Остаться в контакте с подростком. Путь от конфликта к спокойствию - Ишай Бусси

о том, как его выбор влияет на маму. Это дало ему возможность быть уязвимым, а не замыкаться в себе или защищаться. И наконец, были внесены конкретные и практические изменения, способствующие росту и развитию Бена. Подобных разговоров у них будет еще много. По мере того как каждому из них будет проще заниматься устойчивостью, восстановлением отношений и выводами (три ключевых правила ответственности), польза для них обоих, и особенно для Бена, будет огромной, и он это поймет.

Заключение: будьте их проводником

Жизненное путешествие родителей подростков во многом напоминает сплав по бурной реке. Однажды мы с Мэрайей сплавлялись по реке Уайт-Салмон на юге штата Вашингтон. Кульминацией этого четырехчасового приключения стал водопад высотой почти четыре метра, известный как водопад Хусум. Это один из крупнейших коммерческих рафтинговых спусков в США. Падение было настолько опасным, что, прежде чем погрузиться на рафты, нас всех усадили в автобус и отвезли к мосту наверху, чтобы мы внимательно посмотрели вниз на водопад, прежде чем подписать информированное согласие. В форме согласия было указано буквально следующее: «Обещаю не подавать на вас в суд, если погибну, спускаясь по этому водопаду, потому что вы меня предупреждали».

Мы сплавлялись по ущелью, берега которого поросли густым лесом, и нас окружала прекрасная природа. Мы наладили контакт с товарищами по лодке, среди которых были и другие родители, а также двое подростков, брат и сестра. Наш гид, Дэн, обладал даром излучать уверенность, не выглядя при этом высокомерным.

Как бы я ни наслаждался сплавом, я все равно чувствовал беспокойство по поводу водопада. Если вы еще не поняли, я не из тех, кто гонится за адреналином, так что для меня это был огромный шаг. Когда мы подошли ближе, я обратился за поддержкой к Дэну. Я полушутя попросил его дать нам гарантии, что мы не умрем. Он ответил, что не может этого гарантировать, но вероятность того, что произойдет что-то плохое, крайне мала. Это профессиональное заверение мне не помогло. Он дал нам указание, что, если лодка перевернется и мы упадем в реку, свернуться в клубок и ждать, пока мы не всплывем на поверхность. Если метаться, паниковать и судорожно колошматить руками под водой, вы погрузитесь еще глубже. Поэтому я сделал мысленную пометку не паниковать, если окажусь в ситуации, когда могу утонуть. Принято. Никаких проблем.

Настал момент истины. В тридцати метрах от водопада было место, где можно было остановиться и выпустить тех, кто предпочел бы обойти водопад. Мы с Мэрайей посмотрели друг на друга, обдумывая варианты. Отчасти мне хотелось, чтобы она попросила меня сойти на берег, чтобы у меня появился предлог последовать за ней и «поддержать» ее. Мы прибились к берегу, и подростки вышли из рафта. Я не собирался быть единственным взрослым, который бы выполз на берег. Так что мы отправились дальше. Гид подавал сигналы, чтобы мы знали, как сидеть в рафте и когда нужно взяться за весла. Он сказал, что это два решающих момента. Я почувствовал, что моя жизнь висит на волоске. Посмотрел на Мэрайю, изобразив на лице оптимизм, чтобы скрыть страх.

Мы спустились в водопад и приземлились вертикально. Никто не выпал. Я был бесконечно счастлив, но в первую очередь испытал огромное облегчение. Мы все зааплодировали, поздравляя друг друга.

Путь воспитания подростков во многом похож на тот сплав. Как бы нам ни хотелось контролировать результат, присущая подростковому возрасту неопределенность одновременно и захватывает, и пугает. Это прекрасно, и мы на это надеялись до тех пор, пока все не оказалось совсем не так, как мы ожидали. Мы часто тратим слишком много времени, беспокоясь о конечном результате, вместо того чтобы наслаждаться красотой, которая находится перед нашим носом. Если будем метаться и паниковать, то, скорее всего, нас затянет еще глубже. Когда мы начинаем тонуть, сохранять спокойствие и выдержку – вот путь к возвращению на поверхность.

Грандиозный строительный проект, происходящий в ПФК подростка, в сочетании с его часто активированной нервной системой делает поведение ребенка крайне непоследовательным. То бурные воды, то опасные пороги, то тихая и спокойная гладь. Задача родителей – сделать так, чтобы они никогда не чувствовали себя одинокими в этой лодке. Подобно гиду-проводнику на реке, мы должны демонстрировать подросткам уверенность и надежность, даже если сами этого не чувствуем. Создание и поддержание позитивной связи – наша важнейшая обязанность. Достичь этого можно, постоянно практикуя игривость, принятие, любопытство и эмпатию. С этого момента наша работа заключается в том, чтобы способствовать установлению связей и здоровых отношений с другими членами команды – сверстниками и другими взрослыми в сообществе. Наконец, должны быть ожидания и ответственность. Наш сплав на рафте принес всем удовольствие исключительно в контексте четких и последовательных ожиданий и договоренностей, которые был в состоянии выполнить каждый участник. Мы все несли ответственность за себя, и нам даже предоставили возможность отказаться от участия, если мы чувствовали, что не готовы или не в силах оправдать ожидания.

Воспитывая подростков, мы, порой, чувствуем себя так, будто они, неподготовленные, несутся к четырехметровому водопаду. Чтобы через это пройти, мы должны верить в себя, а также в поддержку и сообщество других людей. Что бы мы ни делали как родители, сколько бы мы ни учились, сколько бы ни отдавали себя – гарантий не будет никогда.

В конечном счете, наши дети отправляются в собственное путешествие по извилистой реке с порогами разной сложности, и ни один из них мы не в силах контролировать. Но, предложив им связь, сообщество, ожидания и ответственность, мы можем быть уверены, что они не только справятся с испытаниями, но и будут процветать. Если падения с четырехметровой высоты еще не начались, они вот-вот начнутся. Но ваш подросток с ними справится, потому что у него есть вы, его проводник.

Эпилог: заключительная глава о молодости

Я нередко слышу от бывших клиентов, что они хотят вернуться в терапию, чтобы доработать или справиться с новым шквалом проблем. Несколько лет назад я получил одно такое электронное письмо от Бена. Он написал: «Привет, Ишай! Не знаю, помнишь ли ты меня, но ты работал со мной и моей мамой, когда я учился в старшей школе. Сейчас мне 21, и у меня все хорошо, но мне хотелось бы снова у тебя побывать».

Быть психотерапевтом – странная работа, потому что, как правило, отсутствие новостей – это хорошие новости. Клиенты обычно не возвращаются, чтобы поздороваться и рассказать о