Возвращение наследника - Валерия Веденеева

Взгляд Теагана стал напряженным — обмениваться мыслями мы все же не умели и сейчас он изо всех сил пытался уловить смысл моей пантомимы. Вот моргнул и, кажется, понял. Коротко кивнул и развернулся к Таллису.

— Наставник, прекрати! Рейн — посланник Пресветлой Хеймы! Убери силу!

Давление на меня слегка ослабло, но недостаточно, чтобы позволить мне нормально говорить или двигаться.

— Посланник? Он⁈ — недоверчиво повторил Таллис. Потом хохотнул. — Не знал, что мой да-вир настолько легковерен! Или это шутка? Если да, то шутить ты научился невовремя! Помолчи-ка лучше, раз все равно ничего толкового сказать не можешь, — и взмахом руки заключил Теагана в тонкий мерцающий купол. Когда губы Теагана вновь зашевелились, до меня не донеслось ни звука. Похоже, то был своеобразный звуковой щит — и одновременно клетка: когда Теаган попытался за его пределы выйти, купол не позволил. Активированное кольцо самого Теагана — а камень в нем вспыхнул ярко — тоже не помогло.

И что теперь?

Вариантов я видел два.

Первый — призвать магию, устроить сражение с верховным иерархом и, победив, заставить его меня выслушать. Тут, конечно, было два больших «если» — удастся ли победить и пробьюсь ли через упрямство Таллиса.

Второй — назвать известных мне заговорщиков и описать внешность остальных.

И что тогда?

Если отвечу, то Таллис, судя по его поведению, набросит на меня такой же купол, как на Теагана, а сам пойдет упомянутых магистров убивать. Во взгляде верховного вспыхнула знакомая мне жажда крови — как тогда, от воздействия одержимого. Только сейчас жажда была его собственной.

Пожалуй, учитывая долговременные последствия для Церкви, схватка была меньшим из зол.

Я потянулся к своему магическому резерву — и остановился. Магия Таллиса не только связала мне язык — она вдобавок перекрыла доступ к магии.

Похоже, я невольно обнаружил еще одну тайную способность верховного иерарха.

Так, ладно. Обычная магия отпадала. А как насчет моих невидимых конечностей?

И… опять ничего. Таллис перекрыл доступ и к ним тоже.

Я мысленно скользнул ниже своего резерва — туда, где плескались воды разумного черного океана. К нему путь оставался открыт, и я ощущал, что его мертвая вода уничтожит Таллиса так же, как любого обычного человека.

Нет, я не собирался начинать свою официальную деятельность посланника богини с убийства ее же верховного иерарха!

Я сдвинул зрение, чтобы видеть в слоях этера — эта способность у меня сохранилась — и заметил, что комнату куда плотнее обычного заполняли золотистые искры благословения. Все они подпрыгивали и возмущенно лопотали. Похоже, им происходящее тоже не нравилось, но как-то заступить Таллису дорогу или освободить меня они не пытались.

Может, это бы изменилось, если бы я их позвал, но магия Таллиса все так же не давала мне говорить ничего «лишнего».

Тогда, у сектантов, я смог освободиться благодаря ярости — наследию Энхард — но сейчас ярости я не ощущал, только сильное недовольство и тревогу. И, к сожалению, я понятия не имел, как вызвать ярость искусственно — и возможно ли это в принципе.

И что делать?

— Раз не знаешь имен заговорщиков, подробно опиши их внешность, — между тем приказал Таллис, и его магия надавила сильнее.

Я скрипнул зубами, чувствуя, как моя воля начинает поддаваться.

Волнение золотистых искр усилилось — а потом среди них возник человеческий силуэт. Сперва мне показалось, что сами искры приняли такую форму, но нет, мгновение спустя я осознал, что силуэт принадлежит призраку девушки — тому самому древнему магистру двоякодышащих тергенов. Ее душа, как и души ее товарищей, все еще были ко мне привязаны — в терпеливом ожидании момента, когда я, наконец, доберусь до моря и они смогут вернуться на родину.

Магистр посмотрела на меня, на Таллиса, на искры.

— Вам помочь? — спросила она вежливо, на что я смог лишь кивнуть.

— Тогда вы не будете возражать, если я позаимствую вашу силу? — задала она второй вопрос, и я снова кивнул.

— Рейн, отвечай мне! — потребовал Таллис.

Магистр подняла руки и начала быстро выплетать что-то в воздухе. Ее движения нисколько не походили на отрисовку привычных рун, но эффект оказался немедленным — вся масса золотистых искр, хором пропев что-то вроде «да-да, мы поняли!», взлетела в воздух и образовала вокруг меня подобие барьера. И едва это случилось, я осознал, что давление магии Таллиса полностью пропало.

Таллис осознал это тоже — и немедленно по барьеру ударил.

Золотистые искры возмущенно взвизгнули, и барьер на мгновение разошелся, будто расколотый невидимым мечом. Но трещина тут же срослась.

Я вытянул из своего резерва столько магии, сколько смог захватить за раз, и усилил барьер со своей стороны.

Может, получится достучаться до Таллиса обычным разговором, не разнося тут все в клочья?

— Не хотите узнать, дядюшка, почему иерархи убили Теагана? — спросил я.

Родственное обращение, как и в прошлый раз, с одержимым, выбило Таллиса из колеи. Он вздрогнул и уставился на меня непонимающе, и даже сияние камня чуть уменьшилось. Потом до него дошла остальная часть моего вопроса.

— Нет! — сказал он резко. — Меня не интересует, какую причину они себе выдумали!

— А если не выдумали? Если причина реальна? Не верите мне — спросите самого Теагана.

Будь у меня выбор, я бы никому о том варианте будущего не рассказывал. Я прекрасно помнил уверенность Теагана, что если о моем видении станет известно, суда и приговора ему не избежать. Но, судя по тому, как вел себя Таллис, я был почти уверен: за несвершившееся будущее винить своего да-вира он не станет.

Во взгляде Таллиса на мгновение полыхнула злость, но он все же махнул рукой в ту сторону, где стоял Теаган, и держащая того магическая клетка исчезла.

— Иди сюда, наследник, и рассказывай, — велел он.

Теаган подошел. Человек, плохо его знающий, решил бы, что он спокоен, но я разглядел трещины в его привычной маске. Да, от всего происходящего Теагану было сильно не по себе.

— У иерархов были обоснованные причины меня убить, — произнес он ровным тоном, хотя я заметил, как судорожно он при этом сжал в пальцах края рукавов своей мантии. — В будущем, которое Рейн увидел, я воссоздал Инквизицию с целью уничтожить потомков демонов, а также еретиков и пособников шибинов. Но… сопротивление оказалось слишком велико. Кланы закрылись в своих землях, полукровки бежали на Темный Юг и усилили его армию. В Церкви