Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар

— Руины кишат тварями, — коротко выдаёт Васко, принимая инъектор и с профессиональной невозмутимостью всаживает его себе в шею.

— «Химера», перестраиваем колонну! — громко объявляет Том. — Багзи, Снор — головной дозор. Чак, я — сразу за ними. Финн, Рокси — держитесь третьими. Васко, Деклан — замыкаете колонну, прикрываете тылы. Астрид, Лиззи и доктор Вендель — ко мне в машину. Питер, Адам, Тим пересаживаются к Финну. Задача — проскочить незамеченными. Огонь открывать только в крайнем случае. Нам нужна тишина, а не бойня. Помните о протоколе. Защита учёных — первоочередная задача.

Деклан фыркает, скрестив руки на груди:

— Лучше бы с Бриной отправился на зачистку территории, а не нянчился тут с этими гениями! Серьезно, Том! Когда эта «Химера» вела себя тихо? Мы выкуривали этих уродов из каждой дыры!

Капитан мгновенно переводит острый взгляд на Деклана:

— Проблемы с выполнением приказа, Деклан?

— Никак нет, сэр! Просто… хочется покончить с этим дерьмом побыстрее.

Отряд начинает рассаживаться по машинам. Лиззи уже ждёт в машине капитана. Распахиваю дверцу и ныряю на сиденье. Следом за мной отец. Том занимает своё место за рулем и заводит двигатель. Чак прогоняет настройки дрона, и тот уверенно взлетает, возглавляя колонну. Наша небольшая процессия медленно двигается за ним. В пасть мёртвого города.

Глава 19

Город-призрак — мрачный памятник былой цивилизации — встречает нас равнодушно. Нет зловещего дыхания, нет наблюдающего взгляда из тёмных окон разрушенных домов. Городу нет дела до наших жалких жизней. Выберемся ли мы из его пасти или останемся гнить. Мёртвому городу будет всегда плевать.

— Пока всё чисто. Держим темп, — бормочет Чак в рацию, свободной рукой выравнивая стабилизацию на панели.

Природа и здесь начала своё победоносное наступление. Деревья пробиваются сквозь растрескавшийся асфальт и прогнившие крыши домов. Кустарники и сорняки заполняют пешеходные улочки.

— Внимание! В трёхстах метрах прямо по курсу провал в дороге! Держитесь правее!

— Принял, — отзывается Багзи.

Головная машина ловко объезжает эту пропасть, лавируя между обломками и скелетами сгоревших автомобилей. Другие повторяют манёвр.

— Чак, подними дрон выше на пару метров, посмотри, нет ли впереди баррикад или рухнувших перекрытий, — не отводя взгляда от безжизненной улицы, просит Том.

— Поднимаю.

Слегка подаюсь вперед между сиденьями, вглядываюсь сквозь лобовое стекло — ищу глазами дрон. Он мягко набирает высоту. Я смотрю на экран планшета в руках Чака — дрон передает вид сверху. Ободранные рекламные щиты, покосившиеся столбы линий электропередач. И кабели… Спутанные, свисающие. Они сливаются с серой дымкой, и их почти невозможно заметить, если не всматриваться.

— Там кабель, — пытаюсь предупредить я.

— Вижу, — отзывается Чак и проворно корректирует курс дрона, уводя его в сторону от опасности.

Он оборачивается ко мне с дерзкой ухмылкой победителя, крашеная белая прядь игриво падает на его глаза. Жуя жвачку, Чак подмигивает мне и снова устремляет взгляд на планшет.

Господи, да сколько ему лет?

Проезжаем безлюдную площадь, и кошмар достигает апогея. Если до этого руины представляли собой груду камней и обломков разрушенных зданий, то здесь каждый осколок кричит о жизни, некогда бурлившей в этом городе. Воображение рисует картины: люди, спешившие по своим важным делам; матери, неспешно прогуливающиеся по площади с детьми… Об этом безмолвно свидетельствуют брошенные искорёженные, ржавые детские коляски. Рядом валяются измазанные грязью, пропитанные бурыми пятнами мягкие игрушки. Жалкие остатки счастливого детства…

Я отворачиваюсь, стараясь не смотреть на все это печальное «великолепие».

— Чёрт… Впереди что-то крупное, — тихо бормочет Чак, вглядываясь в монитор и хмурясь. — Приближаю… ага, вот оно.

Изображение с дрона дёргается, стабилизируется и показывает за следующим перекрёстком хаотичное нагромождение искорёженного металла, обломков бетона и перевёрнутого фургона.

— Движение в районе завала не наблюдается, — добавляет Чак.

Том срывает с панели рацию:

— Багзи, притормози. В паре километров впереди завал.

Наша колонна замедляет ход, приближаясь к препятствию, и останавливается.

— Завал не маленький, — шипит голос Багзи в рации. — Проехать не получится.

— Может, развернуться? После площади свернуть налево, — предлагает Васко по рации.

— Назад не вариант, — обрывает его Том. — Там нас может ждать такая же задница или ещё хуже.

Он устало проводит ладонями по лицу и, оборачиваясь к Чаку, глухо просит:

— Покажи, что там.

Чак послушно передает ему планшет. Склонившись над ним, капитан сам ведёт дрона, оценивая хаос впереди. Секунду размышляет и говорит:

— Придется поработать, парни. Разберем это дерьмо. Доставайте инструменты, постараемся управиться побыстрее. Деклан и Багзи — первичный осмотр, держите сектора двенадцать и шесть под контролем. Рокси — на люк машины, круговое наблюдение. Учёные остаются в машинах! Остальные — рабочая группа!

В ответ сухое потрескивание рации и короткое:

— Принял.

— Так точно, сэр.

— Принял.

Дверь головной машины распахивается, и Багзи и Снор, осторожно оглядываясь, выбираются наружу, цепко сжимая автоматы. Том застегивает бронежилет и выпрыгивает следом. Чак с монитором тоже выходит из машины. Тихий щелчок дверцы режет тишину, повисшую в салоне.

— Мы застряли, да? — шепчет Лиззи, нервно закусывая губу.

— Нет, — отрезает отец, и это «нет» звучит так, будто он заставляет саму реальность подчиниться. — Мы проедем. Вопрос только, насколько быстро, — и строго добавляет: — Сидите тихо. В случае чего прячьтесь между сиденьями!

— Пап, ты же не…

Но отец, не дослушав, решительно распахивает дверцу и выпрыгивает наружу. Черт возьми!

Я тоже выбираюсь из машины. Хруст под ногами заставляет вздрогнуть. Смотрю вниз. Под ботинками россыпь осколков битого стекла и одиноко валяющийся синий платок. Подбираю его, бережно сворачиваю и прячу в карман брюк. Охваченная дурным предчувствием, поднимаю голову, рассматриваю город-призрак, вглядываюсь в каждое разрушенное здание, в каждое окно, в обугленные следы от ракетных ударов. Никаких признаков жизни. Ничего. Кроме ветра, гоняющего мусор.

Инстинктивно втягиваю голову в плечи и выискиваю взглядом отца. Он стоит рядом с капитаном Санчесом. Оба нахмуренные, сосредоточенные. По выражению лиц ясно — спорят.

— Том, — тихо, но упрямо говорит отец, — мы теряем драгоценное время. Дай нам помочь.

Отец кивает в сторону машины, где Тим, Адам и Питер застыли у распахнутой дверцы и ждут сигнала. Капитан сжимает челюсти и бросает взгляд в сторону завала. Там бойцы вовсю пытаются разобрать хаотичное нагромождение обломков, бетонных плит и торчащей арматуры.

— Если мы задержимся здесь ещё на полчаса, то будет хуже. И ты это