Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

— Объясни, что происходит, — нахмурился Вячеслав, заиграв желваками.

— Мне показалось, что Лис заражён чем-то из Лабиринта. Слышал, как он говорил? Наслаждался страданиями. И чтобы убедиться в заражении Лиса, мне надо было распалить его, устроить эмоциональные качели, заставить выползти наружу все его гнусные стороны. Такой способ заставляет заражение протекать быстрее. Вот оно в итоге и овладело Лисом. К тому же я хотел посмотреть, на что способен заражённый, потому и дал ему сразиться с бандитами. Да, часть из них погибла, но кто выжил — теперь прощён мной. Жестоко?

— Не думаю, — удивил меня Слава, криво усмехнувшись. — Но что это за заражение такое? Ты прежде с ним сталкивался?

— Угу, когда работал в тайной канцелярии, — соврал я.

Не говорить же ему, что я видел подобное в других мирах, будучи ведьмаком?

Да, это на самом деле заражение, «кровавая чума», но ею заболевают не в Лабиринте. Нет. Она просачивается из Лабиринта и распространяется в подобных районах, где царит насилие. Заражение липнет к безжалостным ублюдкам всех мастей, делая их ещё более кровожадными монстрами. Добавляет им когти, клыки, хорошую регенерацию и недюжинную силу.

— Эта хрень заразна? — уточнил внук, глядя на чёрные вены трупа.

— Угу, ежели ты в душе убийца и подонок, — мрачно выдал я, смекнув, что Лабиринт на этот мир действует как-то по-особенному сильно.

До его столетия ещё несколько месяцев, а уже появилась «кровавая чума». Ежели так дальше пойдёт, то скоро столицу захлёстнут толпы людей, ставших монстрами.

— Может, нам следует держаться от трупа подальше? — проговорил Вячеслав, отступив от тела на пару шагов.

— Ты чего? Мы же ангелочки, — криво улыбнулся я, выпрямился и отошёл к стене арки, достав телефон.

— Куда ты хочешь позвонить?

— Императору. Он должен знать, что здесь произошло.

— Самому государю⁈ — как-то по-мальчишески впечатлено ахнул внук. — Вот так запросто?

— А ты думал, ему по какому-то особому телефону звонят? С золотыми кнопками и накладками из слоновой кости? — усмехнулся я и метнул взгляд в сторону окна, возле которого валялась оторванная фанера.

Кажется, там кто-то мелькнул. Да, точно. Из окна выглянул блондин, пробежав перепуганным взором по двору.

— Иди сюда! — поманил его пальцем Слава. — Мы от твоей тётушки Прасковьи.

Паренёк втянул голову в плечи, подумал немного и вылез из окна. Быстро побежал к нам, ёжась от холода. Майка и трусы его совсем не грели. Но он где-то раздобыл растоптанные грязно-розовые тапочки с подобием заячьих ушей.

Глава 19

По двору-колодцу гуляли запахи прокисшего мусора и свежей крови, запятнавшей землю.

Блондин чуть не наступил в красную лужу, но в последний миг успел сделать шаг шире, избегая досадного происшествия. Покачнулся и подошёл к Вячеславу, зябко ёжась. Они тихо заговорили, косясь на меня.

А я отошёл вглубь арки, набрав слегка подрагивающим после схватки пальцем личный номер государя. Тот отвечать не торопился. Гудки шли за гудками, и вскоре вызов прекратился.

Я досадливо дёрнул щекой, поймав на себе слегка разочарованный взгляд внука. Неужто он думает, что государь должен ответить на мой звонок после первого гудка?

Поморщившись, снова набрал номер, переступив по скованной лёгким морозом земле с радужными пятнами бензина.

— Слушаю! — ударил мне в ухо величественный голос с хрипотцой.

— Ваше Императорское Величество, это Зверев.

— Игнатий? Что-то стряслось? — насторожился правитель, ведь я по херне не звонил.

— Ага. Пришла «кровавая чума».

Мне не составило труда в подробностях рассказать о произошедшем, присовокупив описание гадкой заразы, лезущей из Лабиринта.

— Как с ней бороться? — сразу взял быка за рога правитель, не став стенать и проклинать судьбу.

— Только если расселять подобные районы, где творится бесчинство, чтобы зараза не передавалась от одного ублюдка к другому. Ещё могут помочь проповеди. У кого-то чёрная душа может и посветлеть, ежели этот человек проникнется жаркими речами.

— Проповеди — это хорошо, но расселять… — задумчиво пробормотал Железный Пётр и тяжело вздохнул, выпустив эмоции наружу, хоть и пытался держать их в узде. — Нет, пожалуй, лучше запереть всяческую мразь в темнице, а то и расстрелять без суда и следствия.

— Ваш вариант тоже хорош, — польстил я императору, снова заметив на себе взор внука.

Теперь тот глядел на меня с восторгом, смекнув, что я чуть ли не по-дружески общаюсь с правителем. Нет, он не слышал моих слов, но как-то чувствовал тон беседы.

Блондин же и вовсе вытаращил глаза и распахнул рот так, словно собрался ловить им ворон, вернувшихся на окрестные ржавые жестяные крыши.

— Как скоро количество заражённых увеличится? — продолжал задавать вопросы государь.

— Шут его знает. Смотря сколько их сейчас. Я вот впервые столкнулся в этом мире с заражённым «кровавой чумой», хотя постоянно варюсь в этом… простите, дерьме. Демоны, монстры, бесы…

— Вы займётесь поиском заражённых?

— Не хотелось бы. Мне же ещё с демонами бодаться. Думаю, полковник Барсов из тринадцатого отдела справится с этим делом на ура.

Император задумался, явно понимая, что я пытаюсь продвинуть свою креатуру. Согласится или нет?

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я позвоню ему, введу в курс дела и направлю к вам.

— Было бы замечательно. До свидания, Ваше Императорское Величество.

— Желаю удачи, Игнатий, — произнёс государь и сбросил вызов.

Я сунул телефон в карман и подошёл к Вячеславу с бледным от холода блондином, наверняка успевшим рассказать моему внуку свою печальную историю.

Сейчас племянник Прасковьи жарко затараторил, признательно глядя на меня:

— Спасибо за помощь, господин Зверев. Вовек не забуду! Обязательно отслужу! Вот вам крест.

Он широко перекрестился и шмыгнул разбитым носом. Скривился от боли, закусил разбитую нижнюю губу и снова поморщился.

— Ты только никому не рассказывай, что тебе помог Зверев, а то аукнется, — предупредил я его.

— Да мне никто и не поверит. Сочтут балаболом. Кто я и кто Зверев? — бледно усмехнулся парень и признался: — Честно говоря, я сам в шоке, что вы проявили такое участие. Да, на вас работает моя тётя, но все же вы величина имперского масштаба, а я клоп. Больше было шансов, что на мои мольбы ответит сам Господь Бог.

Блондин с щенячьим восторгом уставился на меня и даже перестал дышать, дабы не осквернять своим дыханием моё обоняние.

— Зверевы всегда помогают тем, кто попал в беду, — гордо изрёк Вячеслав, расправив могучие плечи.

Я едва сдержал ироничную улыбку. Даже не поморщился. А затем вытащил из-под пальто здоровенный револьвер внука и протянул ему, дабы вернуть.

— Ого, какой у вас большой ствол, Игнатий Николаевич! — ахнул