Барон Оболенский - Александр Горин

от которого поднимался ароматный пар. — Грядки-то, грядки! У меня тыква листья развернула, так у неё с добрую тарелку каждый лист, вот те крест! А морковка у Насти зелёная вся, кудрявая, глаз радуется.

— У меня тоже, — подхватила Марина, разливая суп по тарелкам и довольно оглядывая стол. — Лук зелёный такой, что хоть сейчас в пучки вяжи и продавай. Капуста вон во дворе уже набирается, пухнет, словно пчёлы покусали. Скоро собирать да новую садить можно.

— Земля-то на глазах зеленеет, — добавил я, отломив кусок свежего хлеба, кивнул своим мыслям. — Кедр своё дело знает. Можно ещё сажать и сеять.

— А не поздно уже? — усомнилась Настя, подавая мне полную тарелку и вытирая руки о фартук. — Лето-то к середине идёт. Я в прошлом году, помнится, посадила капусту в это же время, так она вся пожухла и в труху превратилась. Ни одного кочана не сняли.

— Не поздно, — твёрдо ответил я, пробуя суп и с удовольствием отмечая, что Марина сегодня превзошла саму себя. — У нас с Кедром всё растёт намного быстрее. Мы и то, что посадили, скоро соберём, и новое посадим. Времени хватит, земля вокруг деревни уже силу набрала от Кедра. Я думаю, до зимы вполне можно будет снять целых два урожая. Были бы семена.

— Силки здорово помогают, — подал голос Илья, не отрываясь от еды. — Мы сегодня на краю поля их проверили, так три зайца попались. И грядки целее, зайцы теперь в лес бегают еду искать, а наши посадки стороной обходят. Так и надо делать. Пугала на другой стороне тоже хорошо работают, Гаврила на них старые рубахи повесил, и они от ветра шевелятся, ну прям как живые люди на расстоянии выглядят.

— Вот и отлично, — кивнул я, зачерпывая ложкой густой, наваристый суп. — Завтра мы с Андреем и Игорем едем на заставу. Ядер накопили достаточно, пора закупаться. Нужна вторая лошадь и семена для нового посева: пшеница, рожь, овёс, ячмень. Может, ещё капусту и огурцы. И телегу бы вторую не помешало.

Гаврила, услышав про телегу, аж поперхнулся и замахал руками, едва не опрокинув свою плошку.

— Телегу не надо покупать, ваше благородие! — воскликнул он, вытирая усы и сверкая глазами. — Я сам сделаю! У меня и доски, и инструмент есть, я в молодости три телеги сладил, они до сих пор у людей в Томске бегают, я сам видел пару лет назад! Мне только помощник нужен, чтобы доски подавать и колёса вымерять. Василия возьму, у него глаз верный.

— И лошадь новую тогда в нашу старую телегу запряжём, — подхватил Андрей, хитро прищуриваясь и постукивая ложкой по краю миски. — А наша кобыла-старушка рядышком пойдёт обратно. Её можно навьючить немного, без перебора, она выдержит.

— Дельно, Андрей, молодец, — одобрил я, мысленно прикидывая, сколько мы сможем увезти за один рейс. — Гаврила, завтра с утра займёшься телегой. А как закончишь, бери Илью с Василием и к Игорю на тренировку. Он за домом три мишени из соломы поставил, будет вас в стрельбе из лука натаскивать.

Гаврила, услышав про мишени, восхищённо крякнул и хлопнул могучей ладонью по столу так, что подпрыгнули миски.

— Три мишени! — прогудел он, поворачиваясь к Игорю и сверкая глазами. — Ну, Игорёк, ну, голова! Я ж тебе говорил, Илюха, что из парня толк будет. Без всяких там книжек додумался.

— Я и не спорю, — буркнул Илья, уважительно кивая младшему Жданову и почёсывая щетинистый подбородок. — Игорь у нас вообще молодец. И лучник отменный, и с головой дружит. Не то что некоторые тут с бородой до пупа, а ума с воробьиный клюв.

— Это ты на кого намекаешь? — встрепенулся Гаврила, хмуря брови и поворачиваясь всем корпусом к Илье.

— На петуха твоего, на кого ж ещё, — невинно ответил Илья и отправил в рот ложку супа.

Игорь, сидевший с краю, залился краской до самых ушей, но было видно, что похвала ему приятна до невозможности. Он расправил плечи и улыбнулся уголками губ, стараясь сохранить серьёзный вид, но плохо в этом преуспевая.

— Я всех научу! — радостно пообещал Игорь, подаваясь вперёд и едва не свалив со стола свою тарелку. — И дядю Гаврилу, и дядю Илью, и дядю Васю! У меня там три чучела стоят, разного размера. Будем тренироваться каждый день по часу. Через неделю любому волку в глаз попадёте.

— В глаз — это хорошо, — Илья почесал затылок и вздохнул. — Но я бы для начала просто в волка попадал. А то в прошлый раз, помнится, моя стрела в дерево ушла. А ведь я в волка целился.

— Вот-вот, — усмехнулся Гаврила, поднимая кружку с квасом.

Илья насупился, буркнул что-то про «старого хрыча» и с удвоенной энергией принялся за суп. По его решительно сдвинутым бровям я видел, что теперь он точно не успокоится, пока не обставит Гаврилу. Отличный пример здорового соперничества.

Когда обед подошёл к концу и женщины принялись убирать со стола, я поднялся и обвёл взглядом своих людей. Мужики, заметив это, сразу притихли, отставили кружки, расправили плечи.

— Значит так, — громко начал я, наверно слишком громко на фоне наступившей тишины. — Сейчас все мужчины, кроме Ивана и Прохора, идут со мной в заброшенную деревню. Разведаем, что там осталось, начнём разбирать дома и сплавлять брёвна по реке. Оружие берём по полной: копья, луки, топоры. Верёвки тоже возьмите все, что есть, пригодятся для сплава.

— Ваше благородие! — звонко выкрикнул Ваня, вскакивая с лавки и умоляюще глядя на меня. — А можно нам с Прошкой тоже с вами? Мы тоже хотим! Мы будем слушаться, честно-честно! Я узлы вязать умею, поможем скарб к берегу таскать.

— Я сильный! — добавил Прошка, вставая рядом с Ваней и выпячивая тощую грудь колесом. — Я уже воду таскал и рыбу ловил, и дрова помогал складывать! Я тоже могу помогать!

— Нет, — отрезал я, глядя на пацанов строго и не давая им надежды на поблажку. — Категорически нет. До нашего возвращения никто из детей за ворота не выходит. Ваня, ты остаёшься за старшего по огороду, проверишь все грядки, польёшь, что нужно. Прохор, ты помогаешь женщинам. Наносите воды в столовую, чтобы вечером был запас. Всё ясно?

Ваня понуро опустил голову, шмыгнул носом, но спорить не осмелился. Прошка, подражая ему, тоже насупился, но молча кивнул, бросив быстрый взгляд на мать. Лена ободряюще улыбнулась сыну и погладила его по вихрастой макушке.

Верный, который во время обеда лежал у печи и выпрашивал у Марины косточку, моментально почуял, что назревает что-то интересное. Пёс подскочил, закрутился на месте, едва не сбив хвостом горшок со скамьи, и