Дед в режиме хардкор - Евгений Валерьевич Решетов

— Простите, сударыня, но я бы хотел сфотографироваться с Игнатием Николаевичем. Он буквально покорил меня своими выступлениями на шоу и победой над де Туром и бароном Крыловым. А прежде Игнатий Николаевич был моим преподавателем в институте, — проговорил мужчина и с улыбкой посмотрел на меня, передав свой телефон Велимировне. — Сфотографируете нас, проявите милость?

— Конечно, — буркнула та, мигом надувшись.

Она взяла телефон, бросив на мужчину злой взгляд, как на обманщика, выставившего её дурой. У неё даже крылья носа начали раздуваться, а желваки заиграли под кожей. Но всё же она сделала несколько фоток, после чего мужчина ещё раз радостно поблагодарил меня и удалился.

— Дурачок какой-то, — бросила ему вслед мрачная Владлена, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Почему же? У него замечательные кумиры, — усмехнулся я, взял с коленей тканевую салфетку и положил на стол, встав со стула. — Наверное, нам пора. Тебе надо пройтись, а то ты какая-то злая стала, даже по твоим меркам злая.

Та вскинула голову и засопела, но, подумав, милостиво кивнула и тоже встала, слегка покачнувшись.

Я расплатился за ужин, хотя Владлена предложила это сделать напополам, но мне удалось настоять на своём. Та бросила на меня очередной странный взгляд и вышла из ресторана.

На улице нас поджидала ночь, отчаянно пытающаяся погасить огни большого города. Они сияли, неплохо освещая улицы.

Мы пошли вдоль стены домов, стоящих максимально плотно друг к другу.

Наши лица облизывал лёгкий влажный ветерок, дующий с Крюкова канала. А позади внезапно возникла троица молодых парней в кожаных куртках, вывернувших из проулка на безлюдную в такой час улицу.

Они, громко и пошло перешучиваясь, пошли за нами, пожирая взглядом соблазнительный зад Владлены.

Попутно молодчики прикладывались к бутылкам с пивом, ускоряя шаг, спеша догнать нас в тот миг, когда мы будем проходить мимо тёмной подворотни.

Глава 18

Алкоголь магам не игрушка. Почему? Да потому что он ослабляет связь с даром. Это как выпить пузырь водки и попробовать подстрелить из ружья ворону, сидящую на заборе. Максимум в кого можно попасть, так это в друга, подзуживающего тебя.

Вспомнил я об этом, когда шутки молодчиков, идущих позади нас, стали совсем грубыми.

— Такой дамочке явно нужен кавалер помоложе, а лучше целых три, — сострил один из парней.

Они загоготали, нагоняя нас. Подошвы их ботинок стучали по тротуару, а оскаленные в полупьяных улыбках зубы поблёскивали в свете уличных фонарей.

— Дык может, это не кавалер? Что, если эта красоточка провожает его в последний путь? — выдал другой, снова вызвав всеобщий залп смеха.

Его сопроводил звук разбившейся пустой бутылки из-под пива, которую в стену дома бросил один из «шутников». Осколки упали на плитку, сверкнув словно крупные слёзы.

— Игнатий, — шепнула мне Владлена, вышагивая рядом, — не пора ли поучить молодёжь уму-разуму? Мы ведь оба преподаватели института. Это наша святая обязанность.

— Рано. Надо хотя бы зайти в проулок, а то они увидят наши физиономии, смекнут, что перед ними дворяне, и сбегут. А оно нам надо? Нет, не надо. Урок тогда не получится.

— Ох, Игнатий, ты такой дальновидный. Но ты же сможешь воспользоваться магией, а то я слишком перебрала? Да и не взяла никакого оружия с собой. У тебя, кажется, тоже ничего нет.

— Как это у нас нет никакого оружия? А мой острый язык и твоя язвительность? — возмутился я. — Да и туфли у тебя на каблуке. Такими можно даже волколаку голову пробить. К тому же ты можешь вспомнить свои корни, укусить кого-нибудь и впрыснуть яд.

— Хи-хи, — пьяно посмеялась декан и свернула в проулок, призывно покачивая бёдрами.

Была ли это провокация? Отчасти. Но лучше мы преподадим урок троице этих беспредельщиков, чем они в следующий раз пристанут к какой-нибудь беззащитной простолюдинке.

Эти ребята явно не впервой так развлекаются. Чувствуется в них азарт двуногих хищников, загоняющих в угол добычу. Естественно, такую добычу, которая, по их мнению, не сможет дать им сдачи. А мы с Владленой как раз и напоминали жертв: старик и дамочка, одетая весьма откровенно. Дворянки так не наряжаются.

Войдя следом за деканом в проулок, я почувствовал витающий в полумраке насыщенный запах мочи и мусора, вываливающегося из ржавого контейнера.

Пара облезлых кошек прыснула из-под ног, промчавшись по лужам, а где-то среди размокших картонных коробок недовольно зашуршали крысы.

В спину же ударил наглый голос заводилы:

— Эй, дядь, не торопись. Угостишь сигареткой?

Остальные снова загоготали. Их явно развеселили классические гоповские заходы спутника.

А тот продолжил, видя, что мы не останавливаемся:

— Глухой, что ли? Кирпич не нужен? Совсем новый. Продаю дёшево.

Теперь уже все трое засмеялись, быстро догнали нас и встали полукругом, прижимая наш дуэт к глухой стене дома из красного потрескавшегося кирпича.

— Мальчики, мальчики, вы чего? — залопотала Владлена, мастерски имитируя испуг.

Её глаза расширились, блестя в свете луны, а грудь бурно вздымалась, притягивая жадные взгляды парней.

— Где ты шлялась, когда мы были мальчиками? — насмешливо фыркнул заводила, проведя рукой по коротко стриженной башке.

Лицо Владлены на миг застыло от гнева. Но уже спустя мгновение она снова испуганно захлопала ресницами, шмыгнув мне за спину.

— Молодые люди, у вас есть ровно одна возможность принести нам извинения, развернуться и уйти, — строго проговорил я, хмуря седые брови.

И сам понадеялся, что они откажутся, а то вино и мою кровь разбередило. Нет, всё-таки я далеко не святой.

— И что ты сделаешь, сморчок, если мы откажемся? — глумливо выдал главарь, угрожающе расправив широкие плечи. — Будешь нотации читать?

— Конкретно тебя я познакомлю вон с тем мусором в контейнере.

— Ха-ха! Ой, боюсь, боюсь! — картинно скривил он физиономию, словно собирался заплакать, но мутные глаза наливались жгучей злостью. — Может, хоть пару минут не будешь трогать меня, великий герой?

— Пару минут? Да ты оптимист, — ухмыльнулся я, чувствуя горячее дыхание Владлены, распространяющий ощутимый запах вина.

— Харе уже прикалываться! — разгорячённо бросил заводиле другой урод, громко сплюнув мне под ноги. — Пора этому дедку популярно объяснить что да как. Хрен седой, у тебя фотка есть? Свежая. Она тебе понадобится для памятника, если подобру-поздорову не свалишь в туман, оставив нас с этой кралей. Ты