Возвращение наследника - Валерия Веденеева

Я торопливо обернулся, но за спиной никого не было, и на потолке тоже не оказалось ничего, кроме симпатичных белых гипсовых финтифлюшек, полностью лишенных магии.

— Как… Как выросла твоя тень… — растерянно проговорил Бинжи, все еще глядя в потолок.

Тень?

Я снова обернулся. День стоял солнечный, окно в палате Бинжи было только одно, прямо передо мной — так что моя тень, как ей и положено, лежала у меня за спиной. Вот только лежала на полу, а не поднималась в потолок. И размер у нее был для середины дня самый обычный.

— В каком смысле — выросла? — спросил я.

Бинжи опустил на меня взгляд и растерянно заморгал. Потом заметно смутился — и неожиданно протянул мне бумажный кулек с орехами.

— Вкусные. Жареные, с солью. Угощайся, — проговорил он тоном, который буквально кричал: «Да, я что-то скрываю и потому пытаюсь перевести разговор на другое!»

С лицедейством у Бинжи было так себе.

Я подошел и сел на стул, предназначенный для посетителей. Орехи не взял — даже мысли о еде все еще вызывали отвращение, не говоря уже о попытке на самом деле что-то съесть.

— Что за тень ты увидел? Почему она выросла?

Вместо ответа Бинжи торопливо высыпал себе на ладонь целую горсть отвергнутых мною орехов, тут же запихал их в рот и захрустел. Щеки у него раздулись, будто у запасливого хомяка.

Я вздохнул.

— Эх ты! Ладно. Не хочешь, не говори.

Жевал Бинжи намеренно долго. Наконец проглотил все и выпалил:

— У меня эти — галлюцинации! — и на мой недоверчивый взгляд торопливо добавил: — Сестры, которые меня лечат, предупредили, что после магии берингаров могут быть разные последствия, в том числе звуковые и визуальные фантомы! — последние три слова прозвучали явной цитатой.

Не удержавшись, я потрепал его по голове.

— Как скажешь.

В наличии фантомов я сильно сомневался, но, в конце концов, было бы неблагодарностью давить на того, кто не так давно вытащил мою душу с того света.

— Не надоело тебе везде со мной мотаться? — спросил я. — Опасно это, сам видишь.

— Не надоело, — ответил он абсолютно серьезно. — Кто еще будет защищать тебя от неприятностей?

Потом его лицо помрачнело.

— Жаль, что я не смог помочь тебе с этой мерзкой Падальщицей.

Хм?

— Откуда ты про нее знаешь?

Бинжи заморгал вновь.

— Ну… Мне Сестры сказали!

— Они все дали клятву молчать, — пояснил я со вздохом. — Такую клятву, за нарушение которой следует смерть. Так откуда на самом деле ты знаешь про Падальщицу?

На мгновение мне показалось, что Бинжи притворится, будто ничего не говорил, или выдаст еще более наивную отговорку. Однако нет. Он смешно наморщил нос, несколько секунд помолчал, но потом все же ответил:

— Я увидел ее, когда лежал в коме.

— Видел мое сражение с ней? — уточнил я недоверчиво.

— Не, — он с сожалением мотнул головой. — Сражение я не видел. Увидел только ее тень, нависшую над этой крепостью, и услышал ее имя. А потом увидел, как ее тень растаяла.

— Хм… Ее тень растаяла, а моя тень выросла, так? — вырвалось у меня.

Но этот вопрос Бинжи проигнорировал, лишь торопливо высыпал в рот вторую порцию орехов и снова принялся жевать.

* * *

Дорога до столицы прошла без приключений. До Собрания Старших кланов оставалось еще два дня, так что действительно можно было отдохнуть.

В нашей комнате в дормиториях, куда мы с Бинжи заглянули первым делом, оказалось пусто, а на столе обнаружилось пространное письмо, оставленное для нас Кастианом.

Сразу после экзаменов, едва начались зимние каникулы, он перебрался в особняк, арендованный Аманой. И так ему там понравилось, что он решил не съезжать до тех пор, пока Амана его не выгонит — или пока не закончится оплаченное ею время аренды. Тем более что Амана оставила нам возможность не только жить в особняке, но и командовать там прислугой и охраной, а также пользоваться арендованной каретой — в ней Кастиан теперь торжественно прикатывал каждый день к воротам Академии.

Дочитав до этого момента, я невольно рассмеялся.

Бедняга Кастиан! Как он, должно быть, скучал по всем атрибутам своей прежней дворцовой жизни. Это мне ладно — никакой былой роскоши я не помнил, меня устраивала и комната на троих в дормиториях, с общими купальнями в подвале; а вот бывший принц наверняка страдал.

— Значит, мы тоже будем жить в доме Дасан? — с энтузиазмом спросил Бинжи. — Там кормят лучше, чем у нас в столовой!

— Ага, будем, — согласился я, все еще улыбаясь. Да, у каждого свои приоритеты.

Кстати, насчет «кормят» — а ведь впервые за почти неделю упоминание пищи вызвало у меня, вместо отвращения, легкий интерес. Похоже, что я, наконец-то, закончил «переваривать» нити демонических душ и был готов вернуться к обычной человеческой еде.

* * *

Кастиана в имении Дасан не оказалось. «Молодой господин ушёл на празднование чьих-то именин», неуверенно объяснили слуги. Ну, тоже дело хорошее. А я, впервые за шесть дней поужинав, решил лечь спать пораньше — было у меня подозрение, что полноценно отдыхать оставшиеся до Собрания дни все же не получится.

Подозрение подтвердилось на следующий день — я еще не успел позавтракать, когда из Обители прибыл гонец с приглашением посетить да-вира когда мне будет угодно, но желательно не откладывая это дело надолго.

Мне вспомнилось, что я все еще не рассказал Кастиану о своем настоящем происхождении и планировал сделать это сегодня. Ну да ладно, можно было перенести беседу на вечер.

— Таллис снова уехал, — сказал Теаган после того, как я вошел в его кабинет, и он привычно активировал руны от подслушивания. — Наставник вернулся в Обитель всего за пару дней до нас и опять отправился куда-то как раз накануне нашего возвращения. И никому ничего не объяснил.

В голосе Теагана отчетливо слышалось недоумение.

— Какая-то новая тайная интрига? — предположил я.

Теаган развел руками.

— Вероятно… Зато дядя в столице, и мы успели побеседовать еще вчера. Я рассказал ему про Диуса, и он предложил, чтобы за оставшиеся до Собрания дни ты проверил на воздействие Великого Древнего всех его командоров — как в столице, так и в фортах, в окрестностях. Фортов тут всего два, один в десяти милях к