Маскарад - Ирена Мадир

Секс был для меня грязью, и как только я смог не заниматься им, я перестал. И выбрал для себя Музу, почти неземное создание, о соитии с которым даже думать было неприятно. Мне хватило бы объятий и поцелуев, но… Дикарка… Она сама скверна, горький токсин, разъедающий мою суть… Она заражает меня. Нет, Юна и есть болезнь!

Кто же знал, что болеть окажется так приятно…

Какой стыд! Как низко я пал, раз позволил ей так далеко зайти! И боюсь, если бы мне как прошлый раз пришлось просить её продолжать, я бы умолял не останавливаться… Может, даже сам встал на колени…

– Блять! – снова ругаюсь я, ёрзая на стуле. Ширинка подозрительно натягивается, а ксены шевелятся под тканью. – Не думай о таком! Гадость! Дикарка – грязь, низшее существо! Ты и так выполнил договор, этого достаточно!

Но этого не достаточно. Почему? Я не понимаю… Нет, это ложь! Конечно, я понимаю! Ясно, что могло вызвать такую реакцию, но не хочется даже предполагать, иначе…

Нужно просто сосредоточиться на собственном выборе. На прекраснейшей Музе, тонкой, изящной и грациозной, а не на мясистой Дикарке с пухлыми бёдрами, которые так и манят… Неважно!

Решив, что если продолжу сидеть, то опять буду думать об одном и том же, поднимаюсь и иду к берегу. Маго, бежит следом, но быстро обгоняет и первой успевает запрыгнуть в лодку. Нам обоим хочется поскорее вернуться в театр: кошке, чтобы найти на чьи ноги поохотиться, а мне, чтобы увидеть знакомое лицо…

***

В ложе как всегда темно. Маго давно отделилась, так что я сижу тут один. Сегодня на мне чёрная маска, скрывающая половину лица и нос. Эта маска – последний подарок от Родолита перед тем, как наставник сказал «ты готов» и исчез из моей жизни. Не могу винить его, он тоже скрывается от Рутила, но в отличие от меня не имеет поддержки кого-то такого же могущественного. За моей спиной стоит Ногат, а тыл Родолита не прикрывает никто…

Взгляд то и дело соскальзывает с силуэта Музы в свете софитов и устремляется в тёмный зал. Внутри разгорается раздражение и разочарование – Дикарка не пришла. Её нет ни в амфитеатре, ни на балконе. Это должно радовать, но с каждой минутой растёт желание вскочить и пройтись по театру, чтобы обнаружить Юну.

Как она могла не явиться? Оставила сестру в одиночестве, зная, что я всё ещё здесь! Какая безответственность! Или Дикарка испугалась? Букет был лишним? Я не удержался от некоторой театральности, а ещё меня позабавило то, что Юна изучала зеркала, так что хотелось оставить намёк.

Игра с ней становилась всё увлекательнее… Но неужели она сдалась? Или… Её напугали ксены?

– О чём ты думаешь, идиот? – шиплю я. – Тебя вообще не должно это волновать!

Контральто одной из певиц проносится по залу. Драматичная партия властной матери главного героя постановки стихает. Уверен, женщина сфальшивила в паре мест, и это злит даже сильнее обычного. Настроение стремительно портится, хотя я, наоборот, обязан наслаждаться тем, что могу спокойно любоваться Музой.

Пальцы теребят резинку для волос, надетую на моё запястье. Ещё вчера она держала пряди Юны… Стоило бы выкинуть, но я оставил её, как и изображение Дикарки, до сих пор лежащее на моём столе… Однако где она сама? Не верю в то, что она отступила. Тогда что же с ней?

Стоп! А что, если с ней что-то случилось?

Горло сжимается от нервного спазма, сердце внутри тяжелеет, словно на него опустили гранитную плиту.

– Всё в порядке, иначе Тина бы тоже не пришла, значит, ничего такого, – тихо успокаиваю я себя.

И всё же отсутствие Юны не даёт мне покоя. Нужно найти её, чтобы лично убедиться, что она в порядке… Точнее, убедиться в том, что она точно не станет мне мешать. Да! Мне же плевать на Дикарку. Ведь так?..

16. Люстра

ТЕНЬ

Признаться низенькой пожилой библиотекарше в том, что меня интересует именно половая система Иных, было бы неловко. Хотя грёбаные ксены вокруг члена – единственная видовая особенность, которая пока известна у Призрака. Вместо этого я всего лишь прошу показать полки с книгами про Иных, обещая разобраться самостоятельно.

Библиотекарша явно не против избавиться от очередной гостьи, заявившейся с самого утра, потому без лишних слов провожает меня по коридору в небольшое помещение с четырьмя стеллажами книг, двумя столами и одиноким шкафчиком с множеством выдвижных ящичков – карточный каталог. Единственное окно тут выходит в узкий проход меж двух зданий, а судя по запаху затхлости и тонкому слою пыли, место это мало кого интересует…

Библиотекарша возвращается в главный зал, оставляя меня одну в крохотном помещении, отведённом для литературы, посвящённой Иным. Скинув рюкзак на ближайший стол, я задумчиво обхожу первую полку. Мне бы хоть мельком посмотреть, что за книги тут есть. Может, взгляд сам наткнётся на что-то полезное. Не натыкается… Приходится всё же покопаться в каталоге и карточках, чтобы найти энциклопедию в нескольких томах, разделённых по буквам. Я вытаскиваю нужный и листаю, пока не нахожу заветное слово – «ксены».

Ксены – уникальные анатомические структуры, характерные для тёмных эльфов. Представляют собой парные кератино-хрящевые образования, расположенные в лобковой области и выполняющие защитную функцию полового органа.

Тёмные эльфы! Я знала! Точнее, подозревала. Но хотя бы яснее, куда двигаться дальше. Теперь информацию искать легче: нужно игнорировать сказки и всё, что не касается тёмных эльфов. Выборка небольшая, да и подавляющая часть книг содержат похожую информацию. Люди знают слишком мало об Иных…

Тёмных эльфов создал Первый, некое божество с соседнего материка. Конечно, маги склонны считать Первого Великим Магистром, освоившим небывалые высоты колдовства. Однако многие чтили его именно как бога, да и религия Первенства всё ещё существует…

Так или иначе, но тёмные эльфы были созданы до самих эльфов, считающихся венцом творения Первого. Однако тогда эльфов звали викариусами, а тёмных – сервусами. Долгое время они были рабами, пока не грянула Первая расовая война, начатая бывшим рабом-викариусом, которого звали Хадс. Его имя до сих пор считалось ругательным в станах, где традиционно главенствовало Первенство. Именно во время той войны викариусы выбрали себе новое обозначение, пытаясь отделиться от названия, связывающего их с рабством. Так они стали эльфами, позаимствовав наименование из легенд Древней родины об остроухих существах.

Однако