Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга XV - Алексей Ракитин

оказался не готов к подобным расспросам и явно не предполагал столкнуться со столь осведомлёнными журналистами. Именно неготовностью к вопросам такого рода можно объяснить крайне неудачный ответ майора, который по здравому размышлению ответил бы иначе, если бы только имел пару минут, чтобы подумать. Но у Эдварда Келли не было этих двух минут, и потому он сначала признал факт многолетнего знакомства с убитым, а затем, отвечая на уточняющий вопрос, дополнил сказанное оценкой продолжительности их связи — четверть века или даже более. Разумеется, Келли не сказал, что мистер Баркер являлся его агентом — такие признания полицейские стараются не делать даже в суде под присягой! — но сам факт многолетних контактов высокопоставленного «законника» и торговца из околокриминальной среды выглядел до такой степени красноречиво, что никаких особых пояснений не требовал вообще.

Уже в вечерних выпусках газет появились упоминания о неких связях застреленного Баркера с начальником столичной полиции, а курировавший расследование инспектор Баррет узнал о необычном признании своего шефа, разумеется, ещё раньше.

Неожиданное появление в этом деле Эварда Келли поставило инспектора Роберта Барретта в двусмысленное положение. Инспектор, будучи подчинённым Келли, не мог явиться к тому и потребовать ответов на интересующие его вопросы, но и обойти полным молчанием существование контактов начальника полиции и убитого было никак нельзя. Ведь гибель Баркера могла явиться следствием его особых отношений с полицией…

Инспектор нашёл возможность поговорить с начальником полиции. И майор сообщил инспектору, что общался с Эдом Баркером буквально за несколько дней до гибели последнего, возможно, 20 или 21 февраля. Разговор их был, разумеется, сугубо деловым, впрочем, как и всегда. Баркер сообщил Келли, что с ним ищет встречи Джозеф Медли (Joseph Medley), тот хочет то ли что-то предложить, то ли обсудить, в общем, Баркер взялся устроить их встречу и хотел бы знать: что для этого потребуется? Во время разговора с инспектором майор сообщил, что встреча эта так и не состоялась и ему неизвестно, чего же именно хотел Медли.

Инспектор Роберт Барретт (фотография 1947 года).

Даже если инспектор и не понял поначалу, о каком таком Джозефе Медли упомянул начальник, то очень скоро неопределённость, связанная с этим человеком, рассеялась. Джозеф являлся преступником широко известным в узких кругах, и инспектор без особых затруднений получил необходимую справку.

В своём месте мы уделим то внимание мистеру Медли, каковое сей джентльмен, несомненно, заслуживает, но пока надо закончить рассказ о событиях 24 февраля, поскольку они принципиально важны для последующего сюжета.

Инспектор Барретт после разговора с начальником полиции провёл совещание с лучшими детективами Департамента, коим предстояло заниматься расследованием убийства Эда Баркера. На дело были назначены три пары оперативников, старшим группы назначался детектив-лейтенант Роберт Мюррей, его заместителем стал детектив-сержант Эдгар Скотт. Группа получила двойное подчинение, что следовало признать необычным — с одной стороны, расследование курировал инспектор Баррет, а оперативное руководство осуществлял начальник детективов капитан Клайд Стрейндж (Clyde Strange).

Последний руководил всеми отделами, занимавшимися оперативной работой в столице — расследовавшими преступления против личности, хищений из домов, нарушений в области оборота лекарств и наркотиков, подделок документов и мошенничеств, поиском пропавших без вести. Фактически капитан Стрейндж возглавлял аналог советского управления уголовного розыска крупного города. Тогда штатное расписание Департамента полиции Вашингтона предусматривало 212 должностей детективов, то есть капитан Стрейндж руководил весьма крупным полицейским подразделением, и то, что начальник такого уровня озаботился личным контролем работы следственной группы, свидетельствовало о высоком приоритете проводимого расследования.

Капитан Клайд Стрейндж.

Лейтенант Мюррей и сержант Скотт, «поставленные» на это дело, считались сотрудниками опытными и результативными. Они были друзьями и сверстниками — оба родились в 1905 году. Мюррей, пришедший на службу в столичную полицию в 1930 году, считался одним из самых успешных сотрудников — он получал в среднем семь благодарностей в год. О нём ходили легенды, как о детективе, не знающем поражений, а педантичность лейтенанта, всегда появлявшегося за три минуты до назначенного времени, являлась источником постоянных шуток сослуживцев.

Детектив-сержант Эдгар Скотт начинал государственную службу в Корпусе морской пехоты и первый раз попал в Вашингтон по делам службы в 1924 году. Он был зачислен в особый батальон морпехов, личный состав которого привлекался для охраны дипломатических представительств США за рубежом, и два года провёл в Китае. После демобилизации Скотт перепробовал несколько вполне мирных профессий, но любовь к оружию и экстремальным ощущениям требовала иного рода деятельности, и в 1931 году Эдгар завербовался в столичную полицию. Службу он начал обычным патрульным в 9 участке и в 1932 году попал в серьёзную передрягу — участник демонстрации военных ветеранов ударил его разводным ключом по голове, сломав кости свода черепа. Скотту грозила инвалидность, но после 2-месячного пребывания в больнице он приложил огромные усилия по восстановлению физических кондиций, и активные занятия спортом принесли результат. Эдгар успешно прошёл медицинскую комиссию и возвратился на службу.

Роберт Мюррей и Эдгар Скотт познакомились на службе и очень сблизились. Их тандем был очень эффективен, и то, что оба детектива занялись одним расследованием, являлось если не гарантией успеха, то по крайней мере залогом серьёзной и вдумчивой полицейской работы.

Слева: детектив-лейтенант Роберт Мюррей. Справа: детектив-сержант Эдгар Скотт.

В ходе устроенного инспектором Барреттом совещания была выработана наиболее перспективная версия случившегося в трейлере Эда Баркера — убийство с целью ограбления кем-то, кто полагал обнаружить у торговца подержанными автомобилями пакет с 40 тысячами долларов. Злоумышленник не знал, что Баркер накануне отнёс деньги в банк, поэтому своей главной цели он не достиг. Баркер, имея большие связи в преступной среде, считал, что находится в безопасности и никто из серьёзных преступников посягнуть на него не посмеет, однако злоумышленник либо не знал истинный статус жертвы, либо знал, но осознанно пренебрёг его, Баркера, авторитетом. То есть злоумышленник был либо неопытен, либо являлся «беспредельщиком», демонстративно нарушающим обычаи и правила преступного мира. На роль такого «беспредельщика» отлично подходил находившийся в розыске Джозеф Медли, решивший быстро поправить свои дела крупным ограблением. Во время своего побега из тюрьмы в ноябре 1944 года он похитил деньги, собранные другими заключёнными, совершив тем самым одно из самых тяжких преступлений против корпоративной солидарности профессиональных уголовников — не красть у «своих».

Последнее представлялось очень вероятным, поскольку напавший действовал весьма профессионально, обездвижив и обыскав двух взрослых мужчин, а затем убив каждого двумя выстрелами в голову в упор. По-видимому, нападение началось в то время, когда Баркер находился в трейлере один, однако появление Пэни Касбарьяна отнюдь не спутало карты преступнику, который не отказался от задуманного даже после появления свидетеля. Грабитель, проявив незаурядное самообладание, связал руки Касбарьяну и уложил его в дальней части трейлера, после чего озаботился удалением собаки.

То, что преступник не оставил Бозо возле хозяина, однозначно свидетельствовало о полном самообладании убийцы. Он понимал, что собаку могут напугать выстрелы и запах крови, она станет волноваться, и издаваемый ею шум привлечёт внимание к трейлеру. Преступник, по-видимому, вывел собаку из трейлера и привязал где-то неподалёку, после чего возвратился и расстрелял Касбарьяна и Баркера. Затем он вернулся к Бозо, отвязал собаку и куда-то увёл.

Все участники совещания сошлись в том, что собаку убитого Пэни Касбарьяна очень желательно найти — в том месте, где убийца её отпустил, кто-то мог запомнить человека с шпицем на поводке.

Другим важным направлением расследования должен был стать розыск похищенного с руки Баркера перстня, точнее, бриллианта в три карата, который был в этот перстень вставлен. Убийца никак не мог выбросить подобную вещь! Скорее всего, убийца вытащит драгоценный камень из кольца и попытается реализовать его либо через скупщиков краденого, либо через честных ювелиров. Ориентировку с детальным описанием камня было решено разослать по всем полицейским подразделениям Соединённых Штатов, кроме того, о розысках бриллианта надлежало проинформировать ФБР.