Омский альманах. Книга вторая - Виктор Григорьевич Утков

подступиться. Метеориты приходят к нам из мирового пространства, и те из них, которые летели в тени Земли, несут в себе чрезвычайный холод безвоздушных областей, где они свершали свой путь. В итоге стремительного полета метеорита через атмосферу Земли нагреваются лишь его наружные части, но внутренность космического тела имеет отрицательную температуру. Обычно метеориты поднимают слегка теплыми или холодными, так как за время своего падения на Землю от точки задержки они успевают достаточно охладиться с поверхности. Небольшие железные метеориты в силу своей хорошей теплопроводности могут прогреваться сильнее и глубже, чем каменные. И все же неизвестно ни одного случая, когда упавший метеорит что-либо зажег, хотя они падали в сухую траву степей, на деревянные крыши, в солому.

Впечатления Ольги и ее дяди надо объяснить, как внушенные рассказами добросовестно заблуждавшихся крестьян, раньше их прибывших к камню. Приведем здесь несколько строк из статьи О. О. Баклунда, описавшего знаменитый Богуславский метеорит из Дальне-Восточного края (18 октября 1916 г.).

„Насколько укоренилось убеждение, что падающие с неба тела раскалены, видно из показаний относительно метеорита Богуславки: местные жители упорно утверждали, что выпала масса в 8000 пудов, что она „лежит, огнем дышит, близко нельзя подойти“.

(„Природа“, 1917 г., № 2).

Но известно, что вес двух масс Богуславки равен 15 пуд. 27 фунт. (257 кг), а подмятая метеоритом дерновина нисколько не была обуглена.

Таким образом, О. Хохлова, говоря „к камню нельзя было подступиться из-за жару“, повторяла только слова, сказанные другими заблуждавшимися свидетелями, — слова взрослых людей, которые она, неопытный тогда подросток, принимала полную веру. Но, по свойственной ее возрасту наблюдательности, она подметила, что трава вокруг метеорита не обгорела, но увяла, и откровенно сказала об этом.

Перейдем к размерам метеорита. О чем они могут свидетельствовать? Разумеется, нельзя ожидать абсолютной точности в определении размеров камня на-глаз. Может быть, Ольга допустила некоторое невольное преувеличение. С другой стороны, мы не знаем, на сколько углубился в почву один бок камня. Видно только, что размеры тела были необычно велики. А теория и практика согласно говорят о том, что каменный метеорит подобных размеров не мог бы целым достичь земной поверхности. Он неминуемо подвергся бы в атмосфере дроблению на более мелкие части и выпал бы на землю, как говорят, каменным дождем, — отдельными, разобщенными кусками. Это бывает очень часто. Поэтому мы не знаем каменных метеоритов весом более полутонны.

Отсюда вывод, что метеорит из Большереченского района принадлежал к группе железных, которые не так легко поддаются дроблению в воздухе[1]. И нам известны железные метеориты с массой до 30-ти тонн и даже более. Теперь становится понятным и описание Ольгой цвета поверхности метеорита: он был, по ее словам, „темный“, „темно-серый“, а не черный, какой обычно бывает кора каменных метеоритов.

Но отчего, в самом деле, увяла трава вокруг метеорита? Сохранил ли он на своей поверхности настолько высокую температуру, чтобы подсушить ближайшую к нему растительность, или последняя погибла от другой причины? Я склонен думать, что траву прихватило морозом — только не земным.

Такой большой кусок железа не мог глубоко прогреться за несколько секунд пробега его через атмосферу. А вступил он в нее с температурой порядка около 200 градусов ниже нуля. Понятно, что вскоре после падения глыба с выравнявшейся по всему объему температурой была страшно холодна. Аналогичные примеры имеются. Каменный метеорит Кенгук, упавший в Индии 2 декабря 1857 года, был даже весьма теплым с поверхности, но когда его раскололи, то пальцы людей, прикасавшихся к излому, коченели и немели как от жестокого мороза; люди испытывали так называемый холодный ожог. Бывало, что влажная земля вокруг некоторых метеоритов, выпадавших в жарких странах, становилась оледеневшей. Повидимому, подобное произошло и в нашем случае. Холод, излучавшийся крупным метеоритом, вызвал увядание травы, росшей поблизости. Кто знает, может быть, первые увидевшие его испытывали от прикосновения к нему холодный ожог, а потом разнесли слух, что камень „жжется“.

Итак, Ольга видела редкий железный метеорит, обладавший весьма большой массой, — примерно, до шести тонн. Спрашивается, почему же такая тяжелая глыба целиком не ушла в землю, а углубилась в нее только частично? В данном случае может быть лишь один ответ. Точка задержки метеорита пришлась весьма низко над поверхностью земли (вероятно, в тропосфере); в силу этого он не мог приобрести в последней стадии своего пути такой степени скорости, чтобы преодолеть сопротивление почвы. Бывало, что небольшие железные метеориты уходили в плотный грунт на 1—2 метра, с другой стороны, колоссальный метеорит Гоба (Южная Африка), с первоначальным весом около 90 тонн (почти в 5½ тысяч пудов), только едва углубился в мягкую известковую породу.

„Камень“, по словам Ольги, напоминал формою лодку; значит, он обладал в некоторой части бросающейся в глаза выпуклостью. Это свидетельствует о том, что данный метеорит, как и всякий другой, подвергся во время своего полета в земной атмосфере обтачивающему действию воздуха. В результате подобного воздействия получаются иногда конические, грушевидные, блюдообразные и т. п. формы, встречающиеся как раз более часто у железных метеоритов. Вспомним хотя бы упавший в Риме при Нуме Помпилии метеорит, который имел форму щита. А метеорит „Репеев хутор“, выпавший 6 августа 1933 г. в Сталинградской области, представляет собой как бы копию головки 6-дюймового артиллерийского снаряда.

Мы уже убедились, что показания нашей свидетельницы не только правдивы, но и дают возможность сделать из них ряд важных для следствия выводов.

„Но позвольте! — воскликнет иной не в меру строгий читатель. — Разве допустимо, чтобы на пришедшем из неведомых пространств космоса куске железа было что-то написано? К тому же вы только что указывали на обтачивающее действие атмосферы. Надпись на метеорите — чистая фантазия вашей Ольги, которая дискредитирует и все остальные ее показания“.

Но разрешите мне настаивать на том, что „надпись“ на метеорите была и что упоминание о ней О. Хохловой — одно из самых убедительных доказательств достоверности ее рассказа. Обратимся за справками к истории.

В древней китайской летописи записано следующее событие, относящееся к 211 году до нашей эры. В последний год правления деспотического императора Чи Гоанг-Ти (по повелению которого были сожжены все книги) в окрестностях гор. Тонкинга упала на землю звезда, превратившаяся в камень. На камне была усмотрена надпись, будто бы гласившая: „Чи Гоанг-Ти скоро умрет и его царство после того распадется на части“. Император велел произвести строжайший розыск, и, когда не могли найти виновника этого толкования, приказал умертвить всех жителей той местности, а самый камень уничтожить.

А вот другой случай, записанный Оберборном и вошедший в его книгу, напечатанную во Франкфурте в 1600 году (привожу рассказ в сокращенном виде). В царствование