Темный Лорд Устал. Книга XII - Тимофей Афаэль

поразило Степана больше всего. Толстые, пухлые, в кожаных обложках, с закладками и золотым тиснением. Люди приехали спасать свою жизнь и притащили с собой то единственное оружие, которое знали, — бумагу. Отчёты о проделанной работе. Обоснования необходимости. Справки о значимости. За ночь в Столице, надо думать, бумаги извели на целый лес.

— … грубейшая ошибка алгоритма! — надрывался кто-то из первых рядов. — Наше управление координирует…

— Тридцать два года! Я тридцать два года на государственной службе!

— Господин Премьер-министр, взгляните хотя бы на титульный лист!

— Да пропустите же, у меня приложения на четыреста страниц!

Степан отставил термос и посмотрел направо. Виктор Орлов сидел в кресле, положив ладони на трость, и разглядывал зал с холодным профессиональным интересом энтомолога.

— Виктор Сергеевич. Как думаешь, если я сейчас программу дочитаю, кто-нибудь услышит?

— Никто, — сказал Орлов, не поворачивая головы. — Они пришли выживать.

Слева хмыкнул Морозов:

— Василич, тут, пока их не выслушаешь, работать не дадут. Хоть неделю тут стой.

— Недели у нас нет. — Степан посмотрел на часы. — У нас работы непочатый край.

Он ещё раз оглядел гудящий, орущий, машущий папками зал.

И понял, что делать.

— Ладно, — сказал он. — Раз пришли — будем слушать. Только по-нашему.

Он нажал кнопку на трибуне и сказал в микрофон так, что услышали в задних рядах:

— Всем сесть. Заседание продолжается в другом формате!

Рассаживались долго, зато рассаживались.

Степан тем временем совещался вполголоса с соседями по столу.

— Формат такой, — говорил он, отвинчивая крышку термоса. — Каждому по три минуты. Выходит, объясняет, чем полезен, — своими словами, без бумажки. Мы решаем.

— Три — много, — сказал Орлов. — Я этих людей знаю: три минуты хватит на титульный лист и приветствие. Дай две.

— Три. Пусть будет по-честному, чтоб потом не говорили, что не дали сказать.

— Василич прав, — вставил Морозов. — Мы ж не палачи. Мы кадровая комиссия.

Орлов усмехнулся уголком рта:

— Кадровая комиссия. Ну-ну.

Степан налил себе крепкого чаю в крышку. Из дому притащил, потому что дворцовый пить было решительно невозможно. Сделал глоток и придвинул микрофон.

— Слушайте меня внимательно. Повторять не буду, времени нет.

Зал стих.

— Мы вас выслушаем всех. — Он обвёл амфитеатр взглядом. — Но папки ваши мы читать не станем.

По рядам прошёл возмущённый гул.

— Не станем, — повторил Степан. — Потому что я вчера ночью попробовал. Взял три штуки наугад, из тех, что мне в приёмную натаскали. Читал два часа. — Он поднял руку с оттопыренными пальцами. — И знаете что? Я, мужики, за двадцать лет в хозяйстве всякое читал: сметы, проекты, акты. А тут — двести страниц, и я не понял ни одной. Ни одной страницы, честное слово. Слова русские, а смысла нет!

Кто-то в зале нервно хохотнул.

— Поэтому вводим новый формат. Называется краш-тест. — Степан отставил крышку с чаем. — Выходите сюда по одному. Три минуты у вас есть. Рассказываете человеческим языком, чем ваше ведомство занимается и какая от него польза. Так, чтобы поняли все здесь и даже дворники поняли. Если объяснили — работаете дальше. Если за три минуты не смогли объяснить, зачем вы нужны, — значит, вы не нужны. Тут никакой хитрости нет.

— А позвольте! — вскинулся кто-то из середины. — Существуют сферы, которые в принципе невозможно изложить в упрощённой форме! Есть управленческая специфика, которая требует…

— Специфика есть, — согласился Степан. — Вот вы про специфику и расскажите. Своими словами. Три минуты — время немаленькое, за три минуты человек много чего успевает. — Он помолчал. — Я вам больше скажу. Дорожник у меня в городке за минуту объяснял, почему ему нужен новый асфальтоукладчик, и я всё понимал. А тут у людей на объяснение уходит двести страниц. Вот об этом и подумайте, пока в очереди стоите.

Он поднял голову к потолку.

— Ирис! Ты обещала помощника — где?

Воздух над сценой дрогнул, и над столом развернулась голограмма.

В воздухе возникла маленькая фейка, и Степан отметил, что крылатая учла его вчерашнюю просьбу, смотря на ее вид. Ведь это была миниатюрная фейка нарукавниках и очках, с деревянными счётами под мышкой и с таким выражением лица, какое бывает у бухгалтера, принимающего годовой отчёт от заведомого жулика.

— Я отвечаю за бухгалтерию! — сухо представилась она. — Приданá комиссии для справок. Базы ведомств у меня загружены полностью, включая закрытые.

Она щёлкнула костяшкой на счётах, и над сценой вспыхнул большой, красный циферблат, с цифрами 3:00.

— Таймер настроен. Финансовые справки выдаю по каждому выступающему автоматически. — Ирис-бухгалтер поправила очки. — Предупреждаю сразу, господа. Я выдаю цифры как есть, без округления в вашу пользу. Кто хочет что-то уточнить или дополнить — уточняйте до выхода, а не после.

В зале стало очень тихо.

Степан подтянул к себе список и провёл пальцем по первой строке.

— Ну что, начнём. — Он поднял глаза. — «Главное управление по мониторингу и оценке эффективности межведомственного взаимодействия». Кто у нас начальник?

В третьем ряду медленно поднялся человек.

— Прошу к трибуне, — сказал Степан. — Время пошло.

К трибуне человек шёл долго — секунд двадцать из отпущенных ста восьмидесяти.

Он был тучен, немолод и хорошо одет: костюм сидел дорого, часы поблёскивали, а под мышкой он нёс папку такой толщины, что нести её приходилось обеими руками. На середине прохода он споткнулся, папка съехала, из неё веером посыпались листы, и он подбирал их, стоя на коленях, пока красные цифры над сценой отсчитывали время.

2:41.

Он взгромоздил папку на трибуну, отдышался, вытер лоб платком и раскрыл её на заложенной странице.

— Уважаемая комиссия! Позвольте начать с того, что вверенное мне Главное управление на протяжении одиннадцати лет является ключевым элементом межведомственной архитектуры Империи…

2:20.

— … обеспечивая синергию управленческих процессов и системную оптимизацию векторов взаимодействия между профильными органами исполнительной власти…

Степан слушал внимательно и честно старался понять.

— … в рамках реализации задач по реструктуризации информационных потоков нами разработана и внедрена методология сквозного мониторинга, позволяющая осуществлять комплексную оценку эффективности горизонтальных коммуникаций…

1:58.

Морозов слева тихо, страдальчески застонал и подпёр щёку кулаком.

— … что, в свою очередь, обеспечивает повышение управляемости на всех уровнях и создаёт предпосылки для дальнейшего совершенствования механизмов согласования…

Степан поднял руку.

— Извините. Можно я вас перебью?

Чиновник осёкся, часто