Город, которого нет. Припять – путешествие в зону отчуждения - Артур Саримович Шигапов

были вхожи во все чернобыльские кабинеты и могли разрешать нестандартные запросы сталкеров, в частности, на поездки по неизбитым маршрутам. Чаще всего стандартная однодневная поездка оценивалась в 500 $, но при усложнении программы эта сумма сильно возрастала. Дело в том, что официально разрешенным безопасным маршрутом долгое время считалась связка «Чернобыль – ЧАЭС – Припять», и любое отступление вызывало необходимость (чаще всего надуманную) приглашения дозиметриста.

Индивидуальные поездки обычно пользуются спросом среди профессиональных фотографов, корреспондентов, телевизионщиков и просто состоятельных путешественников. Большинство из них выбирает исключительно проторенные дороги, след в след групповым экскурсиям. Но есть и те, кто хочет заглянуть чуть дальше смотровой площадки и припятского Дворца культуры. Невзирая на существенные ограничения свободы передвижений, пытливые умы придумывают новые тематические маршруты различной насыщенности и продолжительности. При условии развития туризма в Зоне после окончания военных действий за такими поездками будущее.

Предлагаемый маршрут по памятникам в Зоне – попытка посвятить очередную поездку не бессистемному фотографированию сотого по счету пустого дома или забытого кем-то ботинка, а углубленному изучению одного из слоев сложного пирога под названием «история Чернобыля».

Десятка памятников и памятных мест, наиболее интересных для посещения:

1. Памятник пожарным в Чернобыле.

2. Обелиск вертолетному экипажу, погибшему при засыпке реактора, вертолетная площадка в г. Чернобыле.

3. Памятник Неизвестному солдату в селе Толстый Лес (Товстый Лис – укр.).

4. Мемориальный крест в Припяти.

5. Памятник партизанской связной, г. Чернобыль.

6. Памятник Быку в селе Куповатое.

7. Мемориал славы в Старых Шепеличах.

8. Памятник Неизвестному солдату в Чистогаловке.

9. Расстрелянный бюст Ленина в селе Толстый Лес (Товстый Лис).

10. Кладбища брошенной техники в Буряковке и Рассохе.

В этом списке как хорошо известные памятники, что у всех на виду, так и скрытые, чья судьба может оборваться в любой день. А скорее всего, уже оборвалась, учитывая время, естественные разрушения и бесконечные нападки вандалов, для которых не существуют лень и труднодоступные места. Есть еще и официальные утилизаторы металла, уничтожившие памятники из пункта № 10. Поэтому следующее письмо скорее само как памятник тому времени, из благодатных лет, когда еще можно было выехать рано утром и успеть найти их всех, увидеть, вспомнить и прикоснуться.

Письмо № 3. «Помяните памятник…»

Они как люди. Со своим возрастом, местом прописки, судьбой. Иные даже по достижении преклонного возраста свежи и ухоженны, другие почернели и рассыпаются, забытые всем миром.

Памятников в Зоне много. Большинство из них посвящено давно минувшей Великой Отечественной. Этот район Полесья стал местом ожесточенных боев в 1941 и 1943 годах. Во многих деревнях местные умельцы возвели небольшие монументы погибшим солдатам и односельчанам. Однако есть и совсем свежие, посвященные другой войне – атомной. У нее, необъявленной, есть свои герои, свои жертвы, свои беженцы, свое горе, а значит и своя память.

«Все монументы, расположенные в Зоне отчуждения, содержатся в надлежащем состоянии и ухожены», – привычно рапортует администрация Зоны. Реальность, однако, не всегда соответствует бодрым заявлениям. Кроме десятков «благополучных» монументов, счастливо расположенных вдоль проторенных гостевых маршрутов, есть и превеликое множество их заброшенных коллег, зарастающих кустарником, рассыпающихся и страдающих от действий вандалов.

Так с чего же начать? Начните с самого главного.

Упоминавшийся ранее монумент героям-пожарным у чернобыльской ВПЧ-2 навсегда останется номером один в списке памятников жертвам аварии. Он отличается совершенно невероятной энергетикой – кажется, что каменные огнеборцы вот-вот покинут постамент, прыгнут в машину и вновь помчатся на свое последнее задание. Просто невероятно, каким образом их коллегам удалось воздвигнуть композицию такой силы и художественного исполнения на свои мизерные зарплаты – ведь им никто так и не помог.

Склоните голову, положите цветы, поставьте мысленно себя на место молодых ребят и ответьте честно: «Смог бы я? Не струсил бы?» Ох, неоднозначен этот ответ…

Тот же вопрос ждет своей очереди у скромного обелиска, окруженного несколькими деревцами, на вертолетной площадке в Чернобыле. Он посвящен экипажу вертолета, разбившегося 2 октября 1986 года у 4-го блока при выполнении дезактивации.

В тот день ликвидаторы праздновали возведение основной стены саркофага. Во время митинга над реактором появились крылатые машины, сбрасывавшие специальную жидкость. Борт «Чаша-2» зацепился винтом за крановый трос и рухнул в трех метрах от машзала. Вертолетчиков ослепило солнце, и они не заметили опасности.

Командир экипажа Владимир Воробьев прошел войну в Афганистане. Однажды его вертолет сбили, и он остался единственным, кто смог выжить. Бортмеханик Леонид Христич тоже воевал в этой стране, не раз висел на волоске от смерти, и за героизм был награжден орденом Красной Звезды. Их больше нет – Чернобыль для героев-«афганцев» оказался роковым.

А штурман Александр Юнгкинд, напротив, оказался здесь исключительно по состоянию здоровья – он просился воевать в Афган, но не прошел медкомиссию. Поэтому как появилась возможность проверить себя в реальном деле, сразу же вызвался работать в Чернобыле.

26-летний авиамеханик Николай Ганжук вообще не должен был находиться на борту, но решил помочь товарищам. Судьба свела вместе четырех настоящих мужчин, не знавших страха, и оставила их навечно вместе. Через четыре месяца после катастрофы у жены Александра Юнгкинда родился сын. Информация о падении долго оставалась засекреченной.

Но история Чернобыля не только в героях атомной войны. Есть в городе очень необычный памятник хрупкой босоногой девушке с длинными волосами, заплетенными в косу. Среди множества местных мемориальных самоделок она выделяется высокой анатомической точностью и даже неким изяществом, что никак не соответствует предыстории.

Ранее памятник стоял в селе Ладыжичи и был посвящен местной героине-партизанке Паше Осидач, казненной немцами в 1943 году. Толстая коса не случайна – в нее юная связная заплетала донесения и относила их в брагинский отряд. Там же ее и схватили. Партизанку долго пытали, но, не добившись признаний, закопали живьем в землю. После аварии трогательный памятник из выселенной деревни перенесли во двор бывшей чернобыльской школы № 2, где сейчас разместилась строительная контора. Но даже на новом месте в ее руках появляются свежие цветы.

Езжайте дальше, в Припять. Помолитесь о тех, кого уже нет, и тех, кто жив, но оторван волей судьбы от родных мест. Лучшего места, чем площадь у ДК «Энергетик», не найти. 25 апреля 2009 года, в 23-ю годовщину трагедии, активисты организации «Припять. ком» и Свято-Ильинская церковь г. Чернобыля установили и освятили деревянный крест-оберег. В его основание легли та самая «звезда Полынь» и апокалиптическое пророчество: «И упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод»…

Торопитесь. Не хотелось бы стать еще одним грустным