Религиозное и светское. Постсекулярноcть и драматика модерна - Александр Иванович Кырлежев

казус указывает на кризис, а точнее — кризисы: во-первых, европейского правового сознания в указанной области; во-вторых, европейского «культурного сознания»; и, в-третьих, доминирующей европейской публичной идеологии.

Порядок этих «кризисов» можно менять и, скорее всего, следует менять, поскольку «Лаутси-кейс» выводит нас из чисто правовой сферы и ставит вопрос о философии ныне действующего права — в конкретной тематической области. Ибо противоположные решения ЕСПЧ по «делу Лаутси» невозможно осмыслить, оставаясь исключительно в сфере международного права и в пространстве «птичьего языка» юриспруденции.

На наш взгляд, это потенциально плодотворная ситуация. Она обращает внимание на вопрос о соотношении права и того контекста, в котором осуществляется правоприменение. То есть возвращает к «началам», к самим основаниям права как специфического регулятора (одного из регуляторов) общественного бытия.

Но прежде чем мы попытаемся проанализировать рассматриваемый случай с более широкой — религиозно-общественной, «культурологической» — точки зрения, следует остановиться собственно на обстоятельствах дела, которые недостаточно известны у нас, особенно в подробностях.

Обстоятельства дела

27 июля 2006 года гражданка Италии Сойле Лаутси подала жалобу в Европейский суд по правам человека против Итальянской Республики, указав, что действует от своего имени и от имени своих детей Датайко и Сами Альбертина (в то время они были несовершеннолетними, но позднее перешли в статус заявителей, так что во втором рассмотрении дело стало именоваться «Лаутси и другие против Италии»).

Суть жалобы состояла в следующем. В 2001/2002 учебном году дети Сойле Лаутси посещали Государственную общеобразовательную школу Витторино да Фельтре (Instituto comprensivo statale Vittorino da Feltre) в городе Абано-Терме (Abano-Terme; область Венето, провинция Падуя), где на стене каждого из классов имелось распятие. Сначала заявительница, а позже заявители утверждали, что это нарушало их право на образование, гарантированное статьей 2 Протокола № 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция или ЕКПЧ)[241]. Они также утверждали, что эти факты нарушили их право на свободу мысли, совести и религии, зафиксированное в статье 9 Конвенции[242]. 3 ноября 2009 года Палата Второй секции Европейского суда рассмотрела жалобу и единогласно приняла решение в пользу заявительницы[243].

Правительство Италии ходатайствовало о передаче дела на рассмотрение высшей инстанции ЕСПЧ — Большой палаты. В качестве третьих лиц во втором рассмотрении дела получили разрешение участвовать ряд правительств европейских государств, неправительственных организаций, а также группа членов Европарламента[244]. В результате двух заседаний (30 июня 2010 года и 16 февраля 2011-го) Большая палата ЕСПЧ приняла окончательное постановление по делу, отклонив иск заявителей, то есть отменив предыдущее решение Суда[245].

Ниже, опираясь на тексты первого и второго постановлений Европейского суда, мы изложим логику сторон, имея в виду это дело в целом, то есть содержательный аспект иска и соответствующие реакции различных судебных инстанций, в том числе итальянских.

Поэтому следует кратко сообщить о предыстории «дела Лаутси» в Европейском суде.

Впервые соответствующие претензии относительно размещения распятий в школьных классах были выдвинуты мужем Сойле Лаутси в апреле 2002 года непосредственно в адрес школьной администрации, которая позднее их отвергла (на совете управляющих школы в результате голосования — 10 за, 2 против, l воздержавшийся).

В июле 2002 года С. Лаутси обжаловала это решение в административном суде Венето «в связи с нарушением принципа секуляризма»[246].

В октябре 2002 года в разбирательстве по этому делу принял участие министр образования, университетов и исследований Италии, который заявил о необоснованности жалобы, ссылаясь на действующие в Италии правила[247]; более того, несколькими неделями ранее сам министр издал особую директиву, в которой обязал соответствующие органы образования обеспечить наличие распятий в школьных аудиториях.

Административный суд Венето поставил перед Конституционным судом вопрос о конституционности действующих в Италии правил (подтвержденных в особом декрете 1994 года), касающихся размещения распятий в школьных классах, с точки зрения светского характера государства и ряда статей Конституции. Однако Конституционный суд отклонил этот запрос на том основании, что в данном случае речь шла не о законах, а лишь о правилах.

В марте 2005 года административный суд отклонил жалобу С. Лаутси, которая в ответ обратилась в высший административный суд — Государственный совет, но тот подтвердил предыдущее судебное решение (о мотивировках — ниже).

Лишь после всей этой итальянской «истории с правоприменением» С. Лаутси подала в июле 2006 года жалобу в Европейский суд по правам человека.

Важно отметить, что итальянская предыстория «дела Лаутси» отражена в обоих решениях ЕСПЧ. Разница лишь в том, что в тексте первого решения ее изложение занимает полторы страницы, тогда как в тексте второго решения — более шести страниц с пространным цитированием мотивировочной части соответствующих судебных постановлений, а также аргументации вышеупомянутого министра.

Нас будет интересовать не столько юридический, в том числе процедурный, аспект рассматриваемого казуса, сколько, прежде всего и по преимуществу, аспект содержательно-идеологический. Для этого мы остановимся, как было сказано выше, на логике, которую предложили различные участники этого долгого процесса — сначала «национального», а затем «европейского».

Далее мы последовательно изложим различные позиции, за которыми стоит определенная интерпретация рассматриваемого вопроса: (1) логику итальянских судов; (2) логику в пользу заявителя: самого заявителя (заявителей) в первом и втором рассмотрении дела; Суда в первом составе, принявшего решение в пользу заявителя; третьих лиц во втором рассмотрении; (3) логику против иска заявителя: правительства Италии во втором рассмотрении; третьих лиц в поддержку Италии; Суда во втором составе, отклонившего первое решение. Затем (4) будут кратко изложены особые мнения судей в пользу и против окончательного решения Суда (мы вынесли их в отдельный раздел, поскольку хотя они и опубликованы в официальном постановлении Суда, но именно в качестве приложения — после самого судебного решения).

Логика итальянских судов

Административный суд Венето

Мотивируя свое решение, суд указал на «нить, связывающую христианскую революцию двухтысячелетней давности и утверждение в Европе права на личную свободу и ключевых элементов Просвещения (несмотря на то что это движение с исторической точки зрения решительно противостояло религии), а именно свободы и неприкосновенности каждого лица, провозглашения прав человека и в конечном счете современного светского государства». Отнеся принципы человеческого достоинства, терпимости и свободы, включая религиозную свободу, к ядру христианской веры как одного из источников светского характера государства, суд указал на то, что «в современной общественной реальности распятие следует рассматривать не