Топофилия. Исследование окружающей среды. Восприятие, отношение и ценности - И-фу Туан

в обороне, связанную с альбигойскими войнами и длительными конфликтами между англичанами и французами. Либеральные городские уставы, а также безопасность привлекали сельских жителей в эти центры. Бастиды были средневековыми городами, строившимися по плану. Их виды были различны. В большинстве из них улицы располагались в виде сетки, некоторые из них не имели регулярной формы, некоторые имели радиально-концентрические планы. Последние организовывались вокруг центрального элемента, например церкви или открытого пространства. Новые города (villes neuves), хотя и строились как убежища, защищенные законом о Божьем Перемирии, теряли космологический символизм. Впрочем, существовал обычай обозначать городские границы четырьмя крестами, устанавливавшимися по четырем сторонам света. Между этими крестами на поверхности земли чертилось будущее поселение490.

Ренессанс и барокко стремились к идеальным городским планам в гораздо большей степени, чем Средневековье491. Движение началось в Италии с работ Альберти (1452–1460), Филарете (1460–1464), Катанео (1554–1567) и продолжилось позже во Франции и Германии. Круг и квадрат олицетворяли совершенство: сочетание этих фигур было заметной чертой идеализированных планов. Так, например, в основе идеального города Филарете Сфорцинды лежали круг и два квадрата. Внутри внешней круглой стены находилась восьмиконечная звезда, состоявшая из двух квадратов, один из которых был ориентирован по сторонам света, а другой – по точкам, находящимся между. В центре располагались церковь, ратуша и другие общественные здания. Улицы расходились лучами от центрального комплекса зданий к точкам изгиба линий звезды. Идеальные города Джорджо Мартини (середина XV века), Джироламо Маджи (1564) и немецкого архитектора Даниэля Спеклина (1589) были восьмиконечными и радиально-концентрическими. Идеальный город Винченцо Скамоцци, план которого был разработан в 1615 году, был круглым, имел стены в виде двенадцатиконечной звезды, но улицы внутри располагались в виде прямоугольной сетки.

В эпоху Возрождения было воплощено в реальность всего несколько таких круговых планов. Примером реализации такого проекта является Пальманова, город-крепость, находившийся под властью Венеции. Работы начались в 1593 году. В основе Пальмановы – девятигранный многоугольник, который благодаря добавлению треугольных бастионов приобретает сложные очертания звезды. Центральный рынок с доминантой в виде башни был шестиугольным. Улицы были концентрическими и радиальными. План Пальмановы во многом восходит к плану Сфорцинды Филарете. Вероятно, его архитектором был Скамоцци. Начиная со времен Альберти создатели планов эпохи Возрождения отдавали предпочтение круглым крепостям и идеальным городам округлых очертаний с вписанными внутрь многоугольниками. Это пристрастие подкреплялось пробудившимся в эпоху гуманистов интересом к Витрувию и Платону. Однако при практическом строительстве радиальная и кольцевая парадигма часто уступала место более простому расположению улиц в виде прямоугольной сетки, городам прямоугольных и неправильных очертаний.

Замкнутый круг предполагает завершенность и целостность. Открытый сектор круга предполагает возможность бесконечного расширения. В XVII и начале XVIII века зодчие ввели в употребление два элемента плана, которые стали ассоциироваться со стилем барокко: расходящиеся сектора и фокусные точки. Оба отвечали характерному для эпохи пристрастию к внешним эффектам, свойственным для нее идеологии безудержной энергии и стремлению к политической централизации492. Веерообразный план улиц способствовал неограниченному доступу к окружающей местности. Такой план был осуществим только за пределами плотной городской застройки. Королевская резиденция Версаль и основанный маркграфом город Карлсруэ являются выдающимися примерами могущества и великолепия эпохи барокко. В Версале три прямые улицы сходились на Оружейной площади перед дворцом. В Карлсруэ тридцать две радиальные оси пересекались перед Дворцом маркграфов. Только девять из них функционировали как улицы. Остальные двадцать три расходились в разные стороны через густые окружающие леса. В центре города находился дворец. Общественные здания располагались вокруг площади перед резиденцией маркграфа. Двухэтажные особняки знати были сосредоточены во внутреннем круге улиц, после которого простирались одноэтажные дома простого люда493.

Средневековый план Парижа был концентрическим, распространявшимся от собора Нотр-Дам на острове Сите. Когда Людовик XV пожелал продемонстрировать престиж королевской власти в многолюдном квартале столицы, он не мог рассчитывать на то, что сможет наложить поверх сложившейся в Средневековье радиально-концентрической сетки улиц план, который будет сосредоточен на нем. Поэтому, как свидетельствует отмеченный наградами проект Пьера Патта 1746 года, король решил создать в Париже девятнадцать королевских площадей (places royales) – кругов и площадей с расходящимися улицами и располагавшейся в центре каждой такой звезды статуей Божественного Монарха. Впрочем, даже план свидетельствовал, что лучи звезд не смогут простираться слишком далеко. В отличие от расходящихся веером проспектов пригородных придворных кварталов лучи звезд должны были быстро упираться в обычные улицы494.

Столица является символом национальной гордости и устремлений. Когда строится важный город или столица, планировщики в эстетических целях, как правило, отдают предпочтение барочной планировке со свойственными для нее кольцами, площадями и расходящимися во все стороны проспектами. Вашингтон, округ Колумбия, и Канберра в Австралии – два хорошо известных примера. Новые города XX века, построенные в меньшем масштабе и отражающие иной социальный идеал, также могут иметь круглую форму. Некоторые из них были вдохновлены проектом Эбенезера Говарда, разработанным в 1898 году. Схема города-сада, предложенная Говардом, является радиально-концентрической (рис. 12). Он поместил круглый сад и окружающее его кольцо общественных зданий в центр, разместив жилые дома и парки за его пределами. Этот современный сценарий совместного проживания весьма далек от пышности барочных столиц и еще более далек от магического и космологического символизма древней мидийской Экбатаны. Тем не менее все они придерживаются круговой модели, стремятся воспроизвести образ социального и пространственного порядка, образцом для которого в конечном счете был небесный свод.

Прямоугольные идеалы

Квадрат в сочетании с кругом символизирует совершенство и космос. Его собственный смысл менее очевиден (рис. 13 и 14). Квадрат, как мы предположили ранее, является опорным символом космоса, который в идеальном виде изображается в виде круга. Когда небесный круговой порядок опускается на землю, он принимает форму прямоугольника, грани которого ориентированы в соответствии со сторонами света. Но мы также знаем, что самый простой способ разделить территорию – нарезать ее прямоугольными участками. По этой причине при разметке создаваемых государством новых городов и новых участков часто используется прямоугольная сетка. Наличие таких участков, даже в древнем мире, когда мышление человека было проникнуто более глубоким, чем сейчас, символизмом, само по себе не предполагает, что они имеют космологическое значение. Квадратные деревни рабочих и города-крепости Древнего Египта, прямоугольная планировка гипподамовых городов в Греции, древнеримские центурии и имевшие прямоугольную уличную сетку средневековые бастиды, по-видимому, не требуют иного объяснения, кроме удобства и экономии495.

Рис. 12. Структура пространства: идеальные города круглой формы

Но все же мы располагаем свидетельствами, что в разных культурах и в разные времена прошлого прямоугольник все-таки символизировал космос. По крайней мере, он воспринимался как участок, соответствующий идеально организованному обществу. Например, в 45‑й главе ветхозаветной Книги Иезекииля мы читаем, что Господь говорит пророку: «…тогда отделите священный участок Господу в двадцать пять тысяч тростей длины и десять тысяч ширины; да будет свято это место во всем объеме своем, кругом»496. Четыре стороны города – северная, восточная, южная и западная – были названы в честь колен Израиля, и с каждой стороны находилось по трое ворот. В 35‑м стихе 48‑й главы Книги пророка Иезекииля читаем: «…Всего кругом <города> восемнадцать тысяч <тростей>. А имя городу с того дня будет: „Господь там“». В Откровении Иоанна подчеркивался изометрический и ортогональный характер небесного Иерусалима: «…длина, ширина и его высота были одинаковы. <…> Город – квадратный, длина равна ширине»497. Как и в Иерусалиме, предсказанном Иезекиилю, святой Иоанн увидел, что в городской стене двенадцать ворот.

В додинастическом