Путь Строителя 14 - Алексей Ковтунов

Створки главных ворот стояли распахнутые настежь, и вентиляция, судя по всему, работает как надо, у продухов ощутимо тянет, воздух внутри держится сухой, без единого намека на затхлость. При входе все организовано по уму, заправленные лампы выстроились рядком, фитили заведены, рядом кресало. Взял первую попавшуюся, запалил и пошел смотреть, как поживают мои казематы.

А поживают они загадочно, стены местами подсвечиваются рунами, бледные контуры проступают из темноты то тут, то там, потолок тоже помаргивает, красота неописуемая, вот только осветить эта красота способна разве что саму себя, и без лампы пришлось бы двигаться на ощупь. Шаги отдаются под перекрытием гулко, воздух прохладный, и достаточно сухой.

В прошлой жизни такое сооружение назвали бы распределительным центром и обвесили бы табличками, у нас же вместо табличек засовы, а вместо охранной сигнализации двое у ворот, и работает оно ничуть не хуже. Заглянул в одну комнату, там зерно мешками, уложено с проходами, все как положено.

Посмотрел что в соседней, а там сырое мясо, и вокруг него руны сверкают особенно ярко, консервация трудится на совесть. Как именно она это проворачивает, я толком не понимаю до сих пор, но результат налицо, мясо лежит по большей части еще со штурма, времени с тех пор утекло порядочно, а выглядит оно так, будто тушу разделали вчера. Понюхал даже, свежее, но лизать не стал, воспитание не позволило.

Дальше пошли комнаты с заготовками, эти стоят запертые, чуть ли не опечатанные, и правильно, это уже стратегический запас. Если прикинуть, то же вяленое мясо вкупе с рунами консервации проживет дольше нас всех, таким добром можно будет кормить следующее поколение, и оно еще спасибо скажет, руны ведь не просто хранят, они провизию понемногу подкармливают Основой, и та со временем становится только сытнее.

С тушенкой история примерно та же, горшки рядами, мясо под жировой пробкой, герметичности со стерильностью там поменьше, чем хотелось бы, но проживет она всяко дольше сырого, а под рунами так и вовсе неприлично долго.

Следом обнаружились овощи, бочки с мочеными фруктами, и появилось это все здесь вообще не пойми откуда, закупок я не помню, обозов с фруктами тем более. Видел мешочек соли, причем увесистый, килограмм так на двадцать, целое состояние по здешним меркам. Тут уже пошли запасы деревенские, общественные вперемешку с чьей-то собственностью, и вникать, где чье, я не стал, не мое, и ладно.

А в самой последней секции отыскалась комната с надписью «Рей».

Постоял я перед дверью, поморгал. Надпись старательно выведена углем, буквы ровные, с нажимом, и получились они у автора куда симпатичнее, чем если бы я черкал. С одной стороны, польстило, персональные хоромы в главном хранилище деревни кому попало не выделяют. С другой, немножко обидно, подписать подписали, а предупредить забыли, я мимо этого склада хожу который день и знать не знаю, что у меня тут своя комнатка имеется.

Внутри оказалось неожиданно просторно, стеллажи по стенам, часть полок пустует, но и добра при этом предостаточно, причем разложено оно с умом, не сваливали абы как.

Первой мыслью, каюсь, было переехать сюда жить. А что, смысл мне ютиться под навесом, когда в доступе такой шикарный подвал, где сухо и тихо, а на входе вдобавок сторожа? Поставить печурку, и живи, главной проблемой станет дырка в перекрытии под дымоход, остальное приложится. Вот на дырке я эту мысль и отмел, потому как это и будет дырка, и совсем никакое не отверстие. Склад пусть остается складом, лишние прорехи в собственном контуре, за такое я бы сам кому угодно руки поотрывал, да и сверху со временем пойдут квартиры, кто мне даст дымить соседям в пол. Зато своя комната для хранения, и на том спасибо.

Да и посмотреть здесь есть на что. Рога зубров аккуратно сложены вдоль стены, шкуры особых зверей стопкой, медведоедова, кстати, тоже тут, хотя ее я точно помню в других местах. Лосиные рога на месте, мотки волосянки, проводок мой. Вырисовывается занятный факт, похоже, все, что я из своей собственности оставляю где-либо без присмотра, рано или поздно переносится сюда, иных объяснений не вижу. Ага, а потом ищу хожу…

Выходит, и та горка в дальнем углу, к которой я в свое время бегал за рогом, была не общей кучей, а моим личным фондом, просто теперь ему выделили целую комнату. И ведь ничего в пользу деревни не отобрали, ни рога, ни шкурки.

Но главное ждало дальше, целый стеллаж оказался сплошь завален частями ос. Тут тебе и жопы с жалами, и жопы без жал, и оторванные головы, и тушки почти целиком. Отметил еще, что рядом с этим стеллажом руны консервации мерцают заметно ярче, чем возле тех же рогов. Оно и понятно, рога и так не портятся, а тут есть чему, рункам больше работы, потребление повышенное, отсюда и свет. Ну, как минимум звучит логично.

То, что у полосатых под панцирем, всякие их кишки, мне без надобности, надо будет Эдвину передать, пусть забирает. Что он с ними сделает, пожарит или бусы себе соберет, не знаю, каждый развлекается как может.

Тут явно стоило поковыряться, так что пристроил я лампу на полку и аккуратненько, чтобы не задеть ненароком жало, принялся ворошить свое хозяйство. Первой из горы выудил лапку, и очень кстати, экземпляр попался приличный, из крупных, Больд ее не до конца размолотил.

У основания, конечно, все в трещинах, но одно колено целое. Повертел так и эдак, внутри мяско, это дело можно выковырять, и без мяска она выйдет почти невесомой. По прочности тоже неплохо, попробовал уцелевшее колено на излом, и оно прошло проверку выше всяких похвал, даже не хрустнуло. Сустав к тому же до сих пор ходит, согнул, разогнул, ни скрипа тебе, ни люфта, у нас на стройке ворота с меньшей плавностью открываются. Постукал лапкой по полке, звук плотный, хоть в оркестр сдавай. Чем-то смахивает на крабью ножку, формой, в целом.

Сама тушка осы помассивнее, повертел и ее, старательно держа руки подальше от задней части. Взял одну оторванную жопу, заглянул внутрь, и правда кишочки. Мне они ни к чему, но тухлятиной не пахнет, и на том спасибо, работать с вонючкой было бы куда печальнее.

К голове я после такой разминки полез уже вальяжно, и зря. Потянулся, задел краем лапки морду, и жвала сомкнулись. Клацнуло так, что я замер и удивленно похлопал глазами, а когда рассмотрел, присвистнул. Сомкнулись они всерьез, с