами. На лице шрам от виска до губ.

Старик коснулся пальцами моего запястья, ощупал его, и сразу же отдёрнул руку.

— И вправду не морок, — буркнул он, переводя взгляд на трёх молодцев, — раз уж не прибил такой лапищей.

— Как твое имя?

— Пахом я. Староста Ореховки, — склонил он голову. — А ты, стал быть, и вправду на половину человек?

— Моя мать была человеческой женщиной, — подтвердил я.

— А твои Круги? Они правда…

— Да, — не стал я дожидаться вопроса.

Старик сам оказался одарённым. Пусть так и не достиг за всю жизнь второго Круга.

Пахом стукнул рукоятью ухвата по крыльцу.

Мужики расслабились, опуская дреколье. Из домов по одному начали появляться испуганные жители, выстраиваясь передо мной в полукруг.

Некоторые избушки так и вовсе остались стоять закрытыми. Похоже, тяжёлые времена пережили не все.

Я повернулся к Зарре.

— Как вернёмся, отправь сюда повозку с продовольствием и одеждой. Что найдёшь. И двоих-троих орклинов с инструментами. Пусть частокол отремонтируют. Начнём с малого.

Всего я насчитал шестнадцать человек. Три старика, четыре ещё бодрых старушки, три молодца и семейная пара, прижимающая к себе двух детей — девчонку лет шести и пацана постарше. Позади всех с угрюмыми лицами стояли ещё два мужика.

Все в старой потрёпанной одежде и в обмотках вместо нормальной обуви.

— Вам не нужно бояться меня и моих воинов, — начал я. — Я обещаю вам свою защиту. Теперь всё изменится. В остроге есть еда. Сегодня вы все уснёте сытыми.

Я окинул деревню взглядом, ища колодец, но вместо него увидел пересохший канал.

— А что у вас с водой? Почему пересох канал?

Пахом вышел вперёд, опираясь на свой ухват.

— Господин комендант. Раз уж вы сказали, что мы у вас под защитой…– он пожевал губы, будто боялся просить помощи. — Тут такое дело. Речушка у нас пересохла. Уж седмицы две как. Образина там какая-то выше по течению гнездо себе устроила. С тех пор и нет воды. Наши ходили проверять, да только один воротился.

— А есть у этой образины название? — спросила Зарра.

Все потупили взгляды, будто речь шла о чём-то страшном. Очевидно так и было, раз мамашка со страхом прижала к себе детей.

Её муж тяжело вздохнул и вышел вперёд.

— Свистун это, господин комендант, — опустил он взгляд. — С братом мы туда ходили. Думали, может дерево какое перекрыло. Иль бобры хату себе наладили. А там такое! Кое-как ноги унёс, а вот брат так там и остался.

Свистун. Не думал, что когда-нибудь услышу это имя. Так его нарекли столетия назад, и было за что. Редкая, опасная тварь, наделённая первородной Силой. Надеюсь, этот человек ошибся и там завёлся обычный блуждающий тролль. Пусть даже наделённый аспектом Земли.

Я осмотрел испуганные лица селян, видя в их глазах мольбу о помощи. И отказать я им не имел права. Сам только что заявил, что обеспечу им защиту, а значит, взял ответственность за их благополучие.

— Вернём вам водицу. Обещаю. И со свистуном вашим разберёмся.

Я повернулся к своим спутникам.

— Готовьтесь. Выступаем через час.

* * *

— Теперь куда? — Мора покрутил головой, остановив варга посреди развилки. — Нихрена не помню.

Левая дорога плавно входила в поворот, теряясь за высокими соснами. Правая тянулась как струна, а потом упиралась в скалу, скрываясь среди камней. Та, что была ещё правее — петляла меж деревьев, забирая немного назад, в сторону Гнилых Зубов.

Хор остановился рядом, задумчиво скребя щёку.

— Сто лет в Думграде не бывал, — он проехал чуть вперёд, заглядывая за поворот дороги. — Это какой по счету перекрёсток? Что-то я пропустил.

— Пятый, — уверенно ответил Мора. — Я считал.

— Тогда сюда, — Хор развернул варга, чуть пришпоривая того пятками. — Эта ведёт в Гуратан. Та к Уездному трактиру. Нам нужно к распадку и в долину. Там я помню уже.

Всадники свернули с основного тракта и скрылись под сенью исполинских деревьев, лавируя между торчащими корнями.

Через час пути впереди забрезжил просвет. Лес становился всё реже, уступая место редким кривоватым деревцам и зарослям колючего боярышника. Ещё через час тропа вильнула и начала подниматься на пригорок, чтобы потом спуститься в долину.

Уже на подъезде Хор почувствовал запах дыма. И вряд ли он исходил от костра, на котором готовили похлёбку. Это был едкий, щекочущий ноздри запах горелых костей.

Что-то ему подсказывало, что это неспроста.

Он пришпорил варга и вскачь взобрался на пригорок, остановившись на самой его вершине.

— Храни Великий Зур мою задницу! — одними губами проговорил он.

Рядом пристроился Мора. Он медленно окинул взглядом долину, привстав на стременах.

— Похоже, началось.

Всё пространство, от самого пригорка, где они стояли, и до следующего перелеска, было усеяно трупами. Кое-где дымились развороченные взрывами фургоны. В таких обычно подвозят ящики с ядрами.

Сотни почерневших тел, вперемежку с варгами, оружием и штандартами кланов. И над всем этим кружит вороньё.

— Кхазарат распался. Как и предполагал Кром, — сурово заключил Хор, накрывая ладонью рукоять тесака. — Теперь каждый сам за себя. Нет своих и чужих. Все чужие.

Мора заёрзал в седле.

— Так что нам теперь делать? От всадников Хаш’барога мы ушли. Назад дороги нет, пока всё не уляжется. Идём дальше?

Хор пришпорил варга, обходя пригорок по кругу, всматриваясь в каждые кусты, и нахмурился.

— У нас есть приказ, Мора. Его и будем выполнять. Долина ведёт к тракту, а там и до первых деревень недалеко.

Второй всадник кивнул и направил варга вниз, в долину мёртвых. Теперь она будет называться так.

Уже ближе к вечеру, когда и долина и тракт остались позади, спутники встали на привал. Место выбрали поукромнее.

Съехали с тропы в чащу, углубились в лес и расположились под раскидистым дубом.

Пока Мора поил варгов, Хор уселся на выступающий из земли корень и принялся раскладывать на коленях нехитрый паёк — сухари из берестяных лепёшек и сушёное мясо. У ног пристроил бурдюк с водой.

— Идём жрать, — крикнул он через