Барон Оболенский - Александр Горин

Через пять минут на моей ладони лежали три крупицы: красная, синяя водная и одна белая. Я покатал их, чувствуя лёгкое покалывание в кончиках пальцев, и убрал в кошель. Не густо, для Кедра подходящих нет. Ладно, зато продадим или обменяем на заставе.

— Ваше благородие, — сказал Сергей, оглядывая лес, — давайте сейчас на север пойдём, там лесное озеро есть, к нему дичь на водопой обычно приходит.

— Одобряю, — ответил я, прикидывая по солнцу направление, — веди, посмотрим твоё озеро.

Через минут пятнадцать ходу впереди среди деревьев мелькнула водная гладь.

«Верный, ищи!» — дал я мысленную команду, и пёс радостно сорвался с места, заложив крутой вираж вокруг нас, и помчался в сторону лесного озера.

Через минуту послышался громкий плеск и кряканье, и вскоре Верный вернулся, держа в зубах отчаянно бьющую крыльями утку. Вода стекала с его морды, а в глазах горело столько гордости, что я улыбнулся, глядя на этого мокрого охотника.

— Сам поймал, — сказал я, принимая добычу и трепля пса по загривку. — Ну, Верный, ты у нас теперь ещё и водоплавающий охотник. Цены тебе нет.

Верный стряхнул с себя воду, окатив Андрея фонтаном брызг.

— Вот же мокрая канцелярия! — возмущённо пробурчал мой советник, отплёвываясь и судорожно вытирая тетрадь рукавом. — У этого пса собачье чувство юмора, не иначе! Специально ведь целился, я видел!

Мы обошли небольшое озеро и, подстрелив, ещё одну утку, двинулись обратно.

— Ваше благородие, — обратился ко мне Игорь, глядя то на меня, то себе под ноги, — я вчера вечером, как стемнело, за домом нашим, на краю огорода, мишени сделал. Ну, чтобы учиться из лука стрелять. Чучела из соломы поставил, три штуки, разного размера. Я что хотел-то, — продолжил он уже бодрее, расправляя плечи, — вы, ваше благородие, скажите Гавриле, Илье и Василию, чтобы тоже на мишенях моих тренировались. Я им покажу, как правильно стоять, как целиться, как тетиву не дёргать вбок, а плавно отпускать. Отцу некогда этим заниматься, он всё больше по хозяйству, а мне не в тягость. Пусть приходят, чтобы толку от них на охоте больше было.

— Молодец, Игорь, — твёрдо сказал я, и младший Жданов аж вытянулся, услышав похвалу. — Хорошая инициатива. Я сегодня же скажу мужикам, чтобы шли к тебе на поклон. Будешь у нас главным инструктором по стрельбе. Только давай ответственно: чтобы никто к мишеням особо близко не подходил во время стрельбы.

— Не беспокойтесь, ваше благородие, — серьёзно кивнул Игорь, прижимая руку к груди. — Я за порядком прослежу.

— Андрей, — окликнул я советника, и тот, вздрогнув, поднял на меня глаза. — Нашему первому ратнику, Илье, доспехи нужны в первую очередь. Он у нас на острие атаки, ему нужна защита. Как у тебя продвигаются дела с хитиновыми пластинами?

Андрей мгновенно оживился и подошёл ближе. Его глаза загорелись тем особым, почти маниакальным блеском, который появлялся у него всякий раз, когда речь заходила о его «оружейном проекте».

— Так я, ваше благородие, уже начал! — с жаром воскликнул он, размахивая руками и едва не заехав локтем в глаз шагавшему рядом Игорю. — По вечерам, при лучине, сижу, выкраиваю пластины. Пока куртку старую взял в качестве основы, на будущее надо кожу хорошую купить на заставе. Пластины подгоняю одну к одной, как рыбью чешую, чтобы подвижность была и в то же время защита надёжная. Но дальше-то мне без примерки никак нельзя. Мне нужно, чтобы Илья пришёл ко мне сегодня вечером, я с него мерки сниму. А то сделаю на глаз, а потом окажется, что в груди жмёт или рука не поднимается. С доспехами, знаете ли, как с сапогами: если жмёт, то лучше босиком.

— Здравая мысль, — кивнул я, внутренне усмехаясь тому, с каким пылом мой советник взялся за новое для себя ремесло. — Илья, сегодня вечером к тебе зайдёт на примерку, я ему сам скажу.

— Слушай, Андрей, а давай я тебе помогу? — спросил Игорь, заглядывая моему рыжему советнику в глаза. — Отец занят часто, а я по вечерам свободен. Вдвоём-то быстрее управимся. Я могу кожу резать, дырки шилом пробивать, пластины зачищать. Ты только покажи, что и как, а я уж постараюсь, не подведу!

— Вот это дело! — обрадовался Андрей, хлопнув Игоря по плечу.

И тут Верный, бежавший впереди, вдруг резко остановился как вкопанный. Шерсть на его загривке вздыбилась, хвост замер, а из горла вырвался глухой рык, полный злобы и страха одновременно. Пёс припал к земле, прижав уши, и попятился, не сводя глаз с тёмной стены деревьев справа от нас.

Я мгновенно вскинул руку, приказывая всем замереть, и потянул носом воздух. И тут же пожалел об этом.

Из глубины леса, оттуда, где смыкались замшелые стволы вековых елей, потянуло такой густой, тошнотворной вонью, что у меня на мгновение перехватило дыхание. Это был запах гниющей плоти, смешанный с кислым, как от протухшего молока, и едким, серным душком. Мой желудок непроизвольно сжался, а в голове запульсировала тревога.

— Что за… — начал было Игорь, но Андрей перебил его, схватив за рукав.

— Тихо! — прошептал он побелевшими губами, всматриваясь в чащу леса. — Точно не зверь. Нечисть Хаоса, крупняк. Я про такой запах в бестиарии читал: гниль, сера и тухлое молоко. Это либо жвальник, либо вепрь Хаоса, третьего-четвёртого ранга.

Сергей уже держал лук наготове, но я видел по его напряжённой спине, что он тоже не горит желанием встречаться с тем, что там прячется. В чаще что-то хрустнуло, и на мгновение мелькнула огромная, бугристая тень, заслонившая просвет между деревьями.

— Не лезем, — твёрдо сказал я, оценивая обстановку. Интуиция кричала во весь голос: не сейчас, не здесь, не с таким составом. — Отходим тихо, без резких движений. Андрей, бери Верного на поводок, чтобы не полез знакомиться. И наш отход с фланга прикрой.

Мы осторожно, стараясь не хрустеть ветками, двинулись в обход, огибая опасное место по широкой дуге. Я держал ладонь на рукояти меча, вслушиваясь в лес. Вонь постепенно отступала, растворяясь в обычных лесных запахах хвои и прелой листвы.

Когда мы отошли на достаточное расстояние, Андрей, всё ещё бледный, но уже с горящими от возбуждения глазами, повернулся ко мне.

— Я прикинул направление, ваше благородие. Он уходит на запад, вдоль реки. К деревне не направляется, это точно.

— Это хорошо, — кивнул Сергей, не убирая ладони с лука. — Если бы к деревне — пришлось бы принимать бой, а с такой тварью вчетвером тяжко, да и копья нужны, лук может оказаться бесполезен.

— Вот именно, — сказал я,