Топофилия. Исследование окружающей среды. Восприятие, отношение и ценности - И-фу Туан

территория может произвести процветающее сельское хозяйство и высокую плотность населения без создания города. В высокогорьях Новой Гвинеи сельское хозяйство может поддерживать плотность населения до 500 человек на квадратную милю (2,6 кв. км), однако это не значит, что там вот-вот начнет развиваться городская жизнь. На самом деле городская жизнь, скорее, появится в районах с относительно низкой урожайностью. Ключевым требованием для этого является наличие центральной бюрократической структуры, обладающей полномочиями распоряжаться урожаями и трудом сельского населения. Как выразился Пол Уитли, «человек может почти бесконечно расширять свои рамки, и, следовательно, почти всегда существует возможность выжать из даже самых убогих земледельцев еще одну повинность в пользу центральной бюрократии»478. Власть, даже в животном мире, редко применяется в виде непосредственной физической силы. В мире людей она осуществляется посредством признания и принятия символов легитимности. Царь-жрец – это такой могущественный символ. Он – полубог, посредник между небом и землей, сотворец космоса и гарант порядка.

Если проследить городскую жизнь до ее первоначальных центров и до самого отдаленного прошлого, мы обнаружим там не рыночную площадь или крепость, но идею сверхъестественного сотворения мира479. Действующим лицом является бог, царь-жрец или герой, а локусом творения – центр мира. Этот центр обычно каким-то образом обозначен. Возникая изначально, скорее всего, как племенное святилище, он постепенно развивается в массивные и обширные церемониальные комплексы, включающие в себя различные комбинации архитектурных элементов, таких как платформы, террасы, храмы, дворцы, внутренние дворы, лестницы и пирамиды. Город возвышается над неопределенностью жизни, отражает точность, порядок и предсказуемость небес. До того как грамотность получила широкое распространение, мировоззрение поддерживалось устной традицией, ритуалами и, не в последнюю очередь, семиотической мощью архитектуры. Жизнь в древнем городе может более трудной, чем в деревне эпохи неолита, однако горожанин, живущий среди ритуалов и архитектурного великолепия, каким бы скромным он ни был, обладает тем, чего нет у сельского жителя, – долей великолепия гораздо более обширного мира.

Церемониальные центры не всегда привлекали на свои окраины постоянное население. К примеру, некоторые святилища майя и храмы плато Диенг на острове Ява были расположены в местах либо настолько отдаленных, либо настолько малопродуктивных в сельскохозяйственном отношении, что, вероятно, никогда не имели значительного постоянного населения. В этих церемониальных комплексах большую часть года никто не жил, кроме жрецов, смотрителей и ремесленников. Комплексы оживали только во время сезонных праздников. Нашего современника, привыкшего к секулярной точке зрения, удивляет, как далеко могли зайти люди прошлого, строившие города с внушительными зданиями главным образом ради церемониальных и символических целей. Вспомним Персеполь, построенный около 520–460 годов до н. э. Принято считать, что Персеполь был воздвигнут как резиденция царей династии Ахеменидов, столица империи, великолепие дворцов которой свидетельствовало о царской власти и гордости. Однако надписи и документы, найденные среди руин, носили скорее религиозный, чем политический или экономический характер. Они торжественно провозглашали, что город был возведен милостью Божьей; что здания его достигли высочайшей красоты и совершенства; и что по воле божества Ахурамазды персидские правители стали посредниками между божественным и человеческим мирами. Древние народы Ближнего Востока остро осознавали хрупкость жизни. Они стремились обрести ощущение порядка и постоянства, принимая участие в космических событиях, в сезонных обрядах, производившихся правителем-посредником в великолепной обстановке. Персеполь не был ни политической столицей, ни даже роскошной резиденцией монарха, поскольку редко бывал заселен. Это был ритуальный город, Civitas Dei на земле480.

На Индийском субконтиненте выдающимся примером города, построенного только для богов, является Палитана. Святыни его площадей и величественные сооружения – наполовину дворцы, наполовину крепости – возвышаются над священным двойным пиком Шатрунджая на полуострове Катхиявар. Один посетитель описывает Палитану как

воистину настоящий город храмов, ведь, кроме нескольких резервуаров, внутри ворот больше ничего нет, и при этом на каждой площади и в каждом проходе, крыльце и в зале царит чистота, которая сама по себе является немалым источником удовольствия. Поразительна также и тишина… Вершина горы состоит из двух гребней, каждый длиной около 250 ярдов (229 м), а между ними находится долина. Каждый из этих гребней и две большие ограды, заполняющих долину, защищены массивными зубчатыми стенами, предназначенными для обороны. Здания на обоих гребнях, в свою очередь, разделяются на отдельные ограды, называемые «туками», в каждой из которых обычно находится один главный храм и некоторое число более мелких. Каждая из этих оград защищена прочными стенами и воротами, и все ворота тщательно запираются на закате солнца481.

Палитана – памятник благочестию джайнов со всех уголков Индии. Она возвышается в своем мраморном великолепии на одиноких и величественных горах Шатрунджая. Подобно дворцам иного мира, Палитана удалена от обычной жизни смертных.

Символы космоса и городские формы

Как символ космоса, город принимает правильную геометрическую форму круга, квадрата, прямоугольника или какого-либо другого многоугольника. Такие вертикальные архитектурные элементы, как зиккурат, колонна и купол, также указывают на трансцендентное значение города. Круг, разделенный двумя осями на четыре сектора, символизирует небеса. Круглый город, разделенный на четыре части, идеал этрусков, был небесным храмом (templum), перенесенным на землю, планировка четырех секторов была связана с искусством чтения предзнаменований. Ряд ученых считает, что термин Roma quadrata означает «четырехчастный» и что Рим в момент основания был круглым городом со священной ямой посредине (лат. Mundus), считавшейся входом в царство мертвых)482. В христианскую эпоху древние представления о центре, пересекающихся осях и четырех сторонах небесного свода смешались с образами креста и небесного Иерусалима. Вернер Мюллер считает, что эти элементы можно различить на планах некоторых городов позднего Средневековья и Возрождения483.

Рис. 11. Символика круга и квадрата в архитектуре

Круг – фигура с бесконечным числом сторон. На практике люди в разных частях света посчитали удобным свести бесконечность к четырем: четырем сторонам прямоугольника, четырем четвертям неба и земли, четырем временам года и четырем сторонам света. Математически космос легче представить в виде квадрата, чем круга. Значения круга и квадрата отчасти пересекаются, но не совпадают. Так, в Китае, там, где они появляются вместе в форме архитектурного комплекса, круг символизирует небо или природу, квадрат – землю или искусственный мир человека (рис. 11).

Круговые и радиально-концентрические идеи

На планах и схемах идеальных городов они часто изображаются круглыми, что редко случается с реальными городами (рис. 12). Что мы можем сказать о круглых городах древности? Возможно, самыми ранними из тех, о которых существуют свидетельства, являются обнесенные стенами круглые поселения додинастического Египта. Иероглифическое обозначение «города» – круглая ограда, разделенная на четыре части двумя пересекающимися осями. Был ли египетский город, подобно идеальному этрусскому городу, моделью небесного свода? Это кажется маловероятным, и у нас нет возможности узнать наверняка. В древнем мире хеттские города Анатолии, по-видимому, планировались в первую очередь с учетом оборонительных целей. Их возводили в стратегически важных местах. Городские стены, овальные или многоугольные по форме, создавались с умелым использованием рельефа местности. Жилые кварталы в основном разрастались бесконтрольно, формируя «естественные» скопления. Однако планы некоторых позднехеттских поселений отличались большой регулярностью, что позволяет предположить, что их планировка имела символический смысл. Ярким примером является Самаль (Зенджирли), который был основан в начале I тысячелетия до н. э. и включен в состав Ассирийской империи двести лет спустя. Самаль был окружен двумя почти идеальными концентрическими кольцевыми стенами, каждая из которых была снабжена сотней