Путь Строителя 14 - Алексей Ковтунов

Гвардеец ушел передавать, а лорд подошел к огромному столу у дальней стены, где лежала развернутая карта его земель, прижатая по углам камнями. Северан с кольцом стен, Кальва с притоками, дальше ниточки трактов и россыпь деревень, у каждой пометка углем. Несколько деревень перечеркнуто крест-накрест, и смотреть туда не хотелось, ведь по тем краем прошло особо жестокое племя.

Твари, что не щадят никого, и после них не уцелело ни одной постройки, ни одного погреба, судьбе тамошних людей не позавидуешь, уцелели только те, кто успел сбежать в первые же часы. Многие деревни отмечены фигурками, мол, вернуться можно, восстановление целесообразно, стены стоят, колодцы целы. Жилы шли племенами, широкой полосой, у каждого племени свой норов, и границы у беды получились рваными, кому-то повезло, кому-то нет.

Но среди всех этих пометок один объект выделялся ярче всех прочих. Порог, деревня на отшибе, у самого леса, соседи вокруг кто перечеркнут, кто едва дышит, а эта, судя по докладам, целехонька. Мало того, по тем же докладам она умудрилась за это время еще и прирасти, стенами, людьми и такими затеями, что у Кральда в письмах начинают спотыкаться формулировки. Есть те, кто выстоял высокой ценой, есть те, кто сидит в бедственном положении и ждет помощи, а есть вот это, и как это назвать, Рагдар пока не решил.

— Пиши приказ, — буркнул он, не оборачиваясь.

В углу кабинета ожил писарь, все это время тихо сидевший с пером наготове, зашуршал бумагами и придвинул чернильницу. Парню едва стукнуло двадцать, а пишет он лучше всех, кого Рагдар держал за эти годы, буквы кладет ровно и скоро, хоть указ ему диктуй, хоть письмо в столицу.

Волосы вот только у парня почти сплошь седые, и это в его-то возрасте. Рагдар значения такому не придавал, мало ли, но факт про себя отметил давно: седеют молодыми обычно на войне, насмотрелся, а этот ничего опаснее пера в руках не держал. Загадка, и не сказать, что лорд рвался ее разгадывать.

— Отряду егерей выдвинуться на север, — ровно продиктовал он. — Задача: пройти лесом настолько далеко, насколько возможно. В бой не вступать, себя не обнаруживать. Разведать обстановку, вернуться и доложить. Возвращение считать главной частью задачи. Сроки не ставлю, но загулявших взгрею лично. Последнее не пиши.

Перо дернулось, вымарало полстроки и побежало дальше. Егеря у него люди штучные, отряд невелик, зато каждый стоит десятка, бойцы сильные и живучие, каких поискать, звериные тропы читают как с листа, а для разведки лучше и не придумаешь, вот и настал их черед.

Одна беда, засидевшийся боец начинает искать подвиг, а подвигов там никому не надо, надо тихо дойти и так же тихо унести увиденное домой. Ничего, приказы понимать они умеют, за это он их и кормит. Пойдут через Порог, деревня стоит воротами в лес, дальше сами. Лес молчит, и пора наконец узнать, о чем.

Перо выскребло последние буквы, Рагдар придавил печать в теплый воск и передал бумагу посыльному, а мальчишку было слышно потом до третьей площадки, так он сыпал по ступеням. Молодость, ей и лестница нипочем.

Лорд повел взглядом по кипе бумаг в углу стола, и настроение, которое к похоронным новостям с севера отнеслось спокойно теперь ощутимо просело. Да, новости велят готовиться к плохому, возможно, к новому вызову, но и в тылу дела никуда не делись, здесь и сейчас тоже тяжело, и эта тяжесть, в отличие от северной, расписана по листочкам.

— Давай, что у тебя, — Рагдар подозвал жестом представителя канцелярии, который смирно ждал у стены со своей стопкой.

Сверху оказалась сводка по лагерю. Северан набит, очереди на раздачах по полдня, баб с детьми определяют под крыши первыми как и приказано, но все равно случаются задержки. Дармовая каша идет строго по счету, котлы считаны, черпаки записаны… Ниже доклад о драке за место в очереди, двое сцепились, а третий, как выяснилось, за медяк придерживал места желающим и вел очереди счет. Прочитал лорд это без особого внимания, не новость уже, и не последняя.

— Зачинщикам по пять плетей обоим, — распорядился он. — Счетовода туда же, и медяки его в котел. Развели торговлю воздухом.

— Слушаюсь, — канцеляр черкнул на полях. — Дальше по лагерю, мой лорд… Люди маются без дела, участились кражи по мелочи, у костров брожение…

— Загрузить работой, — отрезал Рагдар. — Сидячий мужик дуреет, занятой не успевает.

— Но, мой лорд, казна пустеет, — канцеляр замялся. — Да и какую работу им сейчас подобрать? Мастерские по вашему приказу и так загружены, кузни день и ночь куют инструмент, и мастера уже начинают роптать, что из-за казенного заказа они не могут заработать…

— Я спущусь в город, и посмотрим, как они роптать начнут, — глухо пробасил лорд.

В груди сама собой качнулась вверх волна Основы, столешница под его ладонью скрипнула, а у писаря в углу поехала по доске чернильница, и тот молча прижал ее локтем вместе с листами. Рагдар постоял, выдохнул и осадил бурю обратно, дело для него не новое, хоть и муторное. Наглых торгашей и всех, кто греет руки на чужой беде, он не любит еще крепче, и с годами эта нелюбовь только настаивается.

— Сейчас не время для заработка, — продолжил он ровнее. — Пусть стража доходчиво донесет эту мысль до каждой мастерской. Кто со слов не поймет, тому растолкуют в холодной, там сговорчивость отрастает быстро. Дальше пиши указ. Коллегии строителей города принять на себя восстановление деревень.

Он подошел к карте и ткнул пальцем в три деревни по очереди.

— Вот здесь, здесь и здесь к зиме должны стоять жилища. По докладам разрушения там не критичные, стены есть, крыш нет. Людей пора расселять обратно. Работать будут сами, под началом мастеров коллегии, нечего им в лагере киснуть.

— Но господин, казна… — канцеляр прижал стопку к груди, как щит.

— Выделить из резервов, по минимальной ставке, — кивнул лорд. — Это их дома, пусть сами и восстанавливают, мастерам платим, работягам паек. Провизией на дорогу обеспечить, обязательный налог на этот год урезать вполовину, пусть обживаются. По сожженным подворьям списать вовсе, там брать нечего и не с кого.

Канцеляр строчил, поджав губы, и по губам этим читалась вся скорбь казначейства. Рагдар и сам все понимал не хуже, в казне дыра, денег в его землях стало заметно меньше, и считать приходится не то что каждый золотой, серебряки и те наперечет. Край богатый, лес рядом и кормит, и одевает, да только беспокойный, и все